Не ври мне, Профессор - Юлия Рябинина

Боже, у меня от ее говора, разрывается мозг. Столько вопросов она задала в одну секунду?

— Ой, забыла про скорую помощь.

— Нет! Стой! — я поднимаюсь с диванчика, на который меня усадила девушка. — Со мной правда все в порядке. Это просто была кратковременная паническая атака. Но сейчас все уже хорошо!

— Точно?! — недоверчиво оглядывает меня девушка.

— Да. Я уже в норме. Давайте заполним документы, и я поднимусь в номер, — не хватало, чтобы еще мне выписали внутренний штраф из-за ложного вызова скорой помощи. Уж они бы мое состояние, точно не признали "угрозой для жизни". Да и лишних долларов у меня не было, чтобы оплачивать штрафы.

— Вы пакеты оставьте. Я сейчас вызову помощника и он вам все поднимет. Идете отдыхать, — засуетилась администратор, вручая мне ключи от номера, — а я к вам попозже еще загляну. Если вы не против?! — уточнила она.

— Да не стоит. Это лишние хлопоты. Со мной действительно все уже нормально, — вымученно улыбаюсь ей, и скрываюсь в полумраке лестничного пролета.

Мне даже не верится, что этот день наконец-то закончится. Пару пролетов и все. Я уже буду в своем номере. Закутаюсь в одеяло и усну. А в памяти постараюсь все это запечатлеть, как страшный, кошмарный сон.

* * *

Если я думала, что прошлая неделя была кошмаром, то я глубоко ошибалась.

Откровенный ад ожидал меня впереди.

— Что с тобой происходит? — спрашиваю у отражения в зеркале.

И тут же стукаю себя по щекам ладонями, смоченными водой. Впалые, очерченные темными кругами глаза, совсем потеряли яркость и блеск. Тусклые, безжизненные, они пугали меня. На то что я сильно похудела, совсем не обращала практически внимания. Просто старалась одевать более закрытую одежду и не смотреться в зеркало. Вот и весь секрет.

Чертов, Доминик! Это он во всем виноват! Он опять спровоцировал приступ панической атаки.

Это чудовище не дает мне покоя. Шага спокойно ступить не дает.

— Может заявить о нем в полицию? Ну, должна же быть на него хоть какая-то управа? — твою мать, дожила, разговаривать сама с собой начала.

Это точно добром не кончится. А ведь только начало месяца… может… мне на недельку отпроситься и уехать домой? Ну а что?! Все хвосты я подтянула. Зачеты проставлены. Теперь только осталось дождаться основных экзаменов и все прощай универ, да здравствует взрослая жизнь!

— Арина, ты скоро уже выйдешь оттуда, — я вздрагиваю от неожиданности того, что в женском туалете раздается голос Доминика.

— Нет, ну это уже ни в какие ворота! — хватаю сумку и сопсиха толкаю дверь со всей силой, та громко стукается о стену, а Доминик удивленно вскидывает бровь.

— Ты чего? — выпячивает вперед губы.

— Ты совсем сума съехал? Ты что мне покоя не даешь, а? Преследуешь меня? — я наступаю на парня, но ему видимо совсем по барабану, так как на его лице не дергается ни один мускул.

— Я не преследую, а просто за тебя волнуюсь, — и вот снова этот его тон, от которого я себя чувствую глупым щеночком в руках хозяина.

— Мне нахрен твои волнения не нужны, понимаешь? Ты мне надоел! Видеть тебя, больше сил нет… — я не успеваю закончить предложение, потому как парень дергает меня на себя и закрывает ладонь рот, смотрит на меня пристально, не моргая.

— Послушай Арина. Я тебе уже это говорил, но повторю еще раз. Я от тебя не отстану и лучше тебе согласиться по хорошему… быть со мной.

Я мычу ему в ладонь, чтоб он катился к чертям, но он как будто пропускает мой ответ мимо ушей, продолжает гнуть своё:

— Я вот не понимаю, Арин, чего ты ломаешься? Вроде уже не целка… — цедит он сквозь зубы, — … а ведешь себя, как школьница, аж противно… Я могу тебе гарантировать, что ничем не хуже "этого" — он не произносит имя профессора, но так этого и не нужно, мне достаточно того, что он ассоциирует его со мной, в принципе. В груди тут же разливается жар, а глаза заволакивает дымка.

Всасываю тугой струйкой через нос воздух и выворачиваясь в руках парня, засаживаю ему коленом в бедро. Чего я ожидала? Да хотеть того, что он разожмет мне рот, но я прогадала. И вместо того, чтобы меня отпустить, он меняет нас местами, и прижимает меня своей тушей плотно к стене.

— Это ничего не изменит, — криво улыбается он, — я тебе все сказал. И запомни мои слова. Ты будешь либо моей, либо … — выразительное молчание и не законченная фраза, давали волю фантазиям.

Но радовало одно, что Доминик дал волю моему рту.

— Пусти, — дернулась в его руках, но парень продолжал прижимать меня к холодной стене.

— Сегодня после пар, поедем вместе в кафе, — он склоняется прямо к моим губам, я сильно зажмуриваюсь и поджимаю их в тонкую линию. Все что угодно, но моих губ он не коснётся… И он не касается, горячим дыханием проводит по щеке и через мгновение я чувствую пустоту.

В изумлении распахиваю глаза и смотрю на Доминика.

— Пойдем. Я тебя провожу, — и только когда парень отходит в сторону, я вижу, как по коридору в сторону аудитории, где будет моя пара, идет профессор Дариуш.

Злобно прищуриваю взгляд и перевожу его на Доминика.

— Ты думаешь, я сделал это специально? — поднимает он в удивлении брови и тут же его губы кривит ехидная полуулыбка. — Правильно думаешь. И скажи спасибо, за то, что рот держу на замке. И это кстати, только ради тебя. Надеюсь, ты это ценишь?

Я решила, что отвечать ему на это не буду. Не дождется. Если он думает, что я расшаркаюсь перед ним в благодарности… он глубоко ошибается…

Смерив его гневным взглядом, поправила одежду, и перекинув сумку через плечо направилась вслед за исчезнувшей за дверью аудитории, фигурой профессора.

— Я же сказал, провожу, — шипит Доминик, одергивает меня за руку, и стискивает своими пальцами мои, переплетая их вместе.

Сопротивления бесполезны. Поэтому, мысленно отстраняясь от него, продолжаю шагать по коридору. Наши шаги разлетаются гулким эхом по-пустому коридору, а у меня внутри, в пустой груди разливается топкая обреченность. Выхода нет. Придется плыть туда, куда несет течением. Искоса глянула на Доминика… ну ничего, я потерплю… немного. А потом… потом я исчезну из его жизни и заберу спокойствие этого гада с собой. Не прощу ему никогда, того, что он лишает меня права выбора.

* * *

Пятница. Вечер.

— Твою мать, Арина, выбери ты уже наконец-то это чертово платье, — огрызается со мной из-за потной ширмы Доминик.

— Я не пойду к твоему дяди на юбилей как непоймичто, — взглянув на себя в отражении, довольно улыбнулась, а потом распахнула штору, — ну как тебе?

Поворачиваюсь вокруг собственной оси, демонстрируя парню свой наряд.

— Ты неотразима, — подбирает челюсть с пола парень и присаживаюсь на колено помогает надеть туфли.