Летний роман с плохим парнем - Моника Мерфи

Мою Энни.

Хмурясь, попытался убедить себя, что не стоит быть таким собственником. Энни мне не принадлежала. И я все еще находился в замешательстве, не зная точно, как она ко мне относится. Мы могли бы считаться друзьями, ведь за последнее время достаточно сблизились. Однако заинтересована ли она в чем-то большем? Когда вчера в бассейне я держал ее в своих руках, вряд ли это можно было назвать просто дружескими объятиями. Во всяком случае, ощущалось, как нечто большее.

А вдруг так казалось только мне? Может, Энни даже не обратила внимания ни на это, ни на меня.

В любом случае она слишком хороша для меня.

Схватив еще одно полено, бросил его в огонь, отчего Брайан закричал:

— Осторожно, чувак!

К черту все. Я был страшно зол и начинал срываться.

— Иди, сядь и остынь, — скомандовал мой напарник, махнув рукой в сторону старых бревенчатых скамеек, окружавших место для костра. — Ты все здесь подожжешь, если не успокоишься.

Да уж. Чертовски глупо, но казалось, что своим гневом я способен спалить весь лагерь. Я пытался взять дерьмо под контроль. Не беситься из-за каждой мелочи. И у меня хорошо получалось. Учил детей плавать, без нареканий работал спасателем и даже в последнее время заработал несколько комплиментов от Дэйна. Черт возьми, сегодня утром ко мне подошла Нэнси и спросила, не хочу ли на следующей неделе провести занятие по изготовлению бумажных самолетиков в классе прикладного искусства. Я согласился, слишком ошеломленный ее просьбой, чтобы придумать какой-то другой ответ.

А сейчас ощущал себя ревнивым дураком, и все потому, что увидел общение Кайла и Энни. Мало ли что он ей сказал? Может, я бесился из-за пустяка. Хотя сильно в этом сомневался. Кайл заинтересовался Энни. Энни нравился Кайл. Ее мечты сбывались. Мне стоило за нее порадоваться.

Однако никак не выходило.

— Вернусь через минуту, — пообещал Брайану, прежде чем побежать к главному зданию, где располагался офис дяди Боба.

Шагнул внутрь и, проходя мимо стола секретарши, улыбнулся ей. Эта женщина находилась здесь буквально двадцать четыре часа в сутки. Вроде бы никогда не брала отгулы. Держу пари, она и спала на рабочем месте.

Постучал в приоткрытую дверь, дождался разрешения и, войдя, нашел дядю Боба, сидящим за своим столом. Откинувшись на спинку стула, он задрал ноги на стол и закинул руки за голову. Выглядел так, словно задремал.

— А, как раз собирался к костру. Не терпится узнать, что Нэнси подготовила на сегодня. — Опустив ноги, он сел ровно и широко улыбнулся. — Ты что-то хотел, Джейк?

— Могу я воспользоваться твоим телефоном? Хочу позвонить отцу.

В последнее время отец не выходил у меня из головы. Я чувствовал острую нужду позвонить ему, особенно после вчерашнего разговора с Энни. Возможно, не самая лучшая идея, учитывая, что в моих венах все еще бурлила злость, но вдруг голос родителя поможет успокоиться. Как минимум напомнит, почему я на самом деле здесь.

Напомнит, что я должен образумиться и не искать приключений.

— Конечно, позвони отцу. Я уже ухожу, оставлю тебя одного. — Дядя Боб махнул в сторону стоявшего на столе телефона. — Только не говори слишком долго. Ты же не хочешь пропустить рассказы Нэнси!

Он поднялся со стула и неуклюже направился к выходу. Остановившись в дверях, повернулся и посмотрел на меня.

— Передай от меня привет.

Хотя они и братья, но уже не так близки как раньше. После смерти мамы отец отдалился от всех.

— Передам, — пообещал, усаживаясь в освободившееся кресло. — Спасибо, дядя Боб.

— Не за что. И, как я уже сказал, не говори слишком долго. Я весь год ждал, чтобы услышать страшные истории Нэнси о привидениях. Они лучшие.

Он закрыл за собой дверь и ушел.

Отлично. Значит, дядя Боб будет у костра. Всем известно, что обычно этот вечер заканчивается вечеринкой поцелуев, но не хотелось бы, чтобы он видел меня с Энни.

Если мне вообще выпадет шанс сегодня встретиться с ней.

Чувствуя себя несчастным, я набрал номер отца и обрадовался, когда он ответил после второго гудка.

— Привет, пап. Это я.

— Джейкоб! Как дела? Все в порядке?

Мы договорились, что я не буду ему часто звонить. Тогда это нас обоих вполне устраивало. Он был разочарован мной, а я обижен на него, так мы легко достигли соглашения.

Но по каким-то причинам мне приятно было услышать его.

— Все хорошо, — ответил, стараясь скрыть волнение в голосе. — Я просто хотел поздороваться. Так что… привет.

— Привет. Как там у вас с погодой?

— Жарко. И душно.

— Свежий горный воздух должен пойти тебе на пользу.

— Да, пожалуй, так. Большую часть времени я провожу на свежем воздухе, так как работаю спасателем. — Он уже знал об этом, но я решил напомнить.

— Завел друзей?

Я закатил глаза. Звучало так, словно я не вожатый, а десятилетний мальчик, приехавший в лагерь отдыхать.

— Вроде того.

— Встретил какую-то девушку?

— Типа того. — Теперь разговор стал откровенно неловким.

— Одни из самых любимых воспоминаний связаны с встретившимися мне в летнем лагере девушками.

— Ты серьезно? Не знал, что ты ездил в лагерь.

— Я отдыхал в том самом лагере, где ты сейчас, — признался он. — Как и твой дядя. Похоже, ему это нравилось гораздо больше, чем мне. Вот почему он все еще там.

Мы с отцом никогда не говорили о прошлом. Ему не нравилось заострять на этом внимание, или мне так казалось.

— А с какими девушками ты знакомился в лагере?

— Ну, как-то летом я работал там младшим вожатым и… познакомился с твоей матерью.

— Правда? — Мой голос дрогнул. Опять же. Я понятия не имел, где встретились мои родители.

— Правда. Она была самой красивой девушкой из когда-либо встреченных мною. Едва увидев, понял, что должен провести с ней все лето. Что я собственно и сделал. Как только мы познакомились поближе, то выяснили, что живем в одном городе, так-то вот. С тех пор мы были вместе. — Он рассмеялся… счастливо? Я уж и забыл, когда в последний раз он так смеялся — Казалось, нам суждено быть вместе.

Я с болью слушал его рассказ о маме. Тоску в его голосе, любовь, которую отец испытывал к ней. Попытался проглотить образовавшийся в горле ком. Следовало сменить тему разговора.

— Здесь есть одна девушка, — признался я. — Она впервые здесь и просто такая…

Какая? В нескольких словах Энни не опишешь. О ней многое можно было сказать. Что она напугана и в то же время сильная. Решительная, умная и не боится говорить о своих чувствах. Мы как будто понимали друг друга, и мне никогда еще не было так хорошо с девушкой. Никогда не чувствовал ничего подобного.