Летний роман с плохим парнем - Моника Мерфи

— Из соображений безопасности, — пояснил. — Если начнешь падать, я подхвачу.

На самом деле я просто хотел посмотреть на нее сзади.

Пока она карабкалась по перекладинам, и ее задница выглядела чертовски идеально в обрезанных джинсовых шортах. Последовав за ней, уселся рядом и положил руку на спинку стула. Она придвинулась ближе, но так и не коснулась меня. Вероятно, не следовало торопить события. Девушка казалась довольно неопытной, и не стоило давить на нее слишком сильно, но черт возьми.

Я хотел этого.

— Сегодня так красиво, — заметила она, наклоняясь вперед, чтобы заглянуть через край башни, а потом посмотрела на небо. — Помнишь, как я в последний раз поднималась сюда к тебе?

— Когда от твоего свистка у меня чуть не лопнули барабанные перепонки? — Мы оба рассмеялись. — Ах, да, припоминаю.

— Меня взбесило, что ты уснул, к тому же я и так злилась на тебя… в целом. Мне очень понравилось вот так тебя будить, — призналась она, искоса глядя на меня.

— Да, а мне показалось, что это полный отстой. Хотя в тот день я понял, какая ты красивая. — Она расширила глаза и я улыбнулся. — Ты особенно симпатичная, когда злишься.

Энни снова рассмеялась, хотя на этот раз немного нервно.

— Хочешь, чтобы я постоянно злилась на тебя?

— Нет, — ответил, протягивая руку, чтобы дотронуться до нее. Ничего не мог с собой поделать. Ее мягкие волосы в свете луны переливались серебром. Заправив ей за ухо густую прядь, провел по ней до конца и только тогда опустил руку. — Такой ты мне нравишься гораздо больше.

— Какой? — еле слышно прошептала она.

— Ты кажешься… не знаю. Счастливой. Расслабленной.

Наши взгляды встретились, и я уже начал наклоняться, но прежде чем успел поцеловать, Энни отвернулась. Я разочарованно откинулся на спинку сиденья.

— Пресли рассказала, что просила тебя посидеть с ней сегодня вечером, — непринужденно сказала она, как будто сбросить на меня эту бомбу в порядке вещей.

Резко выпрямился.

— Я постарался отшить ее мягче. Не хотел злить, но и соглашаться тоже не хотел.

— Тебе не нужно оправдываться. Она выболтала это только для того, чтобы задеть меня. — Энни посмотрела через плечо, выглядя такой красивой, что у меня все тело заныло от желания прикоснуться к ней. — К тому же, Кайл попросил меня сесть с ним, и я отказалась. Потом он сообщил, что вместо этого пригласит Пресли, так как они не целовались с одиннадцати лет.

Ее дразнящая улыбка очень отвлекала, но смысл слов, в конце концов, пробился в мой затуманенный мозг.

— Подожди минутку. Кайл пригласил тебя сесть с ним?

— Ну, да. Думала, ты догадался. — После моего непонимающего взгляда, она продолжила: — ты так сердито смотрел на нас в столовой.

— О. Да. — Меня настолько охватила ревность, что я мечтал разорвать этого придурка на куски.

— Я не хотела сидеть с Кайлом, — тихо призналась она.

— Нет? — Мне сразу стало так легко на душе.

Она покачала головой.

— На самом деле он мне больше не нравится.

— Рад слышать.

Я снова начал наклоняться, но Энни опять отвернулась.

— Я так и не рассказала тебе свой секрет, — пробормотала она, откинув голову назад. — О том, что случилось со мной в четыре года.

Вот дерьмо. Не хотелось омрачать сегодняшний вечер.

— Ты не должна этого делать, если не хочешь, — начал, но она покачала головой, сделала глубокий вдох, и я заткнулся.

— Я хочу тебе рассказать, — твердо заявила она. — Я тебе доверяю.

В груди от этих слов разлилось тепло, и я ждал продолжения.

— В четыре года я с родителями и моим… младшим братом пошли на вечеринку у бассейна. — Ее голос дрогнул, и я нахмурился. Она никогда раньше не упоминала о младшем брате. — Я почти ничего не помню, только обрывки, но много раз слышала эту историю, так что рассказываю.

— Ладно.

— Все были снаружи. Днем стояла жара, и поначалу вечеринка проходила у бассейна, но когда солнце зашло, температура упала. Все перешли к огромной террасе, с которой открывался вид на город. Дом стоял за городом, на холме, с большим двором. В нем помещались сад, джакузи и бассейн. — Энни пристально смотрела в небо, как будто рассказывала эту историю звездам. — Помню, брат постоянно убегал от меня. Ему только исполнилось два года, а может быть, даже и двух не было. Я погналась за ним, и мы бегали вокруг бассейна. Помню, как смеялись, а потом он упал в бассейн, и я… прыгнула, чтобы схватить его. Не знаю, как долго пробыли под водой, но нас вытащили примерно в одно время. Я выжила. А он — нет. — Девушка повернулась ко мне, в ее глазах блестели слезы. — Его звали Рори.

Вот дерьмо.

— Иди сюда, — произнес, раскрывая объятия, и она прижалась ко мне всем телом, уткнувшись лицом в шею. — Паршиво, что ты прошла через это, но я рад, что ты выжила.

Бессмысленно говорить, что мне очень жаль. Я слышал достаточно этих слов, чтобы хватило на всю жизнь, и они никогда не казались мне подходящими, особенно когда речь шла о моей маме.

Поэтому я просто держал Энни, пока она дрожала в моих руках, ее теплое дыхание касалось чувствительной кожи моей шеи, а волосы — моего лица. Я пропускал сквозь пальцы мягкие шелковистые прядки, пока она не подняла голову. Ее лицо оказалось так близко к моему, что я чувствовал ее дыхание на своих губах.

— Я не часто об этом говорю, — тихо призналась она.

— Понимаю почему.

— Я долго чувствовала себя виноватой. За то, что выжила, а он нет.

— Все еще чувствуешь?

Энни медленно покачала головой.

— Нет. Мне бы не хотелось, чтобы он винил себя, если бы выжил, а я умерла.

— С моей стороны будет неправильно признаться, что я очень рад, что ты жива?

Я блуждал взглядом по ее лицу, не зная, куда смотреть: в красивые темно-синие глаза или на сексуальные, полные губы? Так сильно хотелось поцеловать девушку, что я почти ощущал ее вкус.

— Ничего в этом нет плохого. Я рада, что ты так считаешь. И рада, что жива. Наверное, я счастливчик, — проговорила она, опустив глаза. — В прошлом году осознала, что если бы умерла я, то хотела бы, чтобы он жил полной жизнью. Это то, чего я на самом деле не делала. Пока не приехала сюда.

— Летний лагерь изменил твою жизнь?

Я улыбнулся, скользя пальцами по ее щеке, поднимая лицо вверх, так что ее взгляд снова встретился с моим. Наслаждаясь мягкостью ее кожи, ощутил, как Энни дрожит от моего прикосновения.

— Нет. Ты изменил, — прошептала она, глядя мне прямо в глаза.