Телохранитель для дочери - Юлия Вернер

«Дорогой дневник! Сегодня мне разбили сердце. С чего я это взяла? Не знаю, но сестра человека, которого я полюбила, сказала, что оно у меня, оказывается, есть…»

POV. Марк

Я стал нервным, раздражительным, меня элементарно не устраивала секретарша, которая вечно строила мне глазки и расстегивала блузку на пару пуговиц. За прошедшую неделю я так устал от всей этой рутины, что готов был выть от бессилия. Я едва не сорвал крупную сделку и не послал инвесторов в пешее путешествие, благо вовремя взял себя в руки.

У меня рвало крышу от всех этих изменений – кажется, я только-только обрел счастье, как жизнь преподнесла мне болезненный удар. Я замкнулся. Не хотел видеть Веронику, не хотел возвращаться домой. Меня ломало. Я ненавидел эту жизнь, потому что она несправедлива к нам. Я медленно превращался в бездушного робота, которому было на все плевать. Я плыл по течению, а оно уносило меня все дальше и дальше от берега, на котором у меня остались важные люди.

Приход в бизнес-центр Вероники в сопровождении какого-то мужика бандитской наружности чуть выбило меня из колеи – я не хотел с ней встречаться. Просто не хотел, но совесть заставила.

Девушка выглядела здоровой, она уже оправилась от всех ужасов, которые случились с ней на острове и, думаю, сможет отправиться и от того, что я ей скажу. Я решил, что нам не нужно быть вместе, пускай мы уже не телохранитель и подопечная. Мы с Никой очень разные и даже если я захочу быть с ней – ей со мной будет плохо. Я буду обижать ее, неосознанно, но этого не избежать, а мне не хочется делать ей больно. Хотя, я собираюсь это сделать. Единожды. Больше не понадобится.

– Привет, Марк, – проговорила она, и я увидел, как она дрожит.

– Здравствуй, Вероника, – ответил я, как можно равнодушнее, а потом поднял взгляд, рассматривая ее нового сопровождающего. – Что это за мужик с тобой? Новый телохранитель?

Девушка фыркнула.

– Да, ходит за мной попятам, покоя от него нет, – ответила она и замолчала.

Я тоже молчал, рассматривая ее.

Вероника красивая, очень. Пускай характер ее не подарок и мой, пожалуй, тоже, но я уже все решил и решение не изменю. Так будет правильно и лучше для нас обоих. Девушка влюблена в меня и я в нее, но это все пройдет, переболеем.

– Марк, – начала Ника. – Мы можем поговорить?

Я пожал плечами, засунув руки в карманы брюк.

– Мы говорим, – бросил все с тем же равнодушием.

По взгляду девушки я уже понял, что театр одного актера идет так, как надо.

– Я звонила тебе, хотела поддержать и… – она не закончила, потому что я ей не дал.

– Мне не нужна ничья поддержка, Ника, – я тяжело вздохнул. – Я и сам неплохо справляюсь. Ты пришла только для того, чтобы пожалеть меня?

Глаза Вероники уже начали блестеть, а зрачки расширяться, но она не позволяла себе плакать. В ней был стержень, и это шло ей на пользу.

– Марк, ну мы же не чужие люди, почему ты так говоришь со мной? – ее голос дрогнул. – Что я сделала?

Ничего милая, это все я…

– Ты ничего не сделала, – я говорил тихо и ровно, не привлекая к себе внимания окружающих. – Просто то, что было на острове – осталось на острове. Сейчас все изменилось. У меня другие обязанности и я не вижу смысла вести этот бестолковый разговор. Без обид.

Да уж, я делал больно не только Нике, но и себе. При взгляде на ее растерянное лицо, мне хотелось шагнуть к ней и обнять, но я этого не сделал. Я просто стоял и смотрел на то, как все внутри нее рушится, хотя внешне девушка старалась держаться и не показывать своей боли.

– Без проблем, Марк, – проговорила она, стараясь сохранить спокойствие. – Какие обиды?.. – она сделала шаг назад, потом другой, вяло улыбнулась, развернулась и пошла прочь из бизнес-центра.

Я стоял и смотрел ей вслед, пока та не скрылась из виду. Желание броситься следом за ней росло, но я не позволил себе этого сделать. Все кончилось, даже не успев начаться. Да, так определенно будет лучше для нас обоих.

Развернувшись, я посмотрел на администратора, которая уже делала вид, что не наблюдала за нами. Эта барышня тоже не отставала от секретарши и всячески старалась мне угодить, чем бесила еще больше.

– Меня ни для кого нет сегодня, – бросил я, проходя мимо нее прямо к лифту.

Внутри меня образовался айсберг, который готов был теперь разрушать все, что я люблю, лишь бы больше не испытывать таких сильных чувств, которые раз за разом будут ранить, убивать, превращать в мягкотелого, слабого человека. Я таким быть не хочу. Никакой любви, никаких привязанностей.