Диагностика любви - Кейт Харди

– Я обязательно предупрежу тебя, если что-то случится.

– Это касается и меня, – напомнила она. – Меня могут вызвать в педиатрию. Это неотъемлемая часть нашей работы, Джеймс. Все очевидно: если хочешь встречаться регулярно, не знакомься с медиками.

– Я рад, что мы это выяснили. – Он взял ее руку и поднес к губам. – Нам нужно подготовиться к работе. Боюсь, у меня нет чистой одежды, но ты можешь надеть мои джинсы и рубашку, если хочешь. Ванная комната – через эту дверь прямо; там есть чистое полотенце и новая зубная щетка.

– Спасибо, но я предпочитаю принять душ и переодеться дома. – Она поморщилась. – Противно представить, что я приму душ, а потом снова надену грязную одежду. Но зубы я почищу у тебя. Большое спасибо.

– Как насчет завтрака? Выпьешь кофе?

Она покачала головой:

– Мне нужно идти.

– К Пандоре? – догадался он.

– С ней все в порядке. Я оставила ей много воды и корма. – Шарлотта прикусила губу. – Интересно, а папарацци продолжают за нами следить?

– Скорее всего, они решили, что я отвез тебя домой поздно вечером, чтобы избежать с ними встречи, – сказал Джеймс.

– Разве они думают, что я осталась на ночь?

– Если это те папарацци, которые давно таскаются за мной, они знают, что я не позволяю женщинам ночевать в моем доме, – сухо произнес он.

Ей понадобилось время, чтобы осмыслить его слова. Значит, Джеймс никого не подпускал к себе слишком близко? Почему же за ним закрепилась слава человека, который потерял счет любовницам? Она уже знала ответ. Пресса любит раздувать сенсацию. В таком случае Шарлотта действительно пробудила в нем глубокие чувства.

Когда она вышла из ванной комнаты, умывшись и почистив зубы, Джеймс сказал:

– Я разведал обстановку, путь свободен.

– Спасибо. И, хм, спасибо за прошедшую ночь.

– Всегда к твоим услугам. Увидимся на работе.

Шарлотта приехала домой, приняла душ и переоделась, а потом отправилась на работу. Впервые за неделю она искренне улыбалась. Она поймала себя на том, что напевает, бредя по коридору в детское отделение. Сегодня ей нужно было осмотреть трехлетнего мальчика.

Джеймс встретил ее в обед:

– Удачно провела утро?

– У меня пациент – мальчик с дефектом межпредсердной перегородки, – сказала она.

Он быстро огляделся, желая убедиться, что на них не обращают внимания:

– Поужинаем вечером. Столик в каком ресторане мне забронировать?

– Ужинаем у меня, я готовлю, – ответила она. – Потому что тогда мы сможем разговаривать, не беспокоясь о том, что кто-то нас слушает или фотографирует.

– Справедливое предложение, – ответил он. – В половине седьмого?

– Договорились.

На этот раз Джеймс пришел вовремя.

– Я не думаю, что за мной следили, – произнес Джеймс. – Я ехал окружными путями, на всякий случай. Но полагаю, они уже потеряли к нам интерес.

– Отлично! – радостно воскликнула Шарлотта.

– Я хотел принести цветы, но побоялся, что ты неправильно меня поймешь и сочтешь мой жест вызывающим.

– Скромный букет вполне приемлем. – Шарлотта усмехнулась. – Но не весь цветочный магазин.

Джеймс протянул ей пакет, в которой лежали две бутылки вина и вкусные шоколадные конфеты:

– Надеюсь, что угадал. Я привез и красное, и белое вино.

Напитки были роскошными и дорогими. Шарлотта сжала его руку.

– Джеймс, ты слишком стараешься. Мы просто поужинаем. Не нужно суетиться. Проходи и присаживайся. Ужин будет готов через десять минут.

Как только Джеймс уселся на диване, Пандора устроилась у него на коленях и принялась мурлыкать.

– Учитывая ее прошлое, я думаю, что должен быть польщен ее вниманием, – заметил Джеймс, поглаживая кошку.

Они провели вместе спокойный и приятный вечер. В конце она предложила ему еще чашку кофе, но Джеймс, взглянув на часы, произнес:

– Уже поздно. Я правда должен идти, поэтому придется отказаться от кофе.

Она проводила его до двери.

– Спасибо за вечер. Мне очень понравилось, – произнес Джеймс, посмотрел на ее губы, а потом в глаза, словно спрашивая разрешения.

– Джеймс, – тихо произнесла Шарлотта, – если хочешь поцеловать меня и пожелать спокойной ночи, тогда целуй.

– Очень хочу. Но я не желаю тебя торопить.

Она усмехнулась:

– И это говорит человек, который принес мне шоколадные кексы, а затем слизнул крошки с уголка моего рта. В моем кабинете. Когда в любой момент нас могли застукать.

– Если бы я знал, что с тобой случилось, я бы никогда так не поступил.

– Так в чем же теперь разница? Ты сказал, что не изменишь ко мне своего отношения.

– Не изменю. Я по-прежнему считаю тебя невероятной и потрясающей женщиной.

– Неделю назад ты бы не раздумывал. Значит, узнав историю с Майклом, ты все-таки изменил ко мне отношение.

– В какой-то степени. – Он выглядел серьезным. – Шарлотта, если ты прикажешь мне остановиться, я остановлюсь…

Она улыбнулась:

– Джеймс, перестань болтать и поцелуй меня.

Обхватив Джеймса за шею, Шарлотта поцеловала его в губы. Он мгновенно ответил на поцелуй и крепко прижал к своему возбужденному телу.

Когда они отстранились друг от друга, Джеймс тихо спросил:

– Тебе понравилось?

– Очень понравилось.

– Хорошо. – Он слегка коснулся губами ее рта. – Спи спокойно. Увидимся завтра.

В течение следующих нескольких дней Шарлотта и Джеймс провели много времени вместе вне работы. Каким-то образом им удалось восстановить прежние непринужденные отношения, хотя Джеймс вел себя крайне предупредительно и оберегал ее больше положенного.

В выходные они, прогуливаясь по побережью, обнаружили тихий пустынный пляж. Пока они шли босиком вдоль берега, держась за руки, Джеймс наконец решил открыть Шарлотте правду.

– До встречи с тобой я вел беспорядочную жизнь, – начал он. – Я в самом деле настрадался в браке с Софией.

Чувствуя, что ему нужно выговориться, она молча сжала его руку, приготовившись слушать.

– София принадлежала к так называемой элите. Моя семья ее знала, и она мне даже нравилась. – Джеймс усмехнулся. – Высокая, стройная и красивая, с облаком темных волос. Мы вроде бы подходили друг другу…

Он вздохнул.

– Я врач. Да, я выбрал модную специализацию, но мне нравится моя трудная работа, и я ею занимаюсь потому, что хочу помогать людям. София не могла понять, что пациенты важнее светской жизни, и так будет всегда. Она мечтала, чтобы я открыл клинику на Харли-стрит и работал с девяти утра до пяти вечера. – Он поморщился. – На самом деле она наверняка хотела, чтобы я поменял специализацию и стал пластическим хирургом.