Диагностика любви - Кейт Харди

Джеймс рассмеялся:

– Я не до такой степени глуп, Шарлотта.

– Нет? – Она взъерошила его красивые, ухоженные волосы. – Вот так лучше, Джеймс. Когда ты слишком совершенен, становится немного страшно.

– Я обыкновенный мужчина. – Он посмотрел на нее и уточнил: – Твой мужчина. Ты хочешь меня?

У нее пересохло во рту.

– Хочу.

– Хорошо. – Правильно ответив на следующий вопрос, он произнес: – Снимаем футболку. Можно?

Шарлотта кивнула, и Джеймс, приподняв край ее футболки, погладил ее живот. А потом, продолжая ласкать ее кожу, он медленно потянул футболку вверх.

– У тебя такая мягкая кожа, Шарлотта. Ты прекрасна, – тихо, но решительно произнес он, проведя пальцем по краю ее кружевного лифчика. – Мне нравится.

Спустив бретели с ее плеч, он коснулся щекой ее плеча и вздохнул:

– М-м-м… ты так вкусно пахнешь.

– Разве не нужно ответить на вопрос, прежде чем снять очередной предмет одежды?

– Правила изменились, – прошептал он. – Ты позволила к себе прикоснуться.

– Ты меня обманул.

– Виноват. – Джеймс развел руками. – Выбирай, чем я могу искупить вину.

У нее чаще забилось сердце.

– Поцелуй меня.

Джеймс нежно поцеловал уголок ее рта, затем его губы переместились на ее шею. Шарлотта закрыла глаза, наслаждаясь каждым его прикосновением.

– Неустойка выплачивается в полном объеме, – произнесла она дрожащим голосом.

Он поцеловал ее плечо, выпрямился и улыбнулся:

– Извини, но думаю, мне придется снова тебя обмануть.

В следующем раунде игры Шарлотта сняла с него джинсы, и от волнения у нее пересохло во рту. Затем и ее брюки оказались на полу. Так как мысли Шарлотты путались, она не ответила на следующий вопрос.

– Твой лифчик, – сказал Джеймс и расстегнул его одной рукой.

– Какой ты умелый, – заметила она.

Он усмехнулся:

– У меня была бурная молодость.

В это она могла поверить. Джеймс Александер наверняка мог очаровать женщину одной улыбкой.

– Но есть две вещи, которые ты должна обо мне знать, – произнес он. – Во-первых, я умею хранить верность. И во-вторых, что бы ни писали обо мне в прессе, я довольно разборчив в связях.

– Я рада это слышать. Я очень разборчива.

Подушечкой большого пальца он обвел контур ее нижней губы.

– Значит, у нас с тобой высокие требования. – Он бросил ее лифчик на пол и резко вздохнул. – Шарлотта, ты невероятно красива.

Он осторожно касался ее груди, нежно гладил соски. Опустив голову, Джеймс взял сосок в рот и обвел его языком. Шарлотта задрожала, и он посмотрел ей в глаза.

– Тебе нравится? – взволнованно спросил он.

– Очень нравится, – прошептала она, зная, что может ему доверять.

– Я не совсем уверен, что кто-то из нас в состоянии продолжать игру.

– Что ты предлагаешь?

Он отложил карты в сторону.

– Я предлагаю нарушить правила. – Он нежно привлек ее к себе.

Шарлотта не помнила, как они избавляли друг друга от остатков одежды. Они легли на кровать и стали ласкать и целовать друг друга.

Джеймс надел презерватив, потом лег на спину и сладко ей улыбнулся.

– Я весь твой, – сказал он. – Делай со мной, что хочешь.

И тут до Шарлотты дошло.

Джеймс позволил ей контролировать ситуацию. Он возвращал ей уверенность, украденную Майклом. Она очень его за это любила.

Шарлота уселась на него, и он глотнул воздух.

– Двигайся так, как тебе удобно, – произнес он, его голос надломился. – Только… Не слишком тяни время. Иначе я не выдержу.

Он схватился за кованую спинку кровати, когда Шарлотта начала медленно двигаться.

Взяв ее за руку, он прошептал:

– Шарлотта…

– Что?

Джеймс поцеловал тыльную сторону ее ладони:

– Спасибо за то, что мне доверилась.

Она улыбнулась в ответ:

– Спасибо за то, что заставил меня забыть о прошлом.

Услышав эти слова, он слегка передвинулся и принял сидячее положение, а затем обнял Шарлотту.

– Сейчас не самое походящее время, но я должен кое в чем тебе признаться, – сказал он.

– В чем?

Мгновение Джеймс внимательно смотрел ей в глаза, затем произнес:

– Я люблю тебя.

Шарлотта удивленно моргнула:

– Что ты сказал?

– Я люблю тебя, – повторил он и усмехнулся. – Я едва не признался тебе, когда мы гуляли по пляжу. Но тогда было неподходящее время.

– А теперь?

– Скорее всего, нет, – согласился он. – Но я скажу еще раз. После.

– После чего?

Он одарил ее дьявольской улыбкой:

– После того, как сведу тебя с ума.

Когда оба достигли пика наслаждения, Джеймс обнял ее, уткнулся носом в ложбинку между плечом и шеей и произнес:

– Я люблю тебя.