Ближе - Катерина Лазарева

Меня вдруг всё ощутимее тянет написать ему. Узнать, что он тогда сделал, сообщить про Дениса. Поговорить, в конце концов…

И уже не так напрягают собственные порывы. Как-то проще всё теперь воспринимается.

* * *

Уже дома, сделав все необходимые бытовые дела и ложась в кровать, я всё ещё собираюсь написать Владу. Молчание больше не может длиться — неизвестность начинает давить.

С другой стороны, слегка задевает мысль, что первой сдаюсь я. Неважно, по каким причинам он исчез, но должен был первым соскучиться. А тут такое ощущение, будто мне больше всех надо.

Наверное, поэтому я не сразу пишу, некоторое время ещё сверлю взглядом его страницу. А потом в задумчивости открываю свои сообщения…

Их, как всегда, уже двузначное число. Ну не люблю я переписки, а потому открываю диалоги лишь когда настрой есть. Сейчас не то чтобы появился, но, листая вниз, вдруг вижу знакомое лицо.

Это же тот парень из академии, с которыми мы обменялись контактами и обменивались мемчиками на первой лекции Влада, когда я ещё опоздала.

Точно! Я ведь и не напрямую могу узнать, что там и как у этого несносного препода.

Нечаев Егор, значит. Хм, а я бы и не помнила его имя, не будь оно указано на странице. Ну да ладно. Открываю его сообщение, отправленное мне четыре дня назад.

«Привет, давно тебя не видел, всё нормально?» — удачно, что он ещё и онлайн. Но не факт, что сразу ответит, может, как и я, по настроению переписывается.

Поэтому решаю — если от Егора пока будет молчание, напишу Владу что-нибудь нейтральное. Про Дениса, например. Тогда, может, и успокоюсь.

«Привет, да) Просто ушла из академии, поняла, что не моё. А как твои дела?» — набираю ответ, одновременно размышляя, это никому из моих бывших однокурсников неизвестно, что я ушла, или Егор что-то пропустил.

С другой стороны, прошло чуть больше недели. Да и вряд ли кто-то делал объявление. Разговоры, наверное, позже начнут ходить.

И кстати, Влад всё же обломается. Егор сразу открывает сообщение, и более того, уже печатает ответ.

«Ого. Ты первая, кто уходит отсюда добровольно».

Ухмыляюсь. Ну ещё бы, престижная академия. А нюансы вроде того, что для меня это было заточение, организованное мачехой, знает только Аня. Что ж — не трепалась значит, и на том спасибо.

Отвечать не спешу — Егор набирает что-то ещё.

«Хотя с таким куратором, может, и другие начнут потихоньку валить. По крайней мере, девчонки», — эм, странное заявление. И что Егор имеет в виду?

Нормальный вроде Влад куратор. И вообще, это только я могу быть им недовольна, другие то с чего? Не должны.

«Ты не из-за него ушла, кстати?» — вдруг спрашивает Егор.

«Нет, а что, он жестит?» — отвечаю, вспоминая те немногие пары, на которых успевала побывать. Вроде как Влад хорошо подавал материал, даже для меня местами было интересно, да и общался не свысока.

Может, конечно, его сейчас прорвало. Например, из-за того, что я его отвергла. Ухмыляюсь этой мысли — что-то сильно сомневаюсь, что Влад и вправду стал бы срываться на студентах. Да и не так уж его пронял мой отказ — вот, исчез уже больше чем на неделю спокойно.

«Хаха, ну можно так сказать», — приходит ответ, вслед за которым Егор печатает и ещё что-то.

И когда я вижу, что, ухмылка моментально сходит с лица. А руки начинают дрожать.

«Только ничего смешного на самом деле. Он пытался изнасиловать студентку», — плывёт у меня перед глазами совершенно дикий текст.

Да ну. Какой-то бред.

Но сообщение не исчезает. Я даже слегка прищуриваюсь, вглядываясь в него, но пугающий смысл строчек никак не отпускает и не позволяет сосредоточиться.

А Егор молчит. Больше ничего не добавляет. Ждёт моей реакции, только вот я слишком ошеломлена, чтобы что-то сказать или даже понять.

«Чтооо?!» — наконец, буквально выжимаю из себя.

И с этим словом словно выхожу из оцепенения. Сажусь на кровати, чувствуя, что дрожу уже всем телом. И не в силах смотреть, как печатает что-то Егор, добавляю:

«Ты серьёзно??»

Сердце стремительно стучит в груди — так сильно, что почти больно. Секунды, пока мне пишут ответ, буквально оглушают. И наплевать, откуда такая реакция. Просто нет. Я не могу принять, что это правда.

Влад — насильник?..

«Увы. Они после пар наедине остались, он запер дверь и начал приставать. Она кричала, сопротивлялась, а ему пофиг. Бедная девочка((», — делится подробностями Егор.

Дышать как-то тяжелее становится. С трудом делаю глубокий вдох, даже не пытаясь прислушиваться ни к своим мыслям, ни к колотящемуся сердцу. Ощущение, что и не вынесу. Меня просто засосёт в какую-то бездну.

Я ведь почти доверяла Владу. Хотя не «почти».

«Хорошо хоть не успел сделать свои грязные дела. Крики услышали, ему пришлось открыть аудиторию, и все увидели его истинное лицо», — безжалостно добавляет Егор. И печатает что-то ещё, наверное, такое же впечатляющее.

А меня тут переполняет яростным неприятием и безнадежной болью. Я ведь живу в квартире этого человека. Да что там, мы были близки, как бы я это ни называла — оно было.

Поверить не могу…

«Девчонка была в ободранном платье, на нём следы её сопротивления, укусы и царапины», — приходит новое сообщение.

Жмурюсь, хватаю ртом воздух — я не хочу это видеть, не могу это обсуждать, даже думать! Откуда это ощущение, будто тут чуть ли не меня обвиняют?..

«А на ней?» — сама не знаю, зачем спрашиваю. Не верю?

С другой стороны, Влад и Дениса отметелил легко. И, судя по всему, сильно. Может, не в первый раз кого-то избивал?..

С чего я вообще взяла, что его знаю?

Влад ведь и ко мне приставал что в лифте, что здесь. Буквально набрасывался оба раза. Это я, как дура, поплыла и отвечала, а если бы нет?..

«Да на ней лица не было. Плакала, растрёпанная вся, ещё и в рваном платье по универу шла. Так хотелось утешить(Бывают же ублюдки… А ещё препод», — пишет Егор.

Вот он вообще не сомневается. И, кажется, эмоции у него так и прут — набирает что-то ещё.

«Причём наш куратор. Противно теперь его рожу видеть, надеюсь, его уволят».

Закусываю губу почти до боли. А ведь зажила уже, но опять, наверное, кровит. Хотя это фигня по сравнению с тем, какая безнадёжная, отчаянная тоска сжимает всё внутри.

Слишком уж уверен Егор.

«Девчонка, кстати, тоже из нашей группы. Не знаю, как она теперь сможет с ним учиться, его надо срочно отстранять», — добавляет он.