Кедровая бухта - Дебби Макомбер

Джек Гриффин провел куда больше часов в зале заседания суда, чем того требовала его работа. Кроме того, он ходил в магазин «Сейфуэй» каждое субботнее утро, надеясь встретиться с ней вновь. И ему улыбалась удача два или три раза, после чего они отправлялись пить кофе. Черт, Оливия нравилась ему. Судья Локхарт была практичной, умной и сексуальной женщиной. И тот факт, что она, кажется, не знала обо всем этом, зацепил его, и достаточно сильно.

В пятницу вечером по дороге домой Джек заехал в химчистку. Он пробежал по парковке под проливным дождем, сквозь зубы проклиная дурацкую погоду. Всю неделю небо было затянуто серыми тучами и время от времени шел сильный ливень. Единственным ярким пятном на горизонте повседневности была история, которую он писал о ежегодном соревновании на Фестивале чаек, которое проходило этим вечером.

Джек забежал в здание химчистки и практически столкнулся с Оливией. Он был так шокирован, увидев ее, что все шансы на какое-то умное приветствие растворились. Поэтому он смог произнести только ее имя:

– Оливия.

– Не разыгрывай удивление, – проговорила она, а ее губы растянулись в заразительной улыбке. – Знаешь, я регулярно чищу свою одежду.

Ее сумочка была открыта и стояла на стойке.

– Я тоже.

Вот это да! Сама остроумность. Джек закатил глаза от смущения. С другими женщинами он был интересным собеседником, но Оливия заставляла его терять присутствие духа.

Владельцем химчистки был Дахван Хайо, который переехал из Кореи в начале шестидесятых годов. Джек писал статью о Дахване вскоре после того, как стал редактором, находясь под впечатлением от работящей семьи эмигрантов. Как только владелец химчистки увидел Джека, он поторопился к новому посетителю, чтобы как можно быстрей обслужить его. При этом Дахван полностью игнорировал Оливию.

Джек чувствовал необходимость объясниться.

– Не беспокойся, – заверила его Оливия. – Я не тороплюсь.

Вечер пятницы и нет спешки? Джек потянулся за своим кошельком и оплатил счет. В то же время он не переставал размышлять, был ли ответ Оливии ее особым способом сказать, что у нее нет планов на этот вечер. Казалось, она догадывается, что Джек может пригласить ее куда-нибудь. Было ли это правдой?

Повесив на указательный палец вешалку с чистой одеждой, Джек подождал Оливию.

– То есть ты не собираешься ехать сегодня в школу? – Джек предполагал, что большая часть города посетит предстоящее мероприятие.

– Сегодня конкурс?

– Ты хотела бы пойти? – спросил Джек, не успев остановить себя. – Со мной?

Он намеренно уточнил свой вопрос, чтобы Оливия не подумала, будто у него просто есть лишний билет, которым бы он хотел поделиться.

– Конечно, – ответила Оливия, немедленно соглашаясь. – Я долго ждала, когда же ты вновь пригласишь меня куда-нибудь, – радостно произнесла она, направляясь к двери. – Во сколько я должна быть готова?

Она, должно быть, шутила, и, чтобы не подпрыгнуть и не щелкнуть каблуками в абсолютном ликовании, Джек кинул взгляд на часы:

– Через час слишком рано?

– Нет, просто отлично.

Что же, раз ему повезло, надо испытать свою удачу и во второй раз.

– Может, потом поужинаем?

– «Хижина тако»?

Джек понимал, что Оливия поддразнивает его, но решил не обращать на это внимания.

– Если хочешь. Но я бы предпочел ресторанчик морской кухни на пристани или же «Капитанскую галеру».

– О, я приобрела более высокий социальный статус! – проговорила Оливия со смешком. – Я позволю решать тебе.

Но Оливия не знала, что этот ужин в одном из самых лучших местных ресторанчиков является своеобразной платой за рекламу. А Джеку не хватило духа сказать ей об этом. Газета частенько продавала рекламное место за кредит в ресторане. И возможность воспользоваться этими льготами была привилегией его должности. «Хижина тако», например, должна была газете несколько сотен долларов, а Джек просто не смог бы съесть так много такос самостоятельно.

Они разошлись при выходе из химчистки, и Джек поспешил к своему старому «таурусу», его походка была легкой и упругой, словно он помолодел на несколько лет.

Сорок пять минут спустя он принял душ, переоделся, вымыл машину и поехал к Оливии. Она уже была готова, одевшись в джинсы и свитер ручной вязки, но зонт брать не стала. Джек заметил эту особенность, когда жил на Тихоокеанском Северо-Западе. Здесь мало кто носит зонт. А тот, кто делал это, автоматически считался туристом.

К тому времени, как они пришли в актовый зал школы, там было не протолкнуться. Но по той причине, что Джек работал на газету, для него было оставлено несколько мест в первом ряду.

Вскоре после того, как они заняли свои места, появились Рой и Кори Макафи. Джек знал эту пару по статье которую сам же недавно написал. Рой был на пенсии, но до этого работал полицейским в Сиэтле. И после ухода он организовал собственное детективное агентство. Опыт и репутация Роя сделали его очень популярным частным сыщиком. Его жена управляла офисом и работала помощником мужа. Рой и Джек подружились и после написания статьи пару раз встречались. Рой был страстным путешественником, а Джек, который никогда не был заядлым туристом, хотел попробовать и эту сторону жизни.

Рой немедленно отреагировал на тот факт, что Оливия была с Джеком.

– Эй, судья, что вы делаете с таким типом, как Гриффин? – сострил Рой.

– Развлекаюсь. Привет, Рой, Кори.

Кори заняла пустующее место рядом с Оливией, а Рой присел рядом с Джеком. Вскоре женщины начали обсуждать какую-то тему, а Рой говорил с Джеком о местной политике. Джек далеко не так планировал провести этот вечер, но его покинуло напряжение, и он вновь смог стать превосходным собеседником.

Когда на сцену вышел мэр Бенсон, Оливия наклонилась к Джеку и прошептала:

– Ты как смотришь на то, что Рой и Кори присоединятся к нам за ужином?

– Я не против, если не возражаешь ты. Очевидно, Оливия не возражала, потому что склонилась к подруге, и Джек смог увидеть кивок Кори.

Как Джек и думал, соревнование прошло весело. Он понял, что изначально целью соревнования было вызвать смех и скрасить горожанам серую сырую весну. Это мероприятие проходило уже много лет. Правила были достаточно просты – молодые и пожилые участники пытаются воспроизвести звуки, которые издают чайки, населяющие Кедровую Бухту. Джек смеялся, кричал, хлопал и свистел вместе с остальными зрителями.

Победитель – четырнадцатилетний мальчик – поразил всех своей мимикой, поэтому победа далась ему очень легко. Покидая зал, Оливия и Джек шли рядом. Он жалел, что ему не хватило духа взять ее за руку.

Несколькими минутами позже они встретились в «Капитанской галере» с Роем и Кори. Их поприветствовала смутно знакомая молодая девушка с серьезным лицом, которая проводила их к столику и дала меню. Почти механически она пожелала им приятного аппетита и удалилась.