Хочу вернуть тебя - Амелия Борн

А остальные вопросы буду решать по мере их поступления. Например, что предпринять, чтобы забрать дочь домой как можно скорее? Потому что был уверен в одном - если Ленка и должна с кем-то быть, так это со мной, Евой и сестрой. Ну и с бабушкой, разумеется.

Значит, в эту сторону и стоило направить все свои силы - эмоциональные и физические.

- Папа! Папочка плиехал! - закричала Ленка, когда я вошел в гостиную, где дочь сидела и перебирала детскую посуду.

Дорогие игрушки были раскиданы то здесь, то там, но, кажется, малая совершенно ими не интересовалась. Откинула от себя крохотную фарфоровую тарелочку, бросилась ко мне.

- Хэлен, осторожнее! - шикнула на нее Августа. - Эти наборы стоят целое состояние!

Пока мы с Леной, тесно прижавшись друг к другу, наслаждались моментом той близости, какая бывает только у дочери и отца, женушка принялась аккуратно собирать игрушки.

- Пап… а ты меня отсюда забелешь? - с надеждой спросила Лена, вцепившись в меня своими ручонками. - Я очень заскучала по бабушке… и по Малюське. А еще по Еве, - залопотала она.

Сказать ей, что пока был вынужден играть по чужим правилам, я не мог. Но и врать, что вот-от она окажется дома, не мог тоже.

- Пока мы с тобой пару дней проведем вместе. Я взял выходные на работе, так что побудем вдвоем, хорошо?

Августа, на которую я бросил быстрый взгляд, поморщилась. Но говорить ничего не стала. Вот и славно.

- Твоя комната - на третьем этаже. И повторюсь, Андреев, - без глупостей! - заявила она и, процокав к выходу каблуками, удалилась.

Еще бы я решился на глупости! Дом был практически наводнен теми, кто мог вышвырнуть меня отсюда в считанные секунды. Так что последнее, на что я бы решился, - утащить отсюда Ленку.

- Ладно… Только мне тут не нлавится… Тот дядя, котолый уехал, говолит, что нужно вести как леди. Я сказала, что я - папина принцесса. Он лазозлился.

Ленка вздохнула, я же прижал дочь к себе еще крепче. Какая она у меня все же умница. Не по годам. Вся в меня.

- Они с Лангустой так лугались. Аж весь дом тлясся! - округлив глаза, проговорила дочь и я не сдержался.

Начал хохотать так, что едва не покатился по полу. Лангуста, ну надо же!

- Сильно ругались? - спросил я, отерев слезы.

Дочь закивала.

- Да. Он говолил про жену. А Лангуста - что он… - Она презабавно нахмурила бровки и выдала: - Слово забыла… но похоже… как бабушка говолила… тебя так подстлигивали.

- Подстригали, - машинально поправил дочь и поморщился: - Налысо?

Ленка помотала головой.

- Наголо?

- Да! Вот так.

Теперь настала моя очередь хмуриться. То слово, которое вертелось на языке, ну никак не подходило депутату.

- Жиголо, что ли? - уточнил у Ленки.

Она закивала и улыбнулась.

- Смешно так.

И захихикала, так и продолжая в меня вцепляться изо всех сил. Хм… Жиголо и олигарх, а заодно депутат в одном флаконе. Даже интересно стало, отчего Лангуста так обозвала своего любовника.

- Ты не голодна? - спросил у дочери, когда мы с ней устроились смотреть мультфильмы.

Я усадил ее на колени и прижал к себе. Даже представить себе не мог, что уже завтра вечером мне придется отсюда уехать, оставив здесь своего ребенка.

- Есть не хочу, - помотала она головой. - Но здесь дают вкусное шоколадное молоко.

Вот и отлично, - решил я. Значит, будем пить вкусное шоколадное молоко и смотреть телевизор. А заодно я постараюсь выяснить хоть что-то, что поможет мне в будущем. На том и сосредоточимся.

Малая заснула под третью серию Свинки Пеппы. Дома мы нечасто позволяли ей настолько долго смотреть телевизор, а здесь, видимо, заняться с ребенком было некому, вот она и пялилась в экран весь день с перерывом на дорогущие игрушки, о которых так пеклась Августа.

Удобнее уложив Лену на диване, я поднялся и потянулся - сказывалась неудобная поза, когда сидел, боясь разбудить малую. И прошествовал к выходу из гостиной, надеясь быстро раздобыть шоколадное молоко и вернуться обратно. А еще до зуда в ладонях хотелось набрать номер Евы и рассказать ей все. И я очень надеялся, что она воспримет адекватно сложившуюся ситуацию.

Едва я вышел в коридор, ко мне чуть ли не бросился один из мордоворотов, охраняющих этот особняк. Но, поняв, что киднеппингом я промышлять пока не собираюсь, вновь расслабленно прислонился к стене.

- Спокойно, я на кухню, - вскинув руки в жесте «сдаюсь», растянул я губы в улыбке. - За шоколадным молоком. Тебе принести?

Бугай воззрился на меня так, будто я на его глазах превратился в ангела, сошедшего с небес.

- Кстати, куда идти? - спросил я его, на что он неопределенно махнул рукой в сторону коридора, уходящего вправо.

Ладно, не покажешь и хрен с тобой, золотая рыбка. Найду сам.

Пройдя в указанном направлении и запоминая путь (уж больно огромным оказался особняк. Церетели его, что ли, строил?), я добрался до кухни. Ну, как добрался? По ароматам еды определил, что еще пара шагов и, когда войду в открытые двери, непременно окажусь там, куда направлялся.

Однако делать эти самые последние шагт не стал, потому что до меня донесся женский голос:

- … мяни мое слово - скоро съезжать и отсюда придется. Меня, поди, хозяйка с собой заберет, а вот с остальным персоналом, не знаю.

Я все же переместился чуть вперед, встав так, что мне было бы видно говоривших. Это были две девушки, одна из которых, пухленькая и вся в веснушках, бойко что-то протирала и так же бойко вещала то, что мне в