Ты мой дом - Виолетта Роман

Смотрю на рыжую кудрявую девчонку, в ее горящие любовью глаза. Заглядываю в лица каждого из парней – брутальных, сильных, сложных. Остап, Илай, Демид – все они далеко не идеальны, но каждый из них отдаст все за другого. Вот она – семья. Настоящая дружба, искренняя любовь друг к другу, несмотря ни на что. Сколько раз косячил Огги? Сколько раз по его вине приходилось отдуваться и Луке, и Нейману. Но они все равно остаются рядом с ним. И быть с этими людьми – настоящее счастье.

Входная дверь открывается и на пороге появляется Лука. На нем белоснежная рубашка и светлые джинсы. Он выглядит шикарно, впрочем, как и всегда. Удивленно-растерянный взгляд голубых глаз сканирует темное пространство. И когда его рука накрывает выключатель, и в комнате зажигается свет, все присутствующие здесь выпрыгивают из своих укрытий и кричат ему: «Ура!»

Я вижу, как Ия несется к нему, как запрыгивает растерянному Луке на руки, а он прижимая ее к себе, накрывает ее губы поцелуем. Ия отстраняется, говорит ему что-то, на ее губах улыбка, а его глаза с такой любовью и счастьем смотрят на девчонку, что у меня сердце сжимается.

Я знаю, сколько трудностей прошли эти двое. Дема рассказывал мне и о семье Ии, и о ее брате. Ребята были в разлуке долгие полгода, и теперь. когда снова обрели друг друга, понимают насколько хрупко и ценно то, что между ними.

К Варламову подходят парни. Дема, Илай, Остап, и еще несколько постоянных бойцов клуба. Все они обнимают его, говорят какие-то пожелания. Он улыбается, отвечает парням, но Ию из рук не выпускает. Так и проходит вглубь зала, а когда ребята идут мимо нас, Нинель взрывает хлопушку, и я, опомнившись, делаю то же самое.

Все рассредоточиваются по своим местам. Начинается праздник. Несколько девчонок уже отплясывают под грохочущую музыку, а я сижу на коленях у Демки и наслаждаюсь теплотой его тела. Он неспешно пьет пиво, разговаривая с Илаем. Лука с Ией кружатся в танце.

Губы Демки касаются моего виска, он гладит мою спину, пока Нейман говорит о каком-то клубе.

У меня вибрирует телефон. Вытаскиваю из кармана и удивленно пялюсь на экран. Сообщение от Элис. По телу пробегает озноб. И почему мне так тревожно?

Поднявшись с колен Демы, я направляюсь к выходу, и когда оказываюсь на улице, в вечерней тишине, открываю послание.

Ток пробегает по венам. Я стою и смотрю на фото постера боя, который должен состояться завтра вечером, а внутри все ухает куда-то вниз. Разочарование - горькое, тяжелое, предательски болезненное удушающей петлей на шее.

Элис была права. Демид врал мне все это время. И завтра он выступает в одном из самых опасных клубов города. Там, где в боях нет никаких правил.

Царящий вокруг полумрак, помогает спрятаться мне от остальных. В глазах стоят слезы, и я все никак не могу побороть огромный, надоедливый ком, застрявший в горле.

За спиной грохочет музыка, из открытых окон клуба доносятся женский смех и мужские голоса. Там веселье, радость, праздник, а я смотрю на свои ладони, и чувствую невыносимую горечь. Мое счастье, все мои мечты и надежды оказались фальшивкой. Это то, во что верила лишь я. Моя личная иллюзия, за которой я скрывалась.

Слышу, как отворяется дверь за спиной, а затем шаги. Его шаги. Прикрываю глаза, от того, что мне больно. Даже не глядя его узнаю, среди тысячи других найду с закрытыми глазами. Чувствую его, знаю наизусть... думала, что знаю.

— Ней, я сейчас подойду! — от звучания его голоса внутри все в комок сжимается.

Он подходит ко мне, его руки обвивают мою талию, резко притягивая к себе. И когда моя спина врезается в его твердую грудь, с губ слетает жалкий всхлип.

Демид не понимает, что внутри меня сейчас все настолько обнажено и болезненно, что даже касания его пальцев причиняют мне невыносимую боль.

— Белка, ты чего меня одного там оставила? — шепчет, касаясь губами моей шеи.

— Не надо, — резко вырываюсь из его хватки, отхожу в сторону. Мне невероятно сложно держать себя в руках. Хочется наорать на него, швырнуть в него телефоном. Я так зла сейчас! Я так... разочарована.

Обнимаю свои плечи, чувствуя себя невыносимо несчастной. Мне так холодно...

— Эй, Белка, ты чего? — он смеется, снова приближаясь ко мне. — У вас это заразное? От Ии заразилась? Они с Варламом снова умудрились поссориться, прикинь, — его пьяный смех касается моей кожи. Ладони Огинского ложатся на мои бедра и ползут вверх.

— Ты дерешься, — выпаливаю прежде, чем успеваю остановить себя.

Прикрываю глаза, понимая, что не выйдет. Без скандала не получится. Я не смогу держать в себе все это ни минутой дольше.

Резко разворачиваюсь, демонстрируя ему экран телефона, на котором тот самый постер с предстоящего боя.

Демид удивленно пялится на него, а спустя пару секунд возвращает ко мне взгляд.

— Давай не будем сейчас ссориться. Поверь, так надо, — смотрит на меня так, словно я маленький капризный ребенок и затеяла скандал с пустого места.

С губ срывается нервный смешок. Я отворачиваюсь на мгновение, все еще не веря своим ушам.

— Белка... – его ладонь ложится на мое плечо, и я резко отталкиваю ее в сторону.

— Так надо?! – с горла рвется крик. Я вижу, что на нас смотрят ребята, стоящие у клуба, но теперь мне на это плевать. Имеют значение только карие глаза того, кому я отдала свое сердце. И кто так цинично лгал мне все это время.

Демид кривится. Из глаз тут же пропадает всякий дурман, теперь его взгляд становится острым, цепким.

— После прошлого боя я бежала в больницу и молила Бога, чтобы ты был жив! — в голосе дрожь, я толкаю его в грудь. — Я просила тебя не драться, и ты дал мне слово! Ты обещал!

Я бью его и бью. А он просто стоит и смотрит на меня так, словно ему и ответить то нечего.

Спустя несколько минут я выдыхаюсь, и отхожу от него. Отвернувшись, вцепляюсь пальцами в волосы, пытаясь успокоиться. Делаю глубокий вдох, только ни черта не помогает.

— Это большие деньги, — раздается его напряженное за спиной. — Этот бой позволит нам открыть свое дело, жить так, как мы и хотим!

Лучше бы он молчал! Лучше бы не говорил этого бреда!

— Думаешь, я дура?! Думаешь, не