Ее сводные монстры - Дана Блэк

- Нет, но я вижу.

- Ты маленькая, глупая девочка, Алиса, - он отъезжает на стуле и бросает салфетку, поднимается из-за стола. - И сама не понимаешь, о чем говоришь.

Он обходит стол и скрывается в ресторане.

Между нами пауза, и Камила смотрит на пустой стул, где на спинке висел пиджак Арона. Он с собой его забрал, словно возвращаться на ужин не собирается.

И сестры синхронно поворачиваются на Виктора, объяснений ждут. И тот усмехается.

- Алиса просто приревновала, - отодвигает пустую тарелку и вытирает губы салфеткой. - Не хочет, чтобы братья мужа хорошо отдохнули с другими женщинами. Хочет, чтобы с ней.

Вспыхиваю от того, насколько просто звучат его слова и спокойно, он правду говорит и в эту правду верит. Иначе не был так невозмутим.

Ловлю на себе взгляды сестер и краснею еще сильнее. Николас рядом, и он все слышал. Но Виктору не возражает, будто думает так же - я ревница, и злюсь, что самой себе не могу в этом признаться.

- Я наелась, - поднимаюсь из-за стола и юркаю в ресторан.

Запираюсь в туалете и смотрю на себя в зеркало.

Вот, вроде бы, никто мне слова не сказал, никак не обозвал, а отчего-то так стыдно и страшно. Что теперь делать, это мое желание - улечься в постель со всеми тремя - оно отвратительно, но сильно настолько, что уже всю колотит.

Умываюсь холодной водой, осторожно, чтобы не испортить макияж. Поправляю хвост.

И оглядываю себя в зеркале.

Нет, я та же Алиса. Просто мужчины на пути попались слишком…

Неправильные.

Вовзращаюсь в ресторан, лавирую между столиками, выхожу на терассу.

За нашим столиком случились изменения. Пропали ненавистные мне брюнетки. Остались только братья - любимая троица, да, это так. Подхожу ближе, затаив дыхание.

Разговор между ними обрывается, все трое смотрят на меня. По телу дрожь бежит, и трясутся колени, откашливаюсь. И киваю Николасу:

- Ну что, едем домой?

- Да, - он встает на ноги и большим пальцем трет нижнюю губу, обходит стол. И с братьями не прощается.

Втроем выходим к машинам.

И дальше расходимся - мы в свою с откидным верхом. У Арона с Виктором авто одна на двоих, припаркована за нами.

Вижу в зеркало, что они уселись в салон и поворачиваюсь к Нику.

- Почему не попрощался?

- А надо было? - он выруливает на дорогу.

Стемнело, и вокруг все в огнях, мы катим навстречу ветру, с удовольствием подставляю лицо и прикрываю глаза.

- Все от тебя зависит, - сквозь шум доносится негромкий голос Николаса. - Если хочешь видеть сегодня у нас дома гостей - значит, позовем.

- Хочу, - это само вырвывается, распахиваю ресницы и смотрю на мужа. Нам обоим ясно, что это все не просто так, к нам не на чай заедут. Но это выше моих сил.

Ник, не глядя на меня, моргает фарами машине позади нас. За рулем Арон. И его машина моргает в ответ.

Вот так, без слов, на дороге - договорились.

Они едут к нам.

Глава 51

- Есть вкусное вино, - говорит Николас и открывает шкафчик. Оглядывает полки.

Сажусь за стол и напрягаю слух. В дом мы зашли первыми, но я видела, что машина гостей тоже заехала на участок, я обернулась.

И видела.

И вот сейчас…

- А где помощница? - спохватываюсь и пугливо осматриваюсь, словно она в одном из этих бесчисленных шкафов спряталась, специально, чтобы только подглядеть, чем мы займемся.

- Я ее отпустил до утра, - Ник спокойно разворачивается с бутылкой в руках и показывает мне этикетку. - Это вино старше меня. Впечатляет, лапушка?

- А когда ты ее отпустил? - меня ответ не устраивает, я напрягаюсь. - Мы же с тобой вместе зашли.

- Еще до того, - Ник ставит бутылку передо мной. И роется в очередном шкафчике, гремит бокалами. - Еще до ужина в ресторане.

- А зачем?

- Алиса, что не так? - он поворачивается.

- Ну, то есть ты знал? Что у нас будут гости?

- Гости, - он передразнивает, а выражение лица не меняется, остается таким же невозмутимым. - Называй вещи своими именами, Алиса. Мы моих старших братьев пригласили. С которыми ты хочешь заняться сексом.

- Ник.

- Что?

Он останавливается по ту сторону стола. Смотрим друг друга, и я боюсь глаза отвести, хоть и очень стыдно, и очень хочется это сделать. Но притворяться поздно, он во всем прав.

- Откуда ты узнал? - придвигаюсь по стулу ближе.

- Что тебе меня одного мало? - он усмехается. - Ну потому что, лапушка. Я не слепой и не идиот.

Он ищет штопор.

И в этот момент в холле хлопает дверь.

Вздрагиваю.

Очень громко, хотя кухня далеко. Значит, специально. Предупреждают о своем присутствии, чтобы взволновать меня еще сильнее.

Ерзаю, словно не на стуле сижу, а на сквороде в аду, я просто законченная грешница, если помыслила о таком.

И этого жду.

- Почему ты не против тогда? - спрашиваю в широкую спину мужа.

- А мой запрет тебя остановит? - он оборачивается и кладет штопор рядом с бутылкой, - нет, дослушай, Алиса, - наклоняется, когда я открываю рот, чтобы перебить. - Если я скажу тебе остановиться - ты остановишься. Но мысли я из твоей головы не выбью, пусть даже сам расшибусь в лепешку. Ты будешь думать. И представлять. Пока себя не отравишь настолько. Что жизнь наша станет невыносимой. Лучше попробовать, лапушка, - он наклоняется еще ближе, нос к носу ко мне. - Тогда успокоишься.

- Один раз попробовать?

- Вряд ли. Всю ночь.

Загораются уши.

За спиной раздаются шаги.

- Хорошее вино, - оценивает Арон и обходит стол.

- К нему есть еще спелые фрукты, - Николас открывает холодильник.

Сижу и смотрю на свои руки.

Ник все готовит к ночи, а я тут…будто бы ни при чем, и не знаю, что произойдет дальше.

- Алис,фрукты порежешь? - Виктор садится рядом, и я вскакиваю, едва не опрокинув стул.

Оттесняю Ника от холодильника. Достаю запасы на ночь и орудую ножом, и чувствую, что на меня смотрят все трое - летнее платье с открытой спиной, и у меня лопатки подрагивают.

- На пляж пойдем? - поворачиваюсь с блюдом и шагаю, глядя на фрукты, боковым