Роковая Роксана - Ната Лакомка

Мама и отчим стояли в прихожей, уже в плащах, и мама с восторгом всплеснула руками, увидев нас.

- Девочки! Вы станете царицами бала! – воскликнула она. – Ах, где мои семнадцать лет? Ну, хотя бы двадцать… Или тридцать… Да я и на сорок согласна!

- Ты выглядишь прелестно, - подбодрил её отчим, подавая руку. – И королевой бала объявят тебя. Ведь никто не догадается прийти в костюме одалиски.

- В костюме Восточной красавицы! – запротестовала мама.

- Простите, ошибся, - сказал отчим с притворным смирением, и мы со Стеллой прыснули.

- Что смешного? – мама привычно надула губы, но уже через минуту снова защебетала, предвкушая праздник.

Погода была ясной и тихой, и лучше было бы ехать в открытой коляске, но с нашими широкими юбками в коляске поместиться было невозможно, поэтому приготовили карету.

Благополучно отправив нас в её недра и подождав, пока мы расправим платья, отчим забрался следом и примостился в уголке, чтобы не помять наши наряды. Дверцу закрыли, кучер свистнул на лошадей, и экипаж тронулся.

- Приглашён оркестр Марринера, - говорила мама, надевая маску и глядясь в зеркальце, - так что приготовимся отлично потанцевать. Рокси! Думаю, сегодня у тебя не будет недостатка в кавалерах. Эта противная Анна Симпсон лопнет от зависти!..

- Это будет отличным завершением вечера, - поддакнула я. – Вместо фейерверка.

- Фейерверк тоже будет… - начала мама и замолчала на полуслове, опустив зеркальце и гладя на меня с укоризной.

Стелла захихикала, а отчим сделал вид, что занят, подводя часы.

- Всё шутишь, - со вздохом сказала мама и тут же подпрыгнула, словно её ужалили: - А где твоя бальная книжка, Рокси?!

Бальная книжка - крохотный блокнотик не больше ладони. Листочки в ней сделаны из тонких пластин слоновой кости, а сбоку крепится карандашик. В книжку принято записывать номера танцев и имена кавалеров, которым эти танцы обещаны. Так как танцевать меня давно не приглашали, я забросила свою книжечку в шкатулку и совершенно о ней позабыла. Забыла и сегодня, а вот бдительная маменька вспомнила.

- Это плохо, - сказала она строго. – Тебе нужна бальная книжка. Иначе ты перепутаешь кавалеров.

- У меня хорошая память, - успокоила я её. – Не волнуйся, пожалуйста.

- Причем тут хорошая память? – возмутилась мама и вдруг требовательно махнула веером на Стеллу: - Сти, отдай сестре свою. Поскорее, мы уже подъезжаем.

В карете стало так тихо, что слышно было, как играет музыка где-то вдалеке, и как скрипят колёса.

Стелла медленно взяла крохотную книжечку в серебряном переплёте, которая висела у неё на поясе, и сжала её в ладонях:

- Но это же подарок Харальда… - сказала она.

- Ничего страшного, - возразила мама. – Харальд не обидится. Он даже этого не заметит. Мужчины никогда не замечают подобных вещей. Ну же, поскорее, Сти.

- Обойдусь без книжки, - сказала я, постаравшись разогнать возникшую неловкость. – К тому же, это нарушит образ. Серебро не подходит к чёрному.

- Не говори глупостей! – мама начала сердиться. – Серебро будет отлично смотреться с твоим платьем. – Ну же, Сти! Не жадничай. Рокси столько времени была лишена удовольствия потанцевать. Прояви хоть немного участия!

- Дорогая… - попытался вмешаться отчим, но мама решительно перебила его.

- Дорогой, ты ничего не понимаешь в дамских обычаях и привычках, - сказала она резко. – Рокси необходима бальная книжка. Граф должен видеть, что моя дочь пользуется популярностью.

- Мама, я не возьму её, - произнесла я твёрдо. – О чём ты, вообще? Это бестактно – забирать у Стеллы подарок жениха только для того, чтобы произвести впечатление на графа. Да граф, к твоему сведению…

Возможно, я всё-таки сказал бы, что приглашение графа – это совсем не галантные ухаживания, но мама не пожелала слушать.

- Да что я с вами спорю! – вспылила она и разжала руки Стеллы, мигом забрав у неё книжечку и ловко отстегнув замочек на цепочке. – Тебе она нужнее, Рокси. Сти не обидится, - и она перешла к наставлениям, не замечая, что у Стеллы задрожали губы, а отчим неодобрительно нахмурился. - Постарайся почаще открывать её, - давала мама рекомендации, пока пристёгивала книжку к моему поясу. – Делай вид, что позабыла, кому обещала следующий танец. Граф должен видеть, что все странички в книжке заполнены.

- Мы ещё не знаем, пригласит ли меня кто-то кроме графа, - сказала я сдержанно.

- Пригласит, - уверенно ответила мама. – Ну вот, приехали. Девочки, не потеряйте маски. Всё-таки, это маскарад!

- Зайдём в дамскую комнату, - шепнула я угрюмо молчавшей Стелле, когда мы выходили из кареты, - отдам тебе книжку. Мама не станет скандалить на публике.

- Не надо, - ответила она тоже шёпотом. – Оставь себе. Мама права, ты имеешь право повеселиться. А я ведь твоя сестра, а не ведьма какая-нибудь, - и добавила, улыбнувшись и расцеловав меня в щёки: - Сведи уже с ума этого напыщенного графа! И если моя книжка поможет, я буду счастлива.

Как же она ошибалась, но я не стала её разубеждать.

- Спасибо, - сказала я искренне и расцеловала её в ответ. – Пойдём и будем веселиться, не смотря ни на что.

По лестнице мы поднялись, взявшись за руки. Двери были распахнуты настежь, звучала весёлая музыка, и в лицо нам сразу прилетела пригоршня конфетти.

Вокруг кружились в танце, флиртовали и бросались цветами, конфетти и серпантином фея и сатир, викинг и нежная нимфа, паяц преследовал греческую богиню, а Коломбина пряталась за веером от слишком настойчивого единорога.

Маскарад сразу захватил нас, увлёк в самый центр, закружил, оглушил…

Маски атаковали нас со Стеллой, наперебой приглашая танцевать.

Кадриль? Кадриль занята. Вторая кадриль? Простите, тоже. Англез? Котильон? Бранль? Контрданс?

Я записывала кавалеров, без особых раздумий – кто сказал первым, того и танец. И лишь на канарио позволила себе особый выбор – господина Мюррея. Он очень лихо стучал каблуками, и хозяева праздников часто просили его исполнить канарио показательно, чтобы гости могли полюбоваться. Грех было упускать возможность станцевать в паре с таким танцором.

В суматохе я потеряла и Стеллу, и маму с отчимом, и, расписав все танцы на вечер, ускользнула от кавалеров, спрятавшись за колонну. Теперь