Супруги по (не)счастью - Соня Марей

– Трари зовет тебя, южанин!

Глава 11

Фардана

– Я сразу поняла, что что-то случилось. Твой запах почуяла еще на подходе к долине, он смешивался с запахом чужака. А потом к нему добавилось это ужасное смердение, – лисица брезгливо сморщила нос. – Ненавижу магию смерти.

В шатре было тепло и светло. Мне дали вымыть лицо и руки, после чего Трари велела сесть на подушки напротив очага, а сама заняла место с другой стороны. Бросила в огонь пучок сухих трав и протянула мне согревающий напиток.

– Спасибо еще раз, Трари, – сердечно поблагодарила я. Тело все еще потряхивало после пережитого. – Твои воины спасли нас от гибели. Я никогда этого не забуду.

Когти и зубы анг были одним из немногих средств, что могли противостоять магии смерти. Поэтому лисьей стае не составило труда расправиться с этими выродками.

– Оставь благодарности. Помогать Ангабельдам – наш долг, – вдруг она протянула руку с острыми когтями и схватила меня за запястье. Обнажила кожу и ухмыльнулась. – Так я и думала! Сложное плетение, на такое способна лишь очень сильная и древняя магия.

Тяжело вздохнув, я начала с самого начала, потому что на улице не успела толком ничего рассказать: и про предательство Хальфа, и про случайный брак. Оборотница слушала внимательно, время от времени кивая или хмурясь. Напиток быстро закончился, и я потянулась за новой порцией, замечая, как дрожит рука.

– Что мне теперь делать? Мои планы разрушены, моя жизнь висит на волоске. Я совершенно потеряна.

– Попробуй посмотреть на это с другой стороны, – терпеливо и спокойно отозвалась анга, и глаза ее загадочно блеснули.

– С какой?

Не нравится мне ее тон, ох не нравится…

– Что ни делается, все к лучшему. Магия алтарей очень капризна, она не связала бы вас, если бы вы не подходили друг другу.

На миг перехватило дыхание – так, если бы меня ударили в грудь со всего размаху. Не верилось, что это говорила Трари. В душе я надеялась услышать от нее совсем другие слова.

– Мы подходим друг д-другу? – выговорила я, заикаясь и расплескивая напиток. – Трари, при всем уважении к твоей мудрости, ты надо мной смеешься. Может, оставить южанина в вашем поселении? Убивать его все равно нельзя, а так…

– Вас связала магия, и здесь я ничего не могу поделать, – строго прервала лисица. – Мы не тронем его, и мы не можем его здесь оставить, потому что перед богами он твой муж, княжна.

Захотелось со всей силы хлопнуть себя по лбу.

– Но ведь я этого не хотела!

– Что сделано, то сделано. Такова судьба.

Я со стоном спрятала в ладонях лицо. Голос Трари долетал до меня, как через слой толстого одеяла.

– Ты хорошенько подумай, Фардана. Мне хватило одного взгляда, чтобы понять, он – сильный самец, и лисята у вас получатся сильными.

– Что ты говоришь? Какой самец, какие… лисята?! Он убить меня собирался!

Лицо начала заливать краска смущения и гнева, сердце заколотилось, как ненормальное. Но лисица продолжала с невозмутимым выражением лица, только на дне зрачков пряталась тень веселья:

– Тебя ведь к нему тянет? – и, предупреждающе выставив руку вперед, произнесла: – Только не надо отрицать, я чувствую ложь.

– Конечно нет! – я выкрикнула это громко и быстро, чем вынудила Трари усмехнуться. Снисходительно так, с пониманием.

Вот… лиса! Ничего от нее не скроешь. Пришлось, виновато опустив голову, признаться:

– Даже если тянет, это все действие брачной татуировки. Это магия, обман и наваждение. Умом я понимаю, что ничего такого испытывать не могу и не должна, будет правильней его ненавидеть и опасаться.

И не должно быть глупого желания привлечь его внимание, поддеть и уколоть. И той постыдной дрожи, когда он оказывается рядом.

– Он – мой враг. Он собирался убить меня, сам только и ждет, когда брак будет расторгнут, чтобы завершить начатое. Ему нельзя верить.

Удобней устроившись на подушках, Трари задумалась. За те годы, что мы не виделись, она не изменилась ни капли. Да это и понятно, анги живут гораздо дольше людей.

– Ты сама не уверена в своих словах. Требуешь от других откровенности, а сама лицемеришь. Это плохая черта, Фардана. Я должна поговорить с этим человеком, как его зовут?

– Фрид, – выдохнула я и облизнула губы. В чем-то лисица была права. – Так ты сможешь нас развести или нет?

Анга отрицательно качнула головой, и в груди у меня что-то ухнуло.

– У меня нет такого права.

– Тогда я срежу кожу вместе с этой проклятой меткой или прижгу ее каленым железом. И выйду за Улвиса.

– И станешь двоемужницей в глазах богов и людей? Ужасный грех, княжна, – Трари покачала головой, но сочувствия в ее глазах я не увидела. Скорее, там тлело ехидное пламечко.

Она надо мной смеялась! Это просто какой-то заговор!

Со стоном я сжала виски. Ну и ситуация! И, главное, путь проделан зря. Все зря…

– Сегодня праздник – у меня родилась правнучка, – вдруг произнесла лисица, ободряюще сжав мое запястье. – Оставайтесь, передохните, а завтра утром, глядишь, мы что-нибудь придумаем. Есть у меня пара мыслей, но нужно время.

Эти слова приободрили, я смогла даже улыбку выдавить.

– Спасибо, Трари.

– Теперь позови ко мне своего мужа.

Фрид

Разговор с предводительницей анг прошел вполне мирно, учитывая, что остальным лисам я сразу не понравился. Трари выслушала мой рассказ, ни разу не перебив, а потом долго молчала, глядя в огонь. Пламя плясало в звериных глазах, отчего длинные зрачки казались узкими, как ниточки.

– Так, значит, то были слова Оракула? – молвила она, пронзив меня взглядом раскосых звериных глаз.

Я согласно кивнул.

– Это не только мое решение и не моя прихоть.

– Мы не можем вмешиваться в дела Высших, да и в дела людей стараемся тоже не лезть. Анги – это наблюдатели. Лишь изредка мы позволяем себе что-то менять, – Трари задумчиво потерла подбородок. – Даже взмах крыла маленькой птицы может нарушить нити судьбы. Это пророчество было дано тебе, сын Огнеликого, значит, ты и должен его разгадать. Но хочу предупредить – если причинишь Фардане Ангабельд вред, пожалеешь. – В чертах ее лица проступило что-то безжалостное, а через миг оно снова разгладилось и стало почти умиротворенным. – Но я верю, что у тебя хватит благоразумия. Ты не кажешься мне дураком.

– Лестно это слышать, госпожа Трари, – я усмехнулся, подтягивая под себя ноги.

В шатре было тихо и сумрачно, лишь огонь негромко