Фестиваль гребешка - Вера Александровна Петрук

Несмотря на то, что когда я видела мага в последний раз, он изменился, помолодел и похорошел, стоящий на сцене человек точно колдуном не являлся. Хотя и очень старался себя за него выдать. Немного не тот разрез глаз, самую малость не та улыбка, чуть резковатые движения и едва заметный акцент, которого у Ролана никогда не было. Я напряглась, соображая, стоит ли идти следом за Ашотом, чтобы предупредить о том, что на сцене не маг, когда человек, называющий себя Роландо, вдруг объявил, что ему нужны помощницы из зала.

И вот уже к моему креслу подходит охранник, который объявляет, что мне лучше пройти с ним, потому что господин Роландо меня выбрал. Большей растерянности я в жизни не испытывала. Краем глаза заметив, что выбрали не одну меня, а еще примерно десять девушек, которые уже направлялись вслед за провожатыми из зала, я решила не сопротивляться. Мне совсем не хотелось на сцену, тем более, что соседки провожали нас завистливыми взглядами, однако Наташа неплохо соображала в непредвиденных ситуациях и, кажется, уже нашла выход.

В коридоре притворюсь, что мне плохо и убегу в туалет, подумала я, доставая из сумочки телефон и набирая Ашота.

– Вас просили не звонить во время представления, – заявил охранник, забирая у меня устройство. – Отдадим после.

– Но мне нужно… – начала я, однако закончить не успела. Мы уже давно покинули зал и двигались по полутемному коридору где-то явно в служебных помещениях – тех самых, в которые должен был проникнуть Ашот. Остро пахнущий травами платок, зажатый в руке охранника, прижался к моему рту и носу, отчего короткая борьба очень быстро закончилась моим поражением. Теряя сознание, я увидела, что других девушек постигла та же участь. Все-таки надо было в зале оставить Ашота. Шансов справиться с оборотнем, на которых, как известно, химия не действует, у злоумышленников не было бы никаких.

***

Туго связанные в запястьях руки болели, в голове царил дурман, тело затекло в неудобном положении. Яркий свет слепил глаза, и мне пришлось прищуриться, чтобы осмотреться. Разумеется, ничего хорошего вокруг не наблюдалось. Я была привязана к офисному стулу, другие девушки находились в том же положении. Мы явно сидели в каком-то складе. Вокруг громоздились ящики и короба, старая мебель и закрытые чехлами непонятные предметы. Над одним из ящиков, стоящих в центре, висел источающий ослепительный свет шар. Я насчитала примерно пятнадцать девушек и – о чудо! – среди них была Исла, а также еще три девушки, фотографии которых я видела в газетах.

Сердце скакнуло в страхе, остановившись на трех фигурах, которые замерли у светящегося шара. Одного из них я знала. То был Ролан Роландо, маг, которого я последний раз видела в кафе. С тех пор он не изменился, разве немного оброс щетиной. Двое других были весьма престарелыми старцами, один из них даже опирался на трость, так как стоять ему было трудно.

– Ты совсем оборзел, Рон, – бурчал он на известного мне мага. – Зачем было красть этих девок до представления? Нам повезло, что в прошлом году тут маньяк орудовал, удалось все пропажи на его делишки спихнуть. Но лучше бы ты думал головой, а не задницей.

– Так головой я и думал, смотри, какая она у меня красивая, – бахвалился Роландо. – Прости, но я не мог больше смотреть на эти морщины. У нашей рыженькой здоровья и молодости столько, что, считай, я лишь откупорил бутылку и понюхал чуток. Клянусь, распивать будем все вместе.

Трое явно сумасшедших посмотрели на рыжеволосую девушку с заплаканными глазами. Кажется, это была самая первая пропавшая без вести.

– Никогда так больше не делай, – вмешался третий, суровый на вид, старец. – В прошлом году нам оказалось достаточно семерых девиц из зала. А сейчас ты набрал аж пятнадцать. Хочешь, чтобы мы в младенцев превратились?

– Хочу, чтобы мы ничем в себе не отказывали, – улыбнулся Ролан, подходя ко мне. – Глядите, какая красавица. Так и пышет здоровьем, силой, молодостью. Можно мне забрать ее целиком?

– Нет, мы будем делить всех поровну, – отчитал его Суровый. – Надеюсь, ты их проверил.

– Не волнуйся, Лун. Они все из рода человеческого. Ну, что? Не будем оттягивать приятный момент? Начинаем?

– Давай, – кивнул головой недовольный старец. – До конца представления еще час, но нам же и в себя потом прийти надо. Я уже не помню, что такое быть молодым.

– И красивым, не забывай, – улыбнулся Ролан и подмигнул мне.

Я даже мычать не могла. От кляпа во рту тошнило, а от бессилия хотелось выть, да бесполезно. Какое же гнусное преступление задумали эти престарелые колдуны! В Межмирье иногда выпускали сводки о магических преступлениях. Сейчас я в подробностях вспомнила, как одно время все болтали о магах, забирающих молодость у людей. Газетчики Межмирья их тогда Старцами обозвали. Одно время они орудовали в Готенруге, потом переместились в Корсион, а потом исчезли, и о них писать перестали. А маги-преступники просто-напросто воспользовались услугами Бюро Переводов и мигрировали в мир людей, в Дзио. Ставшие их жертвами девушки жили от силы лет пять, много болели и быстро умирали – ни один маг-знахарь не в силах был им помочь. Вот бы никогда не подумала, что мне придется разделить участь одной из них. Если старикам достанутся мои года, а мне их, то жить, правда, останется недолго. Сразу захотелось помянуть недобрым словом Пешкасия. Ведь если бы он не уговорил меня ехать в Дзио за Сун-Пак, ничего бы не произошло. Я не стала бы красавицей, не завела друзей, не узнала Ашота. Нет, жалеть я ни о чем не буду. Лучше поверю в чудо.

Между тем, шар, висевший в воздухе над ящиком, разросся и стал заполнять собой все помещение. Я приготовилась к боли – самому худшему, что смогла представить, но ничего такого не почувствовала. Лишь легкое жжение в теле, сменившееся приятной усталостью. Как после вечерней пробежки в парке. Свет становился все ярче, и мне пришлось зажмуриться, чтобы не ослепнуть. В ушах слышалось равномерное гудение, которое вдруг прервалось визгом одного из старцев. То был именно визг –