Истинная для демона, или Коснись моих воспоминаний - Наталья Ринатовна Мамлеева

– Так, – кивнул он. – Но уважение и любовь пришли не сразу. В восемнадцать меня тоже считали безмозглым мальчишкой, а с тех пор, заметь, прошло больше половины моей жизни. Я отучился в академии, изучал политику, отправился на пределы и после возвращения помогал отцу, перенимал его знания и опыт. Со временем, когда ты докажешь своему народу, что достойна его, тебя тоже полюбят.

– Я не хочу власти, – искренне призналась. – Власть – это не моё.

– Самые лучшие правители всегда говорят именно так, – улыбнулся Ямин. – Все, кто жаждет власти, в итоге ведут людей к погибели, ведь им важна не судьба своего народа, а обладание им.

– Красивые слова, – кривовато ухмыльнулась, – но ведь я серьёзно. Я не могу править. Не смогу казнить. Это не в моём характере.

Ас-алердин помолчал, потом сказал тихо:

– Ты родилась принцессой. Тебе при рождении не оставили выбора.

Я подошла к парапету и взглянула на тёмное море.

– Иногда мне кажется, не так уж плохо, что Роффе стал королём. По-моему, он старается.

– Не могу поспорить, – согласился демон и встал рядом. – Но не хочу, чтобы ты выходила замуж за того, кого не желаешь. А пока Роффе у власти, он не даст тебе выбора.

Его слова были построены хитро. Если я отвечу, что он может меня спасти, взяв в жёны, я признаю, что желаю выйти замуж за ас-алердина, а мне не хотелось унижаться и просить его согласиться на этот брак. Тем более сейчас, когда мы находимся в шаге от того, чтобы найти нужные бумаги и освободить нас обоих от соглашения наших отцов.

– Тебе удалось узнать, чьё проклятие было наложено на Хокана?

Ямин кивнул, но прежде чем я приступила к расспросам, добавил:

– Расскажу, когда найдём соглашение. Нам пора. Не стоит терять драгоценные минуты, за которые твои фрейлины могут всё рассказать.

– Как ты предлагаешь переместиться? Можем спуститься вниз, а дальше нанять экипаж…

– Я уже призвал своего эскала. Я не приводил его во дворец, чтобы не привлекать внимания, оставил в конюшне за городом. Он скоро прилетит. На нём быстрее. Ты ведь сможешь воздушными потоками закрыть себя от холода? И знаешь, – Ямин оглядел моё пышное платье, – подъюбник лучше сжечь.

Посмотрев вниз, я поморщилась. Хоть и понимала целесообразность предлагаемого решения проблемы, но девичья стеснительность вопила, что это неприемлемо, недопустимо. Кое-как переборов её, попросила Ямина отвернуться и со вздохом развязала ленты нижних юбок. Те шумно упали вниз, и я просто переступила через них. Теперь верхняя юбка опускалась вниз мягкими воланами, и платье смотрелось немного странно.

– Отлично, – обернувшись, сказал Ямин и скастовал огненный диск, направив его на ткань.

Та мгновенно вспыхнула, отбрасывая жар на и без того алые щёки. В этот момент я услышала свист. Резко обернувшись, увидела кружащего над шпилем крылатого коня. Иссиня-чёрного, с длинной гривой, заплетённой в косы, и мощными копытами, которыми он бил по воздуху, прежде чем опуститься перед нами. Я застыла, с восхищением глядя на зверя. Разумеется, в Домисе я часто видела эскалов, но эти непокорные кони вполне разумны, а ещё – магически привязаны лишь к одному хозяину. Только очень сильные маги способны их приманить расцветом своей магии – в моменты первых магических всплесков. Тогда эскал навеки становится другом и защитником будущего мага.

– Его зовут Буря, – представил коня Ямин и выхватил из его рта огромную сумку, в которой, как оказалось, лежали сбруя и седло. – Только не подходи слишком близко, он может укусить.

В подтверждение слов хозяина Буря продемонстрировал ряд огромных зубов. Желание полетать на нём пропало, будто и не появлялось, и я осталась на месте, любуясь красотой и статью зверя, его мощными перьевыми крыльями.

Ямин надел сбрую и затянул ремни. Наконец, когда с этим было покончено, он подошёл ко мне и застыл. Поняв, что последует дальше, я смутилась ещё больше. А ас-алердин смотрел мне только в глаза, будто специально дразня мою скромность. Как же… бесит!

– Бери уже! – поторопила его и распростёрла руки в стороны.

Ямин с усмешкой подхватил меня и усадил на коня – было слишком высоко, чтобы я забралась сама. Демон сел сзади, невероятно близко, поэтому я тут же занервничала, не зная, куда деть руки, и просто вцепилась в луку седла. Ямин схватил поводья в одну руку, вторую положил мне на живот, прижав ближе к себе.

Его прикосновения… слишком интимны. Они будоражат, путают мысли, мешают рационально думать. Я понимала, что Ямину необязательно управлять эскалом, дёргая за поводья, скорее, они нужны для поддержки, потому что зверь слушает его ментальные команды – связь возникает ещё в детстве, во время пробуждения магии, эскал в прямом смысле чувствует и слышит своего хозяина.

Конь расправил крылья и, оттолкнувшись, взлетел. Ахнув от переизбытка эмоций, покрепче прижалась к Ямину, и он колючим подбородком слегка задел мою щёку. Демон даже не посмотрел на меня, видимо, не почувствовал, а я покраснела. Наследник был слишком близко. Я сумасшедшая, если согласилась на подобное, однако… в его руках было удивительно тепло и уютно.

– Если достаточно адаптировалась, самое время создать вокруг нас тепловые щиты.

Точно! Я и забыла. Переборов смущение и страхи, начала кастовать заклинания, по одному выпуская щиты и стабилизируя вокруг нас шесть дисков. Закончив, вновь схватилась на седло. Я старалась не шевелиться, не то что ёрзать, и думала о чём угодно, лишь бы не о демоне, и в итоге услышала его тихий смешок:

– Лучше поспи, иначе ты изведёшь нас обоих. Щиты устойчивы.

Я смутилась и притихла. Вскоре набралась смелости положить голову на плечо Ямина и, удивительное дело, действительно заснула.

Вместо надоевших за последние ночи мантикор и королей-предателей мне снилось чистое поле, по которому я гуляла со своей семьёй. Мы шли к той самой часовне, где мама всегда возлагала на алтарь самый лучший венок из свежих полевых или садовых цветов, смотря по сезону, и возносила молитвы богам. Тогда им ещё не требовалась груда денег, переданная через обнаглевших священнослужителей…

– Просыпайся, – тихий шёпот Ямина вывел меня из сна, и я проморгалась. – Мы подлетаем.

Я посмотрела вперёд и едва сдержала судорожный вздох. Отсюда я могла видеть очертания родного поместья, луга, раскинувшиеся перед ним, а вдали у моря – деревушку с частоколом и множество лодок.

– Кстати, ты единственная девушка, кто спал в моём присутствии.

Смысл шутки дошёл до меня не сразу, а когда всё-таки дошёл… Нет, я не смутилась. Я разозлилась. Ужасно.