Истинная для демона, или Коснись моих воспоминаний - Наталья Ринатовна Мамлеева

– Не волнуйся, я так и останусь единственной, – заявила я, обернувшись к демону.

Эскал, словно почувствовав смятение хозяина, сбился с курса, и мы слегка ухнули вниз, но он быстро выровнялся. Ямин задумчиво смотрел на меня. Я вдруг осознала, как двусмысленно звучит фраза. Я ведь его невеста. По сути, будь эта помолвка настоящей, я бы стала для него единственной. Отношения вне браков у демонов порицались, считалось, что измена – это слабость плоти, а у сильных не должно быть никаких слабостей.

– Я уже начинаю верить твоим словам, – неожиданно признался демон, но я так и не поняла, что он имел в виду, так как Буря начал снижение.

Вскоре мы приземлились, и Ямин помог мне слезть с коня, после чего отошёл от меня на пару шагов, словно настолько устал от моего присутствия. Немного оскорблённая, я обхватила себя руками за плечи, стараясь сориентироваться на местности, и поняла, что мы остановились у дороги, ведущей к моему поместью. Сейчас, ночью, его освещали только луна и звёзды, но и этого было достаточно.

Эскал отправился бродить по лугам, а Ямин вновь приблизился ко мне.

– Спасибо, – поблагодарила его. – Кстати, а где князь Милославский? Что-то не видно его хитрой лисьей морды.

– Он отправился в карете с твоими фрейлинами. Следит, чтобы они неукоснительно выполнили твой наказ. И при малейших подозрениях на предательство предупредит.

Я вновь подивилась разумности и предусмотрительности ас-алердина.

– И за это тоже спасибо, – повторила и поспешила выйти к дороге.

Становилось всё холоднее. С моря дул холодный бриз, и по телу побежали мурашки. Я ещё плотнее закуталась в плащ и подвинула к себе три стабилизированных тепловых щита, оставив остальные Ямину. Однако демон разогнал их и поравнялся со мной.

– Мог бы приземлиться за воротами.

– Нет, – мотнул он головой, – отсюда я смогу оценить обстановку, проверить, нет ли охранных и других заклинаний, тем более эскал слишком привлекает внимание. К тому же подлетать ближе нецелесообразно – дозорные могли заметить нас раньше, чем я бы просканировал пространство.

Разумно.

Однако опасения Ямина не подтвердились. Загородный дом Миарот прозябал в запустении. Охрана состояла из нескольких человек у ворот и семейного заклинания, такого же, как на склепе, а оно легко пропустило бы меня. И если последнее не стало бы препятствием, то вот первые задержали.

– Стой, кто идёт?! – вопросил охранник и направил на нас арбалет.

– Свои, – откликнулся Ямин и шутливо поднял руки вверх. – Пришли с миром. Пропусти.

– Свои по ночам не ходят, – тоже возводя арбалет, гоготнул второй. Его пышные усы были ужасно знакомы, и я судорожно копалась в памяти, пытаясь выловить там нужные воспоминания. Способности Ямина были бы сейчас кстати. – А чужие рискуют получить пару болтов в грудь.

– Попробуйте. Мне очень интересно, не разучились ли вы стрелять?

Зачем он их подначивает? Хочет выставить всё как нападение на себя, а потому избежать наказания? Он имеет право на самозащиту, однако не смеет нападать на граждан. Разумеется, при желании любой бой можно выдать за самозащиту, из-за чего демонов откровенно побаивались.

– Демон, – улыбка сошла с лица усатого, – мы ведь всерьёз можем продырявить твои крылья. Иди по добру по здорову.

– Вот именно сегодня мне хочется рискнуть своим здоровьем, – ухмыльнулся Ямин и сделал шаг.

Сама мысль о том, что демон может подвергнуть себя опасности, оказалась для меня болезненной, поэтому я выскочила вперёд и закрыла его собой. Ас-алердин наградил меня таким взглядом, словно впервые в жизни увидел блаженную.

– Думаю, им можно сказать, всё равно скрывать моё происхождение – бессмысленно, – шепнула ему.

– Они могут доложить Роффе, и вся твоя конспирация пойдёт прахом. Не ты ли переживала за фрейлин? – Ямин прищурился.

– Я, – согласилась, но при взгляде на усатого воспоминания вдруг ожили. – Я вас помню. Десять лет назад у вас родился сын, и мой отец лично вас поздравил и поблагодарил за верную службу. Вы были в его свите, а потом он оставил вас служить здесь, защищать это поместье, чтобы проводить больше времени с молодой женой и маленьким сыном. – Усач застыл и сглотнул. Кажется, всё я вспомнила верно. Сделав шаг вперёд, я вновь оказалась мишенью для арбалетчиков, но продолжила: – Я Грета Инхильда Линнеа Миарот, неужели вы меня не узнаёте?

– Ваше высочество? – изумлённо спросил усач и опустил арбалет, однако его напарник с этим не торопился.

Ямин зажёг светоч, озаряя моё лицо и в особенности красную прядь. Теперь на лицах обоих мужчин промелькнуло узнавание. Они убрали оружие, но в сторону не отошли, ещё с минуту пребывая в состоянии изумления.

– Прошу прощения, ваше высочество, – начал второй охранник и нахмурился, – не сочтите за дерзость или недоверие, но не могли бы вы пройти магическую защиту?

– Только в обмен на ответную услугу: никому не говорить о моём пребывании здесь, – хмыкнула я и прошла вперёд, окропив место ключа-артефакта своей кровью. Защита пошла рябью, пропуская меня, а я обернулась к Ямину. – Это мой друг. Он идёт со мной.

– Разумеется… принцесса, – всё ещё неверяще произнёс усач и, когда я проходила мимо, добавил: – Я безмерно рад вас видеть. Не волнуйтесь. Ваше пребывание здесь останется инкогнито, только скажите, что от нас требуется? Куда вас проводить? В гостевые покои? Мне позвать служанок? Должно быть, вы проголодались с дороги? Ваш экипаж…

Он оглянулся, но, не найдя кареты, остановил взгляд на демоне. Наверняка он размышлял о том, каким образом мы прибыли, но Буря не спешил появляться.

– Не стоит… – запнулась, не зная, как к нему обращаться.

– Виктор, ваше высочество. А моего напарника зовут Мортимер.

– Приятно познакомиться, – кивнула я, мазнув взглядом по молоденькому парнишке-охраннику и вновь вернув взор к усачу. – Нам нужно в часовню. Проводите?

– Разумеется, принцесса, – кивнул Виктор. – И демон тоже может пойти с нами.

Демон в приглашении не нуждался, но благодарно хмыкнул. Мортимер остался на посту.

Я разглядывала знакомый сад, чувствуя, как сердце сжимается от грусти и тоски. Здесь почти всё осталось прежним, кусты зеленели, и их аккуратно подстригали. Сюда мародёры не добрались, по крайней мере, судя по внешнему виду.

– Мы живём и довольствуемся не королевским жалованием, а рыболовством и земледелием. Угодья большие, а редкие сорта овощей, которые выращивались ещё при ваших родителях, сохранились и дают нам возможность существовать.

– Вы остаётесь по собственной воле? – изумилась я, и Виктор не без гордости кивнул.

– Само поместье маленькое, не имеет никакой исторической и политической значимости.