Повелители тьмы - Амелия Винтерс

— Я думаю, будет лучше, если мы пока оставим тебя так, — ответил Норрис, заглядывая в свой блокнот. — По крайней мере, еще на несколько часов.

— Может, пригласить сюда этих юных посетителей? — спросила Флора. — Это могло бы помочь ей сосредоточиться на том, где она находится.

— Всех троих? — спросил Норрис, приподняв бровь. Все, что он делал, выражало неодобрение, как будто его установкой по умолчанию было не соглашаться ни с чем, что я делала или в чем нуждалась.

— Да, почему бы и нет? — спросила Флора с улыбкой. — Все, что угодно, лишь бы держать ее мысли в центре внимания.

— Я сосредоточена, — ответила я. — Мне не нужны никакие посетители, чтобы сообщить мне, где я нахожусь. Я знаю, где я.

— Конечно, дорогая, — ответила Флора с улыбкой. Она похлопала меня по руке, а затем снова натянула на меня металлическую простыню, оставив открытой только мою голову.

— Я просто думаю, что присутствие твоих друзей рядом с тобой поможет тебе преодолеть эту маленькую проблему.

— Особенно твои друзья-парни, с телом что- то происходит, когда человек испытывает сексуальное влечение к другому. Они начинают вибрировать с другой…

— Достаточно, — рявкнул доктор Норрис и со стуком положил ручку на свой блокнот, прежде чем наброситься и ударить Флору по лицу тыльной стороной ладони. — Довольно твоего языка. Ей не нужно слышать об этих вещах.

Его жестокость шокировала меня.

Норриса всегда смутно раздражала Флора, но подобной вспышки гнева у него раньше никогда не было. Это был первый раз, когда я увидела в нем что-то иное, кроме снисходительности и превосходства. Он вообще никогда не проявлял никаких эмоций, особенно таких, как сейчас.

Флора закрыла лицо руками и захныкала.

— Да, я понимаю. Простите, я сказала слишком много.

— Так и есть, — пророкотал Норрис. — Но все прощено. Ты не будешь наказана за эту ошибку.

— Спасибо, — сказала Флора, наклонилась, словно кланяясь ему в знак уважения, и, пятясь, вышла из комнаты.

— Не обращай внимания на ту чушь, которую она несла, — сказал он и посмотрел на меня сверху вниз, его взгляд скользнул вверх по металлическому листу, снова как будто не одобряя само мое существование.

— Она придерживается некоторых очень устаревших и странных теорий человеческой анатомии. Мы держим ее рядом, потому что она очень эффективно справляется со своей работой по приему лекарств и уходу за нашими пациентами.

Я не знала, что сказать. Она была не из тех, кто поддается странным идеям. Она была очень приземленной и практичной, так что то, что он говорил, не имело смысла.

И было скрытое ощущение, что Норрис лжет. Вдоль моего позвоночника пробежало покалывание, а ладони сжались. Это всегда было признаком того, что кто-то говорит неправду.

Мгновение спустя доктор Норрис вышел из комнаты, не сказав больше ни слова, и Флора вернулась.

— А вот и твои друзья, — объявила она, и тонкая улыбка просвечивала сквозь красные следы пощечины на ее щеке. — Я оставлю тебя с ними, и когда доктор скажет, что ты можешь вернуться в свою комнату, они будут рядом и помогут тебе.

Она отступила в сторону, Александр, Ром и даже Люк ввалились внутрь.

Каждый из них пытался опередить другого, все соперничали за мое внимание, собравшись вокруг моей кровати.

— Что с тобой случилось? — спросил Александр, его лицо было осунувшимся и бледным. — Ты исчезала у меня на глазах!

— Мы же просили тебя не упоминать об этом, если захочешь ее увидеть, — резко сказала Флора. — Осторожней!

Александр не взглянул на нее, но все его существо изменилось. Он напрягся, и его энергия иссякла, отгородив его от остальных из нас.

Они собрались вокруг моей кровати, и Флора наблюдала за ними всего мгновение, пока не убедилась, что заставила Александра замолчать.

Она на мгновение ушла, а Александр присел на край кровати, взял мою руку в свою, просунул ее под металлическое покрывало и сказал:

— Ты замерцала и почти исчезла, Уиллоу. Расскажи мне, что, черт возьми, произошло.

Глава 19

— Хотела бы я знать, — сказала я и почувствовала, как слезы наворачиваются на глаза. Однако я не была расстроена, не плакала от огорчения. Я не была побеждена или охвачена печалью. Слезы были от разочарования, потому что я хотела дать отпор. Мне нужно было бороться. Я чувствовала, как мои пальцы впиваются в ладони и плоть Александра, когда он держал меня. Я хотела вырваться оттуда, как Халк, и выйти на свободу.

— Все, что я знаю на данный момент, это то, что ты должен помочь мне встать, — сказала я и кивнула вниз, на свое тело. — Я привязана здесь внизу. Освободи меня!

— Не думаю, что Норрису это понравится, — сказал Александр, его брови сошлись вместе, как будто он был очень сосредоточен. Я выдохнула и издала крик гнева.

— Убирайся на хрен с дороги. Позволь мне помочь ей, — настаивал Люк и оттолкнул Александра в сторону. — Если ты слишком связан своими Высшими правилами, позволь мне сделать это.

— Я ничем не связан. Ты не видел, что произошло прошлой ночью. Тебя там не было. Но не беспокойся об этом. Я могу это сделать, — ощетинился Александр, пытаясь оттолкнуть Люка, но Люк был слишком напорист. Оба они упорно стянули с меня металлическое покрывало и принялись ослаблять тугие путы вокруг моих запястий и лодыжек.

Когда я освободилась, они помогли мне сесть, и Ром встал передо мной, наклонившись, чтобы подхватить меня руками под мышки и поставить на ноги.

Казалось, что она вырвали меня из-под опеки Норриса — совершенно спонтанное событие, спровоцированное соревнованием между двумя, нет, скорее тремя молодыми мужчинами с гормональным всплеском.

Это было поистине эпично — количество усилий, которые возбужденный парень приложил бы, чтобы защитить то, что, по его мнению, принадлежало ему. И каждый из этих троих предполагал, что я принадлежу ему. Они и не подозревали, что все было наоборот. Они принадлежат мне, если я решу, что это то, чего я хочу. Я стала жертвой Норриса и всей этой дурацкой ситуации с аварией, комой и даже моей потерей памяти. Но внутри я держала себя в руках. Было странно полностью не контролировать свое окружение, но контролировать свой внутренний мир.

Я была не той, за кого они меня принимали. Я полагала, что в этом была моя величайшая сила. Норрис, Флора, мои родители и все остальные здесь, в Академии Кримсон, недооценивали меня.

Они понятия не имели, какую силу я несла в себе.

Я прислонилась к Рому с Люком с одной стороны