Ее любовная связь - Джиллиан Стоун

Зено устроился рядом с Кэсси, а горничная тем временем разжигала камин. Разумеется, не следовало показываться в таком виде служанке, но демонстративно прикрываться казалось ему лицемерием. Это так по-британски. Женщины щебетали по-французски, а Зено потягивал карамельного цвета кофе и с интересом прислушивался, воображая, что он в Париже. Иллюзия была полной.

Сесили высказала мнение о его мужественной фигуре и восхитительных волосах на груди, он подтянул простыню повыше и поспешно отхлебнул из чашки. Кэсси сообщила, что у него огромный член, а сам Зено пылкий, как бенгальский тигр. Зено больше не мог изображать безразличие.

— Ты прекрасна, Кассандра. А твои груди — само совершенство.

Легкомысленная горничная моргнула и попятилась к двери. Кэсси удивленно приподняла бровь.

— Если ты так откровенно обсуждаешь интимные части моего тела, полагаю, мне дозволяется высказать мнение о твоих прекрасных грудях.

Тепло от камина распространилось по всей спальне. Зено поставил чашку с блюдцем на тумбочку и положил руку на округлую выпуклость.

— Моя. — Сегодня он чувствовал себя почти рабовладельцем. — Неужели женщины всегда так откровенно обсуждают своих любовников?

Она поднесла к его губам кусочек теплой булочки с джемом.

— Почти все женщины так или иначе рассказывают друг другу о своих любовных похождениях. И описывают подробности. Выбалтывают, у кого большой, а у кого маленький.

Она показала мизинчик.

Зено фыркнул и поцеловал розовый сосок, но при этом измазал ее грудь джемом.

— Боже, ты вся липкая! Надо облизать…

Он обвел языком вокруг ее соска. Кожа Кассандры была соленой и сладкой — медовый вкус женщины, который возбуждал и манил его. И загадочный аромат гвоздики с легчайшим опенком мускуса… Он сразу напомнил о минувшей ночи, когда она извивалась и стонала под ним. Дважды.

Что поделаешь, одна мысль об этом вызывает у Зено эрекцию. Он приготовился броситься в третью атаку, но тут раздался бой часов на стене.

Зено резко выпрямился.

— Черт возьми, у меня же футбол!

Он вскочил и мгновенно натянул на себя брюки. Кэсси с интересом следила, как он засовывает в штаны свой напряженный член.

— Боже! — воскликнула следом она. — Я ведь тоже опаздываю.

Она выпрыгнула из постели и, кружась, хотела проскользнуть мимо Зено, но он поймал ее в объятия и развернул, чтобы осыпать поцелуями обнаженную спину и круглую попку.

— Я договорилась с Лидией вместе покататься в парке. Осталось меньше часа.

— Значит, мы оба спешим, — хмыкнул Зено. — Когда мы снова увидимся?

— Я пригласила на обед Лидию и Джереми. Ты сможешь прийти?

— Какое предлагается меню?

— Потрошеный любовник. — Ее глаза весело блеснули. — Но, думаю, будет еще баранья нога в кисло-сладком соусе с мятой. А на десерт — торт с пряностями.

— Торт… — Он потянулся за своими туфлями. — С глазурью?

— С восхитительной глазурью и кремом.

Кэсси нажала на тормоз велосипеда, остановилась и поправила шляпку.

— У тебя сегодня такой красивый румянец, Кэсс, — притормозив рядом, заметила Лидия. — Роль велосипеда в деле оздоровления и эмансипации женщин трудно переоценить.

— О Боже, ты напоминаешь мне маму Эрскин.

За прошедший час Лидия уже дважды отпускала замечания по поводу превосходного цвета лица у подруги. Ну что на это скажешь? «Знаешь, Лидия, у меня появился любовник! Я в восторге от него и от его ласк»?

Она поудобнее устроилась в седле велосипеда. Тело напоминало ей о ночных приключениях легкой болью. Каждое самое интимное местечко помнило о прикосновениях Зено.

Лидия склонила голову набок.

— Ты что-то от меня скрываешь, Кэсс. Утаиваешь. Я же твоя близкая подруга. Не думай, что у тебя долго получится водить меня за нос.

Она окинула внимательным взглядом наряд Кэсси. Та не знала, чего ожидать дальше. Лидия была склонна как осыпать ее комплиментами, так и беспощадно критиковать. И то и другое временами бывало чрезмерным.

— Кэсси, как стильно ты выглядишь. Не то что все мои оборки и рюши. А твои платья всегда просты, но скроены безупречно. — Она попыталась пригладить воланы, обильно покрывавшие ее наряд. — Меня просто зависть берет на эти твои штаны-блумерсы и морскую блузу.

Кэсси поправила соломенное канотье с лентой цвета морской волны.

— Тут все дело в шляпе. Она вносит последний штрих. Ты согласна?

Подруга вздохнула:

— А я чувствую себя такой… блеклой.

— Лидия, но я же тебе тысячу раз говорила — ты носишь цвета, которые тебе определенно не идут.

— Кэсс, давай еще раз вместе пройдемся по магазинам. На этот раз обещаю, что куплю только то, что ты одобришь.

Кэсси оглядела парк.

— Где здесь футбольное поле?

Ее подруга, пепельная блондинка, которая действительно выглядела несколько тускло, на мгновение задумалась.

— Думаю, налево, неподалеку от озера. А почему ты спрашиваешь?

— Мужчины ведь играют в футбол, правда?

Кэсси оттолкнулась ногой и направилась в указанную сторону.

— Что за странная идея, Кэсси? Похоже, ты действительно только недавно очнулась от сна.

Лидия и Кассандра катили по дорожке. Публика встречала их восхищенными, а иногда неодобрительными взглядами. В стране многие не желали смириться с расширением прав женщин, которое, в частности, включало в себя и катание на велосипедах. В последнее время велосипед становился настоящим символом Новой женщины. Только в этом году выпускники Кембриджа, протестуя против того, чтобы женщин принимали в университет на равных с мужчинами, повесили на главной площади города чучело женщины на велосипеде, и неспроста.

Кэсси все это просто бесило. Все, кто был недоволен женщинами-велосипедистками, могли пялиться на нее сколько угодно. Но все же пусть лучше смотрят под ноги, чтобы не свалиться в Серпентайн.

Футболисты заметили их, как только Лидия и Кассандра обогнули озеро. Послышались шутки, а потом в игре и вовсе объявили перерыв. Лидия, никогда не упускавшая случая вступить в полемику, нажала на тормоз.

— Никогда не видели истинную леди на велосипеде? Да, отстали вы здесь!

— Привыкайте, джентльмены, — вмешалась Кэсси. — Не вечно нам в юбках ходить.

Несколько молодых людей приняли вызов задиристых дам и приблизились. К несчастью, первая же колкость рыжеволосого игрока привела Кэсси в настоящую ярость.

— Зачем истинной леди выставлять свой зад напоказ всему миру?

Уперев кулаки в бока, она заявила: