Жестокий трепет - Екатерина Юдина

— Вам могло казаться все, что угодно, но это не меняет того факта, что вы чуть не убили моего ребенка.

— Я тогда была не в себе и, наверное, просто плохо проверила документы…

— Так же вы плохо проверили то, что отдаете Элис в обычный детдом, а не тот, который предназначен для омег?

— Я думала, что ее туда потом перенаправят.

— Без справки о том, что Элис омега?

— Я… Я просто ошиблась?

— Когда вы собрались во второй раз отдавать Элис в детдом, он тоже не был предназначен для омег. Вы слишком часто ошибаетесь, миссис Дилан.

— Но там бы ее точно перенаправили. Ей же уже было восемнадцать. Они бы поняли, что, если в таком возрасте девушку отдают в детдом, значит она омега…

Айрис запнулась. Даже я поняла почему — из-за взгляда Брендона.

— Ты во второй раз собиралась отдать Элис в детдом? В то время когда ей было восемнадцать? — спросил он.

В этот момент на Айрис смотрели все, но Брендон по-особенному. Настолько темных глаз я у него еще не видела, а женщина явно лишь сейчас поняла, что сказала лишнего.

— У меня не было выбора, — прошептала она. — Я заботилась о ней, но Элис переступила через правила семьи.

Наши взгляды с Брендоном встретились. И в своем я ясно давала понять частичку прошлого. То, как говорила — если родители узнают про нашу связь, я отправлюсь в детдом. И они меня туда попытались отправить.

— Я ничего не понимаю. Когда ты собиралась во второй раз отправить Элис в детдом. Из-за чего? Это какое правило она нарушила? — спросил Хорас.

— Нам нужно обсудить это наедине, — сказал Дастин.

— Чтобы Айрис опять вам наврала? — я мягко улыбнулась. Это была явная издевка. Айрис самолично поставила своих сыновей в такое положение. — Ваша мать побоялась, что я своими грязными ручками запачкаю ее сыновей. То есть, совращу вас. А вам нужны омеги получше. Не калеки.

— Элис, я не это имела ввиду, — Айрис качнула головой.

— Вы мне только что в коридоре говорили, что запретили мне возвращаться в этот город по той причине, что я опять могла начать приставать к вашим сыновьям.

— То есть, тебе понравился кто-то из нас и по этой причине мама захотела отправить тебя в детдом? — спросил Лойд, после чего обернулся к Айрис. Спросил у нее: — Ты серьезно намеревалась это сделать?

— Мне хотелось сохранить именно семейные отношения…

— Да, она была серьезна, — я ответила Лойду. — Более чем. В детдом поступило заявление и за мной должны были прийти. Вот только, я слишком хорошо помнила, что такое детдом и предпочла убежать, прежде чем меня туда забрали. Сначала я поехала к Емвер, а потом, узнав про свою родную семью, встретилась с мамой.

— Так вот куда ты пропала, — произнес Хорас, хмурясь, а потом опять смотря на Айрис, которая как раз обратилась к моей маме:

— Мисс Фокс…

— Вы чуть не убили мою дочь, — произнесла Алана, отрывая взгляд от планшета и смотря на женщину. — Готовы ли вы к последствиям?

— Я прошу прощения…

— Извинениями вы свою вину не искупите. Вы это ничем не сделаете.

Айрис сжалась и пальцами впилась в край стола.

Алана поднялась. Это означало, что разговор окончен.

Краем глаза я заметила, что Брендон взял Айрис за руку и молча повел ее за собой из конференцзала. В это же время остальные Диланы, с небольшим опозданием, пошли за ними. Каждый из них, выходя, бросал на меня взгляд.

Вот только, эти взгляды у каждого были разными.

Глава 19 Сладкое

— Я хочу чего-нибудь сладкого, — Джулия остановилась рядом с кондитерским магазином и посмотрела на витрину. — Может быть, огромный кусок торта. И чтобы крема было побольше.

— Ты же терпеть не можешь сладкое, — подойдя к подруге, я тоже посмотрела на пирожные. Они были великолепны. Словно произведения искусства.

Сделав шаг назад, я подняла голову и посмотрела на яркую вывеску. Я помнила этот магазин. Он открылся, когда мне было тринадцать или четырнадцать, но с этим местом у меня были связаны далеко не самые приятные воспоминания.

— С чего ты взяла? — Джулия наклонилась и взглядом окинула маффины, подписанные, как «морская волна». И свое название они оправдывали. Крем был цвета моря.

— Я никогда не видела, чтобы ты ела сладкое, а когда я предлагала, ты отказывалась. Причем чаще всего именно категорично.

— Потому, что я за своей фигурой слежу. Может, по мне сразу так и не скажешь, но, когда я была подростком, походила на бочонок.

— Серьезно? Ты раньше этого не рассказывала.

— Так толком и нечего рассказывать. Просто я очень сильно склонна к полноте. После пробуждения это немного исправилось, но мне все равно нужно тщательно следить за своим питанием. Быть дочерью самого известного в стране модельера и при этом являться жирной, это, как проклятье.

— У тебя были проблемы из-за твоего веса?

— Конечно, — Джулия фыркнула.

— Расскажешь?

— Явно не сейчас. Может быть, когда мы выпьем вина и у нас будет очередной вечер откровений. Но, при этом ты так же расскажешь мне, как ты провела те полгада, пока все считали тебя не пробужденной. Ты обычно уклоняешься от этой темы.

— Толком нечего рассказывать.

— Раз ты так отвечаешь, зная тебя, могу предположить, что как раз наоборот, есть. Просто ты не хочешь. Как и я не желаю вспоминать свои жирные годы проведенные среди безупречных моделей. Но ведь именно в этом смысл вечера откровений.

Джулия еще некоторое время крутилась перед витриной. При этом, она несколько раз отходила от магазина, но потом возвращалась. Выглядела так, словно убеждала себя в том, что ей не нужны пирожные. Словно внутри нее происходила ожесточенная борьба, но в итоге, сдавшись, Джулия пошла к двери.

А она оказалась закрытой.

— Магазин откроется только через полчаса, — я сказала ей, читая график работы. — Еще очень рано.

— Ну, черт раздери, — девушка выругалась, после чего плечом оперлась о дерево, растущее рядом с тротуаром. — Ничего. Мы подождем и я получу свой огромный кусок торта. Может, даже два.

— Почему тебе вообще настолько сильно захотелось сладкого?

— Не знаю. Просто иногда нахлынывает. Мне нужно наесться до отвала, а потом меня отпускает.

Я встала рядом с подругой и достала телефон. Решила проверить почту, но прежде всего заметила, что от Джоела было несколько пропущенных звонков.

Он так же написал мне сообщение, в котором значилось, что с ним связались люди Брендона Дилана. Что альфа через моего помощника пытался выйти на меня.