Истинная для суженого - Лана Воронецкая

— Свадьбу!

— Это была не моя свадьба, — отпрянула Лина.

— Ты была в свадебном платье и фате.

Мы дружно присвистнули.

— тогда там другой жених, — не сдавалась Лина.

— Нет, Димьян, — упрямо гнула свое Ивонна.

— Значит ситуация изменилась, — выкрикнула подруга, и уже тише прошептала: — Я все испортила.

У нее в глазах заблестели слезы, но заметив, как я раскрыла рот, чтобы продолжить расспросы, она отчеканила, решительно махнув рукой:

— Никаких расспросов и нравоучений, — и перешла в наступление: — Лучше ты скажи, что здесь делают твои цветы? — накинулась Лина на меня.

— Я…, я… — начала заикаться я от неожиданности.

— И, правда. Это все Борис? — подхватила Ивонна.

— Это ты тоже видела? — растерялась я.

Ивонна фыркнула:

— Вот еще, и так все понятно. А вижу я очень редко и, насколько понимаю, значимые события.

— Значит, Борис избавился от твоих цветов, — подвела итог Ивонна.

Мира подтвердила:

— Притащил их ко мне, а Тарен потом забрал.

Я печально вздохнула, а Лина, наоборот, воодушевилась:

— Ты меряешь любовь уровнем страдания. А здоровая любовь — это про то, насколько ты счастлив.

Девочки одобрительно загалдели, а Лина продолжила:

— Он тебя напрягает. Просто расстанься с ним. Не бойся остаться одна. Ни один мужчина в целом свете не стоит того, чтобы ломать себя, прогибаться под него, пренебрегать своими желаниями и потребностями. Ни один.

— Это очень резко, Лина. Не надо мне указывать. У нас все сложно, — не выдержала я, услышав отповедь от всегда уравновешенной подруги, а она продолжила:

— Все просто: есть он — такой, какой есть. И есть ты — такая, какая есть. Вам или хорошо вместе, или надо разойтись. Причем лучше до того, как вы взяли ипотеку и родили троих детей.

Лина наступила на мою больную мозоль: семья, дети. Я глубоко вздохнула, окончательно разозлившись. Ее поддержала Мира:

— За кажущейся резкостью — много правды.

— Сама с Тареном — прямо идеальная пара! — огрызнулась я.

Мира помрачнела, а Ивонна поспешила сгладить ситуацию:

— Девочки, кому мороженое?

Мы съели предложенное угощение и мне стало стыдно за свой срыв.

— Девочки, новый год — не время ссориться, — я протянула руку: — Мир?

— Мир, — раздались голоса подруг.

Лина потянула нас всех обниматься. Я стояла в тесном кругу девчонок и думала о том, как мне с ними повезло. Ивонна озвучила мои мысли вслух:

— Какой счастье, что мы когда-то встретились.

— И подружились, — подхватила Лина.

— Дружба навсегда, — засмеялась Мира, проговорив нашу клятву, которую мы дали друг другу однажды в детстве, когда стояли также, обнявшись после драки с местным задирой. Он приставал к Лине, а Мира полезла дать ему отпор. Мы с Ивонной не остались в стороне. Сначала попытались их разнять, но мальчишка не унимался, раздавая тумаки направо и налево. Пришлось нам всем вместе наподдать ему. С тех пор мы были не разлей водой.

Из зала доносились крики парней за игровым столом и музыка, которая стала громче.

Я пошла в зал, меня манило окно. Я подошла ближе.

Волшебное время нового года, когда мечты становятся ближе, все окутано дымкой ожидания чуда и даже мелкий снег, падая с неба, искрится в свете уличных фонарей особенным образом.

Я разглядывала двор из окна загадочного дома, который теперь выкупил Тарен.

Милые фонарики на деревьях вдоль подъездной дорожки захватили все мое внимание, также, как и хороводы снежинок незатейливо танцующих в их лучах под удивительно красивую мелодию, наполняющую зал. Я так расслабилась в уютной атмосфере и увлеклась созерцанием, что не заметила, внезапно подошедшего сзади мужчины.

— Позволь пригласить тебя на танец, — вырвал меня из задумчивости голос с легкой хрипотцой, так идеально гармонирующий с музыкой. Снежинки засверкали еще ярче, поощряя меня принять приглашение. «Только ради вас, дорогие», — улыбнулась я уголками губ и перевела взгляд на мужчину.

Не сомневаясь в положительном решении, он уже протянул мне руку. Я кивнула и подала свою в ответ. Тарен уверенно сжал ее. Приятное тепло окутало пальцы и всю кисть, которую он уверенно заключил в свою ладонь. Мы прошли в центр комнаты.

Я с детства обожала новый год. Для меня этот праздник всегда был наполнен особенным очарованием и предвкушением сказки. И этот вечер не был исключением, я словно вернулась в детство, время, когда вера в чудеса так сильна.

Мужская рука нежно обхватила мою талию, а другая завладела рукой.

— Расслабься, — шепнул он мне на ушко и сделал первый шаг.

Я послушалась чарующий шепот и постаралась уловить направление движения. Это получилось с удивительной легкостью. Тарен был чутким партнером, задавая рисунок танца таким образом, что невозможно было оступиться. И это были не простые раскачивания и лобзания, а уверено разученные па, исполняемые с импровизацией. Я мысленно поблагодарила маму, которая приложила немало усилий, обучая меня хореографии.

Я неспешно кружилась по танцполу и вновь чувствовала себя звездой, прямо, как на своих детских выступлениях. Возможно, это просто неподдельное восхищение во взгляде партнера делало воспоминание реальным, но я, действительно, расслабилась, и прошлое перемешалось с настоящим, унеся меня в облака. Я не заметила, как движения усложнились, не видела, что другие пары расступились, освобождая нам больше пространства, я наслаждалась прекрасным танцем, полу прикрыв глаза. Уверенное спокойствие партнера позволило довериться его мастерству и ни о чем не думать.

Видимо, я не заметила, как закончилась музыка, а я оказалась в кольце мужских рук. Мы стояли в середине зала, окруженные друзьями. Они бурно аплодировали и присвистывали, выкрикивая поощрения.

Зато я заметила взгляд Бориса. Он уставился на меня не моргая, желваки заметно сжаты, ладони медленно напряженно хлопают, выбиваясь из всеобщих оваций. Что, впрочем, не было слышно в общем шуме, только мне хорошо видно его застывшую фигуру на фоне оконного проема.

А за окном больше не царило спокойствие уютного вечера. Казалось, снежинки бросаются на стекло, словно на баррикады. На улице начиналась предсказанная прогнозом метель с сильными порывами ветра.

Тарен все не отпускал меня. Я отчетливо ощущала его дыхание на шее. Сердце часто стучало после танца. Или от Борисого взгляда, пробирающего до костей. Или, все-таки, от тепла мужского тела и дыхания, вызывающего незаметные мурашки. Я сглотнула, запутавшись в ощущениях.

Мои руки на груди партнера заметно напряглись, я попыталась аккуратно, но настойчиво отстраниться. Он продолжал крепко держать. Мне стало не по себе, я почувствовала, что мои ожидания обманули. Я доверилась этому человеку, расслабилась, а он выставляет меня на всеобщее обозрение в неудобном положении.

Тарен уловил перемену моего настроения, ухмыльнулся в своей манере, резко убрал руки и отстранился. Я заметила, как