Истинная для суженого - Лана Воронецкая

— Всего лишь дикая сила природы — естественна и органична в общем порядке вещей, — возразил Тарен.

— Дикий зверь, вырвавшийся на свободу.

— Даже его можно приручить или лучше стать ему другом. Такие редко, но заводят друзей. Зато подобные дикие звери остаются верны до самого конца.

Каким-то неведомым образом в сумятице неистовой бури прямо за окном перед моими глазами отделился маленький снежный вихрь и закружился, превращаясь в цветок. Я протянула руку, и словно погладила его через окно. Цветок рассыпался небольшим салютом на несколько маленьких розочек, которые вскоре поглотила метель.

В душе разливалось уютное тепло.

Я разглядела отражение Тарена. Он улыбнулся.

— Шакти выровнялась вокруг тебя. Так мне нравится больше, — подбодрил он меня, подходя вплотную сзади. Мне было некуда отступить. Я почувствовала его дыхание на затылке и сердце часто забилось.

«Наверное, Борис прав, я сама провоцирую Тарена», — пронеслось в голове.

Я резко развернулась и уткнулась Тарену в грудь.

— Тарен, это неправильно, — попыталась я образумить его и почувствовала, как его голова опускается ниже, и его желанные губы приближаются.

Тело мгновенно вспыхнуло облаком шакти, не было сил возражать, воля медленно покидала меня, а его губы все приближались. Мой рот приоткрылся, виски пульсировали, руки потянулись обнять его.

На задворках сознания вспыхнули слова: «Это ты виновата!», и все, что я смогла сделать — отработанным жестом скрутить спиральку шакти.

В тот же момент Тарен резко отпрянул. Я растерянно заморгала.

Светлая спиралька болталась, подвешенная в воздухе, окутанная темной дымкой.

Раздались его медленные хлопки, громко разрезая тишину ночи.

— только не говори мне, что ты сделала это сама. Кто тебя научил? — напряжение четко прослеживалось в его словах, в его позе и во взгляде.

— Тарен, я не буду приезжать к тебе, если ты продолжишь в таком же духе, — опомнилась я и попыталась перевести тему.

— Сейчас это не главное. Обсудим это позже, — он продолжал сверлить меня пристальным взглядом: — Кто?

— Я сама научилась. У меня случайно получилось, — попыталась отвертеться я.

— Дара, Дара, — покачал он головой, — ты совершенно не умеешь врать, — Кто? — продолжил он допрос.

— Не скажу.

Напряжение немного отпустило его, он расправил плечи.

— Конечно, скажешь. Рано или поздно тебе придется сказать, — он опять покачал головой, — Значит, у тебя от меня секреты? — задал он мне укоризненно вопрос, посматривая на меня с хитринкой во взгляде.

Я хмыкнула.

— Вот это самомнение, — протянула я, — Можно подумать, ты обо мне все знаешь.

— Достаточно знаю, чтобы сделать некоторые выводы.

Я хлопнула глазами.

— Я вижу, как ведет себя твоя шакти рядом с Борисом, и как это происходит рядом со мной.

— Это просто реакции тела. Это ничего не значит, — возразила я.

— Как ты можешь игнорировать свое тело? Я же вижу у вас давно не было близости.

Я открыла и закрыла рот, почувствовала, как краска прилила к лицу.

— Зато у тебя с Мирой близость по пять раз на дню, — не нашлась я, что еще ответить.

Тарен досадливо поморщился:

— Дара, у нас с ней ничего нет.

— Но было?

— Это была случайность.

— А Мира об этом знает? — мне стало горько за подругу.

— Да, Дара. Мира знает. Видимо, она намеренно, вводит тебя в заблуждение, если говорит, что у нас отношения. Скверный у нее характер. У нас уговор: она помогает мне освоиться в вашем мире, я оплачиваю ее помощь с домом.

Я была озадачена, но Тарен прервал мои размышления.

— Зачем ты с ним, Дара?

— Хочешь мне предложить себя? — начала злиться я, — Ночь, две, три? Сколько ты был с Мирой? Сколько понадобится времени, чтобы твое тело переключилось на кого-нибудь другого? Дело не в реакциях тела, дело в доверии, уважении и преданности, когда ты знаешь, что человек останется рядом, несмотря ни на что, что он проживет с тобой жизнь. Вы вырастите детей и будете вместе в старости нянчить внуков и держаться за руки.

— Жизнь непредсказуема, — перебил меня Тарен, — ты не можешь планировать так далеко, не все зависит от человека.

— Это не оправдание, Тарен. Зачем следовать инстинктам тела, когда отношения изначально обречены на провал? — сердце болезненно сжалось, а воображение начало подсовывать образы возможных отношений с Тареном: Тарен нежно прижимает меня, защищая от всего мира, Тарен держит на руках нашего ребенка, Тарен крепко держит меня за руку, и я знаю, что это навсегда.

Я тряхнула головой, рассеивая наваждение.

Тарен опустил голову и грустно выдавил:

— Твои образы были настолько яркие, что я случайно уловил отголоски через шакти. Прости, я не специально.

— Ты можешь читать мои мысли? — сердце пропустило удар.

— Нет, что ты, — Тарен поднял на меня взгляд, — Сейчас в комнате сильная концентрация шакти и темной силы. Видимо, они взаимодействуют, и я смог уловить обрывки твоих эмоциональных образов.

Я судорожно пыталась сообразить, что именно он мог увидеть.

— К сожалению, ты права. Я не смогу дать тебе то, чего ты так жаждешь, — Тарен с отчаяньем подумал о своем проклятье.

Я получила подтверждение своим домыслам по поводу его краткосрочных намерений на мой счет. «Что и следовало ожидать, тема закрыта», — пронеслось в голове. Я попыталась переключить свое внимание на что-нибудь еще.

— Если ты не врешь про образы, научи, как это работает.

Тарен смутился.

— Тарен, ты говорил, что будешь учить меня.

Он глубоко вздохнул:

— Нужно учиться чувствовать энергии. Переходи на внутреннее зрение. Смотри на свою спираль.

Я послушалась и стала внимательно ее рассматривать.

— Что ты видишь?

— Она висит, окутанная черной дымкой, похожей на паутину.

— Хорошо. Ты можешь видеть оба потока.

Он немного приподнял руку и перебрал пальцами в воздухе. Темное пятно увеличилось в объемах, давая больше пространства для маневров светлой спиральке. Она заметалась, запертая в западне.

— Попытайся на расстоянии воздействовать на свою шакти. Для начала, нужно удержать ее на месте, не давая двигаться.

Я подняла руки и поводила пальцами, подражая Тарену. Мне показалось, что это выглядит смешным, потому что я не понимала, что делаю.

— Фокус— покус, — начала я вещать, подражая серьезному голосу фокусника, не выдержала и засмеялась.

— Закрывай глаза, — скомандовал Тарен, — начинай дышать и одной рукой попытайся почувствовать пространство.

— Как я пойму, что я что-то нащупала?

— Это субъективные ощущения. Я, например, чувствую свою темную энергию, как что-то вязкое, обволакивающее, но одновременно напряженное и слегка колючее, что ли, — Тарен пытался подобрать слова, чтобы описать свои ощущения, — А твоя энергия особенная — нежная, легкая и теплая, — мечтательно дополнил он.

Я внезапно ощутила, как кольнуло кончик указательного пальца вытянутой руки.

— Ой, — вскрикнула я, отдергивая руку и пряча ее