Гламурная некромантия - Анна Киса

– Это тогда, когда ты пил, гулял и изменял, а я, как последняя дура, сидела дома, верила в глупые оправдания и ждала?! – не выдержав, перебила я, ошалев от такого заявления.

– Это тогда, когда мы были семьёй, любили друг друга, строили планы… – мягко поправил он, проникновенно заглядывая мне в глаза. – Всё ведь может быть по-другому, Маринка. Тебе больше не надо будет работать, возиться с трупами, копаться в этой грязи, я смогу тебя обеспечить…

– Нет уж, лучше с трупами… – непроизвольно, но совершенно искренне вырвалось у меня.

– Что бы ты понимала… – обиженно проворчал Астафьев, разжав последний палец.

Блин, так, чего доброго, действительно заберёт и увезёт, а у меня договор. Плюс ко всему и премию обещали… Да ещё здесь Итан! В общем, есть ради чего задержаться.

– Лучше отпусти, не то буду кричать, – привела последний аргумент.

– Кричи, мне плевать… – с деланным безразличием буркнул бывший муж.

Что ж, ладно… Не хотелось, конечно, выносить наш сор из избы, но если выхода нет…

– Помогите!!! – заорала я и почти сразу услышала шум на лестнице, будто кто-то быстро бежит.

– Ты что, совсем?! Что творишь, дура? – вдруг испугался Пашка, зажимая мне рот рукой и быстрее потащив до комнаты. – Чокнутая!

“Ага, а он зато – пример адекватности!” – подумала обиженно, мыча и сопротивляясь, при этом не забывая выглядывать в сторону пролёта в ожидании спасителя. Интересно, кто это будет?

Итан. Жаль! Вот его впутывать в свои некрасивые разборки с бывшим я бы точно не хотела. И чтобы он видел меня такой – растрёпанной, раскрасневшейся, с зажатым ртом, утаскиваемой в неизвестном направлении другим, тоже…

Зато сам менталист выглядел как всегда безупречно: идеальная прическа, выглаженный костюм, начищенные до блеска туфли – весь идеальный. Вбежав по лестнице, он даже не запыхался, на секунду замер, оценивая ситуацию и ринулся к нам со словами:

– Что вы делаете? Немедленно отпустите девушку!

Следом за ним на этаже появился второй мой охранник, Курт, вовремя, ага, и тоже поспешил на помощь.

Только Пашка не торопился выполнять ничьи требования, с досадой выругавшись себе под нос, он остановился и, развернувшись к противникам, продолжил удерживать меня перед собой, как щит, лишая спасителей возможности к себе подобраться.

– Лучше не лезьте! Это моя жена. Я в своём праве! Мы сами разберёмся! – с показной уверенностью объявил Астафьев.

Итан нахмурился и вопросительно посмотрел на меня. А что я могла сказать с зажатым ртом? Правильно, ничего. Зато могла возмущённо промычать и закатить глаза, что и сделала. Была бы возможность ещё бы пальцем у виска покрутила, но руки были ограничены в движениях из-за захвата бывшего и к сожалению, до собственной головы не дотягивались.

– Думаю, вы несколько преувеличили свои права, иначе не удерживали бы женщину силой, – спокойно заметил лорд, не сводя с меня обеспокоенного взгляда.

– Да что вы знаете?! Может у нас с женой такие любовные игры?! – подленько хохотнул Пашка. – И вы нам сейчас очень мешаете!

Что он несёт?! Прибила бы гада! Однако могла лишь громче протестующе мычать и сильнее дёргаться.

– Бывшей женой, насколько мне известно, – похолодевшим тоном оспорил его слова Итан.

– Будущей! – нагло заявил Пашка и, показательно чмокнув меня в щёку, хмыкнул. – У вас устаревшая информация.

На менталиста стало страшно смотреть: он побледнел, его лицо застыло, на скулах заходили желваки, а взгляд стал неподъёмным из-за едва сдерживаемой ярости. Чувствуя, что запахло жареным, бывший муженёк ощутимо напрягся…

– Отпустите девушку и пусть она подтвердит ваше заявление, – ледяным голосом, медленно выделяя каждое слово, потребовал Хориндэйл, весомо добавив: – И лучше вам это сделать сейчас же.

– Да пошёл т… – хотел было фыркнуть Пашка, но не смог завершить фразу.

Видимо, устав ждать и вести бессмысленные переговоры, Итан молниеносным движением сделал шаг вперёд, одновременно освобождая меня из захвата и с силой толкая Астафьева в грудь, от чего тот отлетел к стене и, скорей всего больно ударившись, повалился на пол.

– Вы в порядке? – бережно прижав меня к себе, с заботой поинтересовался спаситель.

Под впечатлением от его действий и такого внезапного освобождения, я смогла лишь кивнуть, в горле будто ком встал, дыхание перехватило.

– Хорошо, – тепло улыбнулся мужчина моей мечты, а затем, мягко отставив меня в сторонку, повернулся к пытающемуся прийти в себя и подняться Пашке: – Вам больше не рады в этом замке, – схватив одной рукой за шкирку и с лёгкостью приподняв бывшего на уровень своего лица, пренебрежительно обронил Итан. – Лучше вам немедленно его покинуть, пока ещё можете это сделать самостоятельно…

Глава 46

Дальше я стояла и во все глаза восторженно таращилась на Итана. И хоть понимала, что веду себя как влюблённая дура, но ничего с собой поделать не могла. В своё оправдание могу лишь сказать, что за меня в первый раз кто-то так заступился, обычно всё сама, да сама. А оказывается, это очень приятно, когда появляется такой рыцарь на белом коне и взмахом меча отрубает голову надоедливому дракону… Ух, как меня накрыло-то, аж самой страшно…

На самом же деле, разумеется, никто ничего Пашке-дракону не отрубал, тот ушёл сам, даже на своих двоих и с головой на плечах, разве что немного шатался, что не помешало ему, отойдя на безопасное, по его мнению, расстояние, начать сыпать угрозами, мол, я это так не оставлю, вы ещё обо мне услышите… Даже немного неловко за него стало – всё-таки муж, хоть и бывший. И что я в нём в своё время нашла? Прямо загадка.

Потом настала очередь Курта получать нагоняй от менталиста. Мужчине было напомнено про обязанности по моей непрерывной защите, а также вынесено последнее предупреждение. На оправдание, вроде того, что я была под присмотром второго охранника, то есть Пашки, и никто не виноват, что тот с катушек слетел, Итан даже внимания не обратил, пропустив мимо ушей. Зато моё состояние не на шутку его встревожило:

– Вам плохо? Вы так странно смотрите… И выглядите неважно. Должно быть, это шок… Может, воды? Или чаю? Вы в состоянии идти или отнести вас на кухню? Или желаете прилечь? – начал сыпать вопросами он, с тревогой вглядываясь в моё лицо.

А я бы сказала, чего конкретно желаю, но боюсь, в приличном обществе об этом не говорят, потому ограничилась многозначительным:

– О да… – и часто задышала, старательно привлекая внимание к своему декольте и вздымающейся из него груди