Падай, я ловлю - Татьяна Семакова

— Ты так глупо выглядишь, — отмечает с удовольствием.

— Ты сидишь в ресторане с усатой женщиной, — фыркаю весело. — И кто из нас глупец?

— Тот, кто сидит с другой, — отвечает серьезно.

Встает.

Мое сердце екает.

— Нет, — говорю строго.

— О, да, — шепчет с улыбкой и опускается на одно колено. — Выйдешь за меня, прекрасное создание?

— Извращенец, — проговариваю одними губами. — Да! Да-да-да! — взвизгиваю счастливо. Он достает кольцо из коробочки, я вытягиваю правую руку, в нетерпении перебирая пальчиками. Смотрю на кольцо и ахаю, отвлекая его внимание, а потом резко выбрасываю вперед руку, крепко хватаю его за расстегнутый ворот рубашки и шиплю: — А теперь поцелуй меня.

— Ну уж нет! — снова срывается на смех, опустив голову.

Ржет весь ресторан. Я давлюсь смехом и пытаюсь поднять его голову, целясь в его губы своими. Он уворачивается и отнекивается, но в конечном итоге сдается и делает это.

— Мужи-и-ы-к! — ревет медведем Зотов и следом громко свистит.

— Стерва, — Туманов покачивает головой и выдергивает меня из-за стола. — Платит иуда! — говорит громко, тыкая пальцем в Зотова.

— Без проблем! — поднимает свой бокал Дмитрий, а мы выскакиваем из ресторана под аплодисменты и громкое улюлюканье посетителей.

Глава 34

Настроение совершенно нерабочее. Стою с мечтательным видом, иногда ловлю себя на том, что улыбаюсь. Ну и пусть помолвка не настоящая, зато посмеялись от души, я так ни с кем не хохочу, как с ним. И колечко на память останется, ну или на случай финансовой ямы, как пойдет.

До двух ночи в облаках витаю, пока Родион не появляется. Устраивается за столиком неподалеку, заказывает виски, я вспоминаю о договоренности и украдкой наливаю сок.

Прежде чем сделать глоток он поднимает свой бокал и подмигивает мне. Я ухмыляюсь и кокетливо опускаю взгляд, прокручивая колечко на пальце. Непривычно с ним. Само тонкое, но этот камень с лошадиную голову так и норовит перевернуться и залезть прямо под горлышко бутылки. Но я не снимаю, не хочу. Пусть мешает, напоминая о волшебных минутах. Тепло от них на душе.

— Быстро ты его в оборот взяла, — ухмыляется Яна, подойдя к стойке с подносом.

— Тут еще вопрос, кто кого, — закатываю глаза с улыбкой, а Яна тихо смеется.

— На хрена тебе работать с таким мужиком?

— Ну, знаешь… — несколько теряю веселость. — Обещать не значит жениться. Где я потом такое место найду, если разбежимся?

— И то верно, — кивает согласно.

— Я вообще думала подработку еще взять, на платье подкопить. Не буду же я его по салонам свадебной моды таскать, а нал просить как-то, — морщусь.

— Ну, может сам догадается, — пожимает плечами и раздумывает недолго. — Есть одно местечко. Ну, про подработку. Я спрошу, может, и выгорит.

— Правда? — ахаю, приподнимая и опуская пятки. — Спасибо огромное! — прижимаю руки к груди.

— Да пока не за что, — польщенно пожимает плечами. — Ладно, не буду загораживать тебе вид.

Я фыркаю, а когда она отходит, наталкиваюсь на встревоженный взгляд Родиона. Вскидываю брови, мол, что не так, а он приподнимает руку и ненавязчиво проводит большим пальцем по своей шее, однозначно давая понять, что что бы я не задумала, это выйдет не боком. Закатываю глаза, не помышляя ни о чем криминальном, он заметно вздыхает и достает очки, ставя ноутбук на колени. Вот и поговорили.

Через час к нему подходит какой-то мужчина, они здороваются за руку, Родион заканчивает с работой, к ним подходит Яна и принимает заказ, а я коршуном слежу за тем, чтобы она не перепутала бокалы, потому что заказывают мужчины одно и то же. Расслабляюсь, когда Туманов получает свой сок и выхожу на короткий перерыв, взглядом спросив разрешения у охранника.

С наслаждением умываюсь холодной водой, чувствуя прилив бодрости, но когда выпрямляюсь, меня поджидает неприятный сюрприз — мужчина прямо за моей спиной.

От неожиданности дергаюсь, испуг застревает в горле, лишая возможности дышать. Губы мужчины кривятся в презрительной ухмылке, а я отмечаю, что на нем самая обыкновенная футболка, а значит, он точно не из посетителей. Впрочем, по его мерзкой небритой роже в шрамах и перебитому носу тоже можно сделать много выводов.

— Заорешь — прирежу, — шипит с неприязнью и поднимает вверх руку, показывая небольшой нож, заточенный по обеим сторонам.

— Что Вам надо от меня? — бормочу тихо.

— Мне? — посмеивается и встает вплотную, немного нагибаясь к моему уху и продолжая смотреть через зеркало. — Ни-че-го, — шепчет и тянется языком к мочке уха, а меня корежит от отвращения. — Пока что, — хмыкает и распрямляется. — Выходишь и без резких движений.

Медлю, пытаясь придумать хоть что-нибудь. Где охранник?! Он вообще от двери не отходит, стоит там как приклеенный! А окон в этом заведении нет, тут отсутствует ощущение времени. Как он прошел? Родион убьет меня… если не этот урод, то он — точно.

Мужчина дергает меня за руку и мне приходится идти. У двери в коридор он останавливает меня и выглядывает, проверяя, есть ли кто. Потом выталкивает и, со всей силы сжав мое запястье, тащит к выходу.

Он сказал, что ему ничего не нужно. Значит, он, как и те, что были до него, исполняет приказ. И ему нужно доставить меня живой, чтобы некто имел возможность устроить допрос. Живой, в сознании и с незначительными увечьями. Но орать бессмысленно, слишком хорошая шумоизоляция, а он так крепко держит мою руку, пальцы немеют, никак не получится выдернуть!

— О, Господи! — восклицаю громко. — А это у тебя что?!

Дебил.

Он на мгновение оборачивается, замедлившись и самую малость ослабив хватку, а я хватаю его за ту же руку, которой он держит меня и, уперевшись ногами в пол и подавшись назад, дергаю на себя.

Мужчина теряет равновесие, разжимает мою руку и падает на бок. Я приземляюсь на попу, переворачиваюсь на четвереньки и едва успеваю подняться, как он хватает меня за щиколотку и выбивает почву из-под ноги. С грохотом валюсь на пол, взвизгиваю и проворачиваюсь, выворачивая ногу. Второй со всей силы бью ему по голове, попадая куда-то в ухо. Мужчина свирепеет, с рыком группируется и заносит нож, намереваясь воткнуть в мою ногу, которую продолжает держать, но потом вдруг резко заводит руку назад и запускает его в коридор.

Отпускает меня, подрывается на ноги. Я бросаю взгляд туда, куда он метнул нож и в первое мгновенье вижу две пары ног. Задираю голову повыше, вижу Родиона с перекошенным гневом лицом и двигаюсь к стене, давая ему проход. Но он останавливается, поднимает нож и швыряет его в сторону убегающего мужчины,