Жестокий хозяин - Люси Смоук

Дженсен и Арчер стояли ближе к Йену, очевидно, подчиняясь ему, поскольку они бросали взгляды в его сторону, прежде чем вернуть свое внимание к Гейвену и мне. Женевьева и Катерина стояли у маленького круглого столика для коктейлей, небрежно облокотившись на стойку и не сводя глаз сначала с меня, а затем с Гейвена. Хрустальные бокалы мерцали на свету, когда они рассеянно взбалтывали вино, в то время как мужчины отказались от каких-либо напитков.

— Приятно с вами познакомиться, — сказала я, кивая группе.

Катерина и Женевьева улыбнулись в мою сторону, но не поздоровались больше этого. Мужчина, на которого указал Гейвен, когда Арчер ухмыльнулся и помахал ладонью, в то время как Дженсен просто кивнул. Как только меня представили и обменялись обычными любезностями, я была более чем довольна, тем, что молча стояла и наблюдала за группой. Чем больше я буду знать, тем лучше мне будет в долгосрочной перспективе. Любой фрагмент информации может пригодиться для побега. Однако, слушая, я обнаружила, что чем больше они разговаривали, тем меньше я по-настоящему понимала. Я не могла не задаться вопросом, кем же они были для Гейвена. Он называл их друзьями? Но бывают ли друзья у такого человека, как Гейвен?

Возможно, они были партнерами. Или настолько близкими, насколько это возможно, к тому, чтобы иметь деловых партнеров в этой жизни. Клиенты? Были ли у них свои собственные преступные предприятия? Меня бы это не удивило. Я узнала фамилию Перелли когда жила с отцом. То, что случилось с главой семьи, Джейсоном, распространилось подобно лесному пожару незадолго до моей свадьбы.

Мои глаза скользнули по женщинам, которых представил Гейвен. Кем были Катерина и Женевьева — Гейвену? В конце концов, они обе были красивыми женщинами, с длинными, красивой формы ногами и изгибами. Обе были накрашены и это только подчеркивало их и без того красивые от природы черты, от ресниц до более полных губ.

Острая, уродливая боль пронзила мою грудь при мысли о том, что любая из этих двух женщин делила постель с Гейвеном за последние пять лет, когда я была в бегах. Прежде чем эта идея смогла укорениться дальше, я отогнала ее прочь, отказываясь позволить даже малейшему намеку на ревность закипеть у меня внутри. Не имело значения, были ли у Гейвена другие. Я ушла, и я никогда не ожидала, что он останется воздержанным. С другой стороны, если бы я была здесь, а женщина подумала, что он для того, чтобы взять его, это было бы совершенно другое дело.

Я покачала головой при этой мысли. Возможно, одержимость Гейвена передалась и мне. Если бы мы пробыли вместе дольше, я, возможно, была бы еще более безумной, чем сейчас, просто думая о том, чтобы наброситься на этих ничего не подозревающих женщин за воображаемое пренебрежение и желания по отношению к моему мужу.

Как будто жестокий поворот судьбы, который был моими бурлящими эмоциями, вызвал к жизни самого темного злодея из моего прошлого, какое-то мерцание привлекло мое периферийное внимание. Я обернулась и заметила искусно уложенные темные локоны, жестокий хмурый взгляд и строгие карие глаза. Я замерла, прижавшись к Гейвену.

Нет. Не было никакой гребаной возможности. Был только один человек, которого я знала, который выглядел как мстительный, разъяренный дьявол, замаскированный под ангела, вырезанного таким образом из хладнокровного камня.

Джеки. Моя сестра.

— Ангел?

Голос Гейвена был проигнорирован, пока я обыскивала комнату в поисках женщины. Однако так же быстро, как, казалось, она появилась, она исчезла. Я снова оглядела толпу. Ее нигде не было видно. Показалось ли мне это? Может быть, то, что я вот так открыто общалась с Гейвеном, делало меня параноиком. И все же я не могла избавиться от ощущения, что у меня внутри что-то не так. Ни ощущения чьих-то глаз на моей спине.

— Дорогая.

Я вздрогнула, когда Гейвен прошептал мне на ухо, на этот раз ближе и с гораздо большей силой. Я молча проклинала себя за неосознанность в приступе тревоги.

— Да, сэр?

Мой ответ колебался лишь долю секунды, когда его взгляд на мгновение потемнел, понимая, что сейчас абсолютно неподходящее место, чтобы давить на него. Особенно учитывая, что моя задница продолжала пульсировать, когда я ерзала или когда мое платье задевало все еще покрасневшую плоть.

Казалось, я правильно его поняла, потому что предупреждающий огонек на его лице сменился кратким проявлением гордости.

— Все в порядке?

Конечно, он понял, что что-то не так, несмотря на все мои попытки замаскировать это. Он был ничем иным, как бесконечно осведомленным обо всем, что его окружало, включая меня.

— Я в порядке. — Я на мгновение заколебалась, не уверенная, стоит ли мне что-то говорить о том, что, как мне показалось, я видела, но я не хотела возвращаться в ту комнату и терять первую ночь, проведенную Бог знает как чертовски долго. — Вместо этого я решила: — Мне просто нужно в дамскую комнату.

Ледяные голубые глаза на мгновение изучили мое лицо, но я сохраняла выражение лица настолько спокойным, насколько это было возможно, мои щеки лишь слегка вспыхнули от интенсивности и жара его взгляда. Я не сомневалась, что если бы он захотел, то съел бы меня прямо здесь, на месте, посылая к черту толпу.

— Конечно.

Гейвен оглянулся через плечо, кивая двум мужчинам, которые стояли у стены с тех пор, как мы приехали. Я моргнула, не сообразив, что охранники принадлежали Гейвену, а не остальным, когда они отошли от позолоченной стенной панели.

— Идем, позволь мне показать тебе, — вмешалась Катерина с вежливой улыбкой, дождавшись, пока Гейвен кивком даст разрешение, прежде чем увести меня подальше от группы.

Было напряженно и неловко, когда мы пробирались между небольшими толпами мужчин и женщин, одетых так, чтобы произвести впечатление, и практически излучающих богатство и власть. Только когда мы добрались до небольшого коридора рядом с главной комнатой, она начала говорить.

— Не стоит беспокоиться, — сказала она с легким смешком.

Дернув головой, я посмотрела на миниатюрную блондинку, которая даже на своих каблуках доставала мне только до подбородка.

— Беспокоиться о чем? — Я притворилась невежественной.

— О Гейвене и его потенциальных связях с Джен и мной.

Заявление было простым, сказанным таким образом, что звучало так, будто она говорила о погоде или вычитывала продукты из списка покупок, а не обсуждала потенциальные романы моего мужа.

— Да?

Кислота поползла вверх по моему горлу, душа меня, когда мы приблизились к двери с надписью "Дамы" элегантным почерком.

Она одарила меня нежной улыбкой.

— Гейвен не из тех мужчин, которые отступают