Жестокое лето - Морган Элизабет

Проведя пальцем по экрану, я нахожу другие снимки. Есть и почти художественные – изгиб бедра, мягкий живот, курчавые волосы на лобке.

Есть и откровенное порно – где он почти совсем из меня выходит, где я широко расставляю ноги, где мои пальцы с идеальным французским маникюром ласкают клитор.

Потом я нахожу короткое видео – член Зака входит в меня и выходит, а я лихорадочно себя ласкаю.

Знаю, если нажать кнопку сбоку аппарата и увеличить громкость, я услышу наши стоны.

Моя вагина сжимается, умоляя о большем.

Но я все же успеваю отметить, что моего лица нигде не видно.

Зак сдержал слово, меня ничего не выдает.

– Можешь удалить, я не обижусь, – говорит он, постукивая большим пальцем по моей лопатке.

Молчу, не зная, как признаться, что мне не хочется удалять фото и видео.

Черт, да я бы и себе парочку переслала на память о самых жарких моментах моего летнего романчика.

– Вот зачем оно тебе? – улыбаюсь я.

– Зачем?

– Для коллекции?

Он смеется, откинув голову, и у меня от этого теплеет на душе.

– Если ты спрашиваешь, нравится ли мне смотреть, как я трахаю красивую женщину, то ответ, конечно, да.

Внутри все обрывается. Он, наверное, собрал целую библиотеку из фото и видео женщин, с которыми спал за всю жизнь.

Мозг немедленно подсказывает: «Удали».

– Нет, – говорит Зак, и я растерянно поднимаю глаза. – Нет, я не храню коллекцию грязных видео. Если отношения заканчиваются, я все удаляю. Если ты больше не моя, то и фотки тоже мне не принадлежат.

И у меня снова все обрывается внутри – но теперь уже по другой причине.

– Зак, я…

– Я знаю, что мы пока не в отношениях. Но я с удовольствием провожу с тобой время. Ты забавная. Милая. И мне очень нравится с тобой трахаться.

Закрыв глаза, стараюсь глубоко дышать.

Сегодня со мной случилось все, чего я так старательно избегала.

У меня появились новые друзья. Завязались новые связи с людьми. Образовались узы. В общем, все, что сначала подбирается к тебе слишком близко, а потом разбивает сердце.

– Я не… – вздыхаю я. – Я не хожу на свидания.

– Прикольно, ведь то, что было у нас сегодня, многие как раз свиданием бы и назвали.

Перевернувшись, Зак вновь наваливается на меня, а я в замешательстве не понимаю, что мне делать.

Все дело в том, что мне нравится Зак.

Нравится его улыбка, его смех, нравится, что он способен выслушать, но не задает лишних вопросов. Нравится, что он не идеальный, что он настоящий, что у него ямочки на щеках, что он любит вредную еду, но при этом может за десять минут приготовить тебе мясную тарелку.

Но мне никто и никогда еще не нравился дольше, чем пару недель.

Рано или поздно люди всегда демонстрируют свое нутро.

– Не обязательно сразу затевать серьезные отношения, но предупреждаю, я тебя так просто не отпущу. Как минимум, не после одного свидания. Так что насчет фотографий? Я могу сейчас их удалить. Могу стереть их, и мы никогда о них не вспомним, я больше никогда тебя об этом не попрошу.

Но мой извращенный, больной, предательский мозг уже не хочет удалять эти фото.

Жаль будет навсегда их лишиться – как и возможности встречаться с Заком.

Черт, да что это со мной?

– Но если нет, если я их не удалю, то смогу посылать тебе в те вечера, когда мы не вместе, – шепчет он, наклонившись к моему уху. – Ты сможешь смотреть, как я тебя трахаю, а я буду слушать, как ты кончаешь от этого видео.

Матерь божья…

Он тонко усмехается.

И шепчет:

– О, да тебе эта мысль нравится…

О да.

Еще как.

– Зак, я не знаю, будет ли следующий раз, – признаюсь я. – Я не врала, когда сказала, что не хожу на свидания. И сюда я приехала работать, а не… этим заниматься. Хочу убедиться, что мы правильно друг друга поняли.

– Все нормально. Я точно знаю, что следующий раз будет. Верю, что мы оба этого захотим, – Зак произносит это так хрипло, что моя киска вновь сжимается от желания. – Но прежде чем я снова тебя трахну, прежде чем я еще сильнее затуманю тебе мозги, ты должна ответить на один вопрос. Я еще раз спрошу тебя об этом утром, когда ты будешь сидеть на кухне в моей рубашке и ждать, когда я приготовлю тебе завтрак. Но что ты скажешь сейчас?

Приготовлю тебе завтрак.

Господи…

Как же мило!

– Завтрак?

– Утром я накормлю тебя, Камила!

Я хмурюсь.

– Я не могу остаться у тебя на ночь. Все мои вещи в клубе.

– Какие вещи?

– Зубная щетка, лосьон для умывания, шапочка для сна, наволочки, пижама… – я могла бы и дальше перечислять, но все это звучит, как дурацкие отговорки.

Зак берет в ладони мое лицо, тепло смотрит на меня, и я забываю, что хотела сказать.

– А одну ночь ты не можешь без всего этого обойтись? Только одну. Запасная зубная щетка у меня есть.

Я внимательно смотрю на него, пытаясь понять, правда ли он хочет, чтобы я провела с ним ночь. И в итоге киваю.

Я же переживу одну ночь без своих вещей? Ничего страшного со мной не случится?

– Хорошо, – по его улыбке я понимаю, что он действительно этого хотел. И как тут было отказать? – Так что ты думаешь?

– Думаю?

Он подбирает забытый телефон, на экране которого все еще открыта откровенная фотография.

– Удалить?

Смотрю на его наполовину погруженный в меня член, и все тело вспыхивает огнем.

Я определенно не хочу, чтобы он что-либо удалял.

– А можно?.. Можно сохранить их где-то в безопасном месте?

Зак говорил, у него есть дочь. Вот ужас-то будет, если она возьмет его телефон поиграть в «Кэнди Краш» и наткнется на фото, где папа трахает какую-то женщину.

Бедняжке потом придется лет десять к психологу ходить.

– Я перемещу их в запароленный альбом, – обещает он.

Я пристально смотрю на него, проверяя своим встроенным детектором лжи.

Не знаю почему, но я ему доверяю.

Доверяю этому мужчине.

Может быть, вот к чему меня подталкивали. Ни к Оливии, ни к змеиному клубку, а к этому мужчине.

– Тогда оставь, – шепчу я, и от этих слов у меня вдоль позвоночника пробегает горячая волна, а следующая поднимается, когда его глаза темнеют от похоти, а губы складываются в порочную ухмылку.

– Ангел, ты словно создана для меня.

Он наваливается на