Я буду твоими глазами - Александра Неярова

Всемил маячил поодаль у колодца с другими парнями, но подойти не осмелился, опасался Яробора после стычки у лесной избы. То и к лучшему.

– Ступайте с миром, – по-доброму пожелал Изяслав.

Было видно, что он хотел спросить что-то о Яроборе, но отчего то всё не решался, мямлил. И хорошо. Не хотелось Верее лгать и выдумывать кривду сильнее, чем есть сейчас.

Верея с княжичем вышли за ворота, ведя под узду гнедую лошадку, а там за околицей сумки, лук её и колчан со стрелами на круп с обоих сторон приладили, в седло запрыгнули.

Пришлось ведунье впереди Яробора сесть. Благо названный отец, Горян, в своё время обучил дочь как нужно в седле держаться, и она в этом деле преуспела. Несмотря на ворчания матушки Деяны, лихо скакала по полям на перегонки с деревенскими мальчишками.

А слепому с вождением в неизвестном пути не управиться, каким бы удальцом не был. К избе Грознеги княжьего воеводу дружинник привёз и оставил на волю богам. И конь под ним не его привычный, а чужая лошадь.

Потому будет Верея его глазами, пока они проклятье не снимут.

Сел княжич позади, правой рукой за переднюю луку седла взялся, а другой за ремённую перевязь с боку, стараясь лишний раз не касаться девицы. Но разве возможно такое, когда одно седло двое делят?

Выправив лошадь на дорогу меж полей и лесом, Верея пустила её рысцой. В спину врезалось твёрдое тело Яробора. Тихо охнув, девица неестественно ровно выгнулась, пытаясь увеличить расстояние между их телами, но гнедая ускорила шаг, перешедший вскоре в галоп, и ведунью снова отбросило назад, прямо на грудь мужчины.

Последующую попытку на корню пресёк княжич.

– Прекрати, Верея, не ёрзай, – проговорил, опаляя дыханием маленькое ушко. Вымученно вздохнул и приобнял её за талию левой рукой, крепче к себе прижимая. Велел: – Держись лучше.

А сам еле слышно ругнулся и зубы стиснул до скрипа, в подробностях представляя, какой изнурительно сладкой пыткой для него обернется поездка.

От вошканий девицы чресла налились приятной тяжестью, по жилам потекло желание. Руки чесались дотронулся до нежной кожи, запутаться пальцами в светлых волосах, от которых исходил травянистый запах ромашки и хвои. Вкусив однажды запретный плод, тяжело сопротивляться жажде сделать это снова. И чтобы не сойти с ума от шепота бесов в голове, понукающих нарушить данное себе слово, прохрипел вслух ведунье:

– Ехать нам долго, потому расскажи, где эту Ягиню нам отыскать.

Верея тотчас затихла и отодвигаться перестала. Ничего не поделаешь, обоим им в пути в муке сердечной маяться.

Вспомнила, как разговор с богами держала, и пояснила Яробору, что мудрая владычица лесная жила в самой чаще леса на перепутье трёхмирья, где находится граница, между миром живых и миром мёртвых.

Всегда избушка Ягини повернута в сторону мира Нави, отчего забредшим путникам приходится просить её развернуться к ним передом, а к лесу задом. Кот сварливый с ней живёт, по хозяйству ей помогает, за домом приглядывает, когда отправляется Ягиня в странствия.

Молва в народе ходила, что могла она выглядеть, по своему желанию, то молодой девушкой, то древней старухой. Суеверия или правда всё это, предстоит им выяснить.

– Будем ехать на запад. Если соизволит нас пропустить Ягиня в свои владения, переход сам появится.

…Скоро сказка сказывается, да не скоро дело делается. Ехали они так до самой вечерней зари. Редколесье, мимо острога одного проехали, реку с разлитыми берегами обогнули, да снова в чащу непроглядную забрались.

Небеса окрасились багрянцем, тени сгустились и потемнело кругом, и решили на постой обустраиваться. Нашли полянку подходящую, спешились, лошадь распрягли, в запруде напоили, яблоком угостили да сами перекусили. Разговор меж ним не клеился от усталости, потому стали спать укладываться.

Яробор вскоре крепко уснул. А Верее отчего-то не спалось. Решила она резы бабки Грознеги раскинуть, кои нашла на полатях в избе и с собой в дорогу зачем-то взяла. Давно хотелось поворожить, да всё никак случай не представился.

Выудила из сумы мешочек холщовый, верёвку развязала. Высыпала резы на подол и бережно собрала их в ладони. Потрясла и пересыпала, лаская пальцами отполированные до шёлкового блеска деревянные плашечки. Они из ясеня были сделаны, когда-то медово-светлые, давно уже потемнели и стали цвета тёмной дубовой коры.

Сами резы Рода не могут сказать ни правды, ни кривды, ими говорят другие силы, те, которые напрямую связаны с богами, заправляющими миром под небесами. Макошь спряла уже судьбу и её и Яробора, пряжа та намотана на веретено жизней. И не изменить ничего.

Но частицу грядущего углядеть может и получится, чтобы знать, с чем дело предстоит иметь.

– Откройте мне, небесные пряхи, ласковая Доля, мудрая Недоля, что ждёт нас с княжьим воеводой, Яробором, впереди. Один раз спрошу, один ответ прошу, на добро, на вашу милость! – тихий шепот вдруг подхватил ветер, покружил по полянке и понёс мимо занавеси крон к самим небесам.

Верея бросила на расстеленный плат резы, внимательно оглядела, прочитала знаки на каждой и испуганно охнула, прижав ладонь ко рту…

В листве деверев перекликалось меж собой ночное зверьё, ухали стряхнувшие с перьев дрёму филины, на охоту собирались. Сверчки стрекотали, и шелестела сплетаясь ковром, листва, словно о чём-то сговаривалась.

Где-то в соснах облюбовал себе чужое гнездо сокол Зорко. Яробор крепко спал, и лошадь их тоже, вдоволь нащипавшись вкусной, душистой травки, улеглась подле тлеющего костра.

А Верея с придыханием разглядывала полученный узор из древних знаков.

Непростой расклад получился.

Ждут их трудные испытания на пути. Резы с символами, обозначающие имя Яробора и её, Вереи, выпали в серёдку, а по кругу выстроилась стена из преград и опасностей.

Ведьма проклятая чует неладное, козни свои старается плетёт, чтобы помешать! Послала по их души силы тёмные, злые.

Но иного испугалась Верея…

Один знак на ясеневой плашечке – препятствие, он прямо между ними с Яробором лёг и указывал на врага, который под чужой личиной прячется… оборотень поди им повстречается?

При том гранью эта плашка тесно соприкасалась с резой княжьего воеводы. Может, знаком молодец с врагом этим?

Дальше что к чему понять сложнее. Ещё одна плашечка упала странно на бок, да плюхнулась та после резы Рода, коя является самой сильной из всех остальных.

А всё то, что предсказано в раскладе, идущем после резы Род, случится обязательно. Грядущего уже не