Дорога жизни 3 - Эмили Ли

— Надеюсь, там не какая-нибудь приворотная пыльца? — с иронией решила уточнить она.

— Такой не существует, — сразу отрапортовал он. — Приворотные зелья только в жидком виде…

— Не занудствуй, — перебила его Тэруми, а потом весело добавила: — Но что-то ты подозрительно много об этом знаешь…

Лукас сначала хотел оскорбиться, но потом передумал, жадно наблюдая за её действиями. Тэруми развернула ткань, обнажая спрятанное там сокровище.

— Сюрикены… — выдохнула Тэруми, зачарованно проводя пальцами по метательным звездочкам. — Такая форма уже много десятилетий не используется в империи… Слишком дорого для простых военных… Слишком затратно в изготовлении… Такие только у кого-то в родовых реликвиях можно увидеть…

Пять остроконечных, идеально заточенных шипов соединялись посередине полудрагоценным зеленым камнем, обрамленным в золотистый сплав металла. Это было даже не оружие. Это было произведение искусства. И таких звездочек ей подарили семь. Семь!

Тэруми подняла на Лукаса изумленный взгляд, юноша зарделся и проговорил:

— Они новые. Я специально заказывал для тебя. Рисунки оружия прошлого нашел в книгах об империи.

— Но их бы не изготовили так быстро, — не понимала Тэруми, снова обращая восторженный взор к чудесной россыпи металлического оружия.

— Так я их давно заказывал. Мечтал тебе когда-нибудь отдать. Рад, что получилось.

— Лукас… — потрясенно вымолвила она.

Стараясь не думать о том, что делает, повинуясь сиюминутному порыву, она подошла и обняла парня, а потом поцеловала его в щеку. Когда отстранилась, тихо проворчала, скрывая собственное смущение:

— Обманул. Там точно был приворотный порошок. Иначе я бы не полезла обниматься…

Все громко засмеялись. Лукас же прижал руку к своей щеке, которую ещё недавно касались губы танэри, и счастливо улыбнулся.

— Мой подарок уже не кажется таким значимым, — сказала Лайя, когда веселье утихло.

— Ты — мой самый большой подарок судьбы, ведьмочка, — с любовью в голосе произнесла Тэруми.

— И всё же… — Лайя достала из кармана камень и протянула его девушке. — Такой же, как у тебя был, но только от меня.

Тэруми взяла камень, на котором были нанесены символы, помогающие сдержать магию в крови и защищающую от внутреннего воздействия.

— В книгах, что Лукас нашел, увидела, — пояснила Лайя.

Тэруми посмотрела на парня и ворчливо бросила:

— Второй раз целовать не буду.

Всё снова рассмеялись, а Тэруми продела через голову веревочку и пристроила у себя на груди новый амулет. Сразу стало спокойнее. Она и не думала, что будет скучать по защищенности, которую невольно ощущала от своего амулета, и была искренне рада, что создала его ей ведьмочка.

— Спасибо, — прошептала Тэруми.

Мирк снова напомнил об остывающей еде, и все поспешили выполнить столь желанное требование.

Завтрак постепенно перешел в обед. Грегори принес вина, и разговоры потекли более вольно, стали громкими и часто превращались в дружеские баталии. Тэруми и сама не заметила, в какой момент забыла обо всем, что тяготило, обо всем, что потеряла и что никогда не имела. Эти люди в какой-то момент стали её семьей, её пристанищем. Они сделали её живой и подарили самое главное: свою любовь и внимание. И пусть это продлится всего один день, но это был только её день, день её рождения.

Глава 11

Окрестности Гиблого леса, королевство Иллинуя

Простое и крайне легкое задание — зачистка — было подарком судьбы. Зима в принципе довольно спокойное время для ищеек, но эта зима была особенно тихой. Казалось, всё королевство погрузилось в спячку. Ничего не происходило. Нигде не нужно было вмешательство Инквизиции, следовательно, не было и работы для магов. А может, просто официальная власть, что подчинялась Королю, перестала просить помощи. Может. Но Фенрис без особой нужды старался не касаться политических интриг, понимал, что участие в подобном равно смертному приговору, рано или поздно…

И вот, зачистка! Возможность быть вне стен Башни, возможность просто идти, возможность снова использовать магию — волшебно само по себе! Последний и единственный выход из Иланы после возвращения из длительного задания был вместе с Инквизитором в Азуриан, а с тех пор прошло почти два месяца. Два месяца… Так долго… А он всё никак не может перестать об этом думать…

Фенрис вырвался из охватившей его задумчивости и подкинул веток в свой костер. Огонь сердито зашипел, неохотно принимая отсыревшее дерево, но порция особого состава, которую плеснул эльф из колбы, уговорила пламя присмотреться получше к подношению.

Чуть в стороне, у своего костра сидела и тихо переговаривалась его команда, иногда посмеиваясь от дружеских ироничных шуток. Так издавна повелось, если они не успевали до темноты добраться до населенного пункта и останавливались на ночлег в лесу, то разводили два костра. У одного всегда сидел кайнарис, у второго — его команда. И никто не смел нарушать без дела уединение мага.

Фенрис никогда не интересовался, как обстоят дела с этим у других ищеек, но его вполне устраивала прижившаяся в его команде традиция. Ему было уютно в одиночестве, да и это позволяло держать дистанцию: они не друзья — они люди, которые должны были исполнять приказ. И словно в ответ на его ленивые размышления раздались неспешные шаги, а потом кто-то сел рядом.

— Сэр, вы позволите? — спросил Грегори.

Зачем спрашивать, когда уже сел? Но вслух Фенрис ничего не сказал, продолжая наблюдать за причудливыми языками пламени и терпеливо ожидая причину внезапного поступка. Попросит отпуск? Отставку? Перевод в другой отряд?

— Вас что-то тревожит? — прямо спросил солдат.

Фенрису показалось, что он ослышался. Он даже удостоил его взглядом. Что это? Вступление издалека, чтобы спросить о том, что действительно интересует? Или попытка подружиться с прицелом дальнейшей выгоды? К чему вопрос? И с чего Грегори взял, что Фенриса что-то тревожит?

— После возвращения из последнего сопровождения Инквизитора вы стали особенно отстраненным, — решил пояснить Грегори, словно считывая сомнения своего командира.

Так и было. Произошедшее не давало покоя…

Такая странная наблюдательность для простого, рядового солдата… Надо будет присмотреться к нему… Понять причину такого внимания.

Грегори не уходил, молча сидел и грел руки у огня. Фенрис поймал себя на мысли, что присутствие солдата не тяготит, а скорее, наоборот, рождает в душе спокойствие.

— Инквизитор встречался с Повелителем во дворце, в Азуриане, — услышал со стороны Фенрис свой голос. Досада за откуда-то взявшееся желание поделиться быстро ушла, сменяясь непривычным нетерпением. А вдруг Грегори сможет подсказать, что произошло, натолкнуть на нужную мысль? — Я, как обычно, стоял в охране, пока шли переговоры. В коридоре показался данхне Лим. При виде меня он словно потерял рассудок. Он что-то кричал… Бессмыслицу какую-то… Требовал вспомнить… Но то, что