Бывший. Все вернется - Даниэлла Ник

— Ланочка! — шепчет она. — Вчера костюмы перебирала, ты знаешь, в химчистке справились практически со всеми пятнами. На конкурсном костюме, правда, не до конца вывели. Но мы вполне успеем заменить часть ткани. Я показала его Матео, он был в шоке от этой истории. Представляешь, он ничего не знал!

Разумеется, откуда? Матео я так ни разу и не видела после нашего разговора. Он работал с моей командой, они делали расстановку по сцене и хореографию. Пока обходятся без меня, я подключусь по возвращении из отпуска.

Тепло прощаюсь с ребятами и усаживаюсь в машину, которая, в сопровождении охраны, везет меня в секретное место.

— Степа! — хмурюсь я. — Я домой хочу. И вообще, что вы задумали? Александр Стефанович знает?

— Он нас и направил туда, куда мы едем, Лана Ивановна! — тепло улыбается Матвей. — Не волнуйтесь, Вам понравится!

Глава 36. Лана Стэр

Через некоторое время автомобиль останавливается у высокого здания, с красивой подсветкой.

— Где это мы? — восхищенно кручу головой по сторонам.

По периметру здания высажены небольшие деревья и кусты, окрашенные в яркие цвета поздней осени. Красиво невероятно!

— Немного терпения! — помогая выйти из машины, отвечает Степан. — Прошу!

На лифте мы поднимаемся на двадцать шестой этаж, створки открываются, и я восхищенно ахаю.

— Хорошего вечера! — синхронно кивают мне братья.

Выхожу из лифта и оказываюсь в крепких мужских объятиях.

— Привет, малышка! — притягивая меня к себе еще крепче, целует Саша.

Я не успеваю ответить, потому что язык пробирается ко мне в рот и ласкает. Счастливо закрываю глаза и обвиваю руками его шею. Дыхание утяжеляется.

— Что это за место? — с трудом отрываюсь, чтобы перевести дух.

Саша берет меня за руку, и тянет за собой. Мы оказываемся в круглом пространстве, на полу расставлена, наверное, тысяча свечей. Над головой огромный стеклянный купол, в котором видны яркие, сияющие звезды. На стенах висят картины с изображениями звездного неба и галактик. Атмосфера уютная и загадочная.

У стены стоит небольшой столик с белой скатертью и два стула. Я не успеваю рассмотреть, что находится в тарелках. Также в помещении установлены телескопы и другие приборы для наблюдения за космическими телами.

— Я пригласил тебя на свидание в зал в обсерватории. В зависимости от времени года, местоположения и условий наблюдения можно увидеть различные звезды и планеты. Например, зимой можно увидеть созвездие Ориона с его яркой звездой Бетельгейзе и поясом Ориона, а летом — Млечный Путь и яркие планеты, такие как Юпитер или Венера. Сегодня идеально чистое небо, нам очень повезло.

Я впервые нахожусь в таком месте и подрагиваю от восторга.

— Для начала, мы поужинаем! — приглашает меня мужчина, указывая за столик. Он слегка взволнован, и меня это невероятно трогает.

Мы усаживаемся за столик, из ведерка со льдом, Саша достает запотевшую бутылку игристого и, ловко открыв, разливает по бокалам. Я с любопытством рассматриваю содержимое тарелок.

— Кто это готовил?

— Я! — улыбаясь, протягивает мне бокал. — За самую главную звезду, которая чуть было не погасла для меня. Но сейчас горит ярче всех. За тебя, Света.

Мы чокаемся, и я делаю глоток божественного напитка, который приятными пузырьками раскатываю на языке.

— Вашему вниманию! — объявляет Саша, смешно меняя голос. — Паштет из куриной печени с ягодным конфитюром, брускетты с ростбифом и, тадам! Свиная рулька с картофельным пюре.

— Ты правда все сам?

— Абсолютно! Пришлось попотеть, но я справился.

На моих глазах блестят слезы. Свиную рульку я готовила для него в тот день, когда к нам пожаловала его бывшая девушка Милена. Чтобы избавиться от нее, мужчина впервые в жизни меня поцеловал.

— Что случилось, Звездочка? — обеспокоенно спрашивает он, меняясь в лице.

— Ничего! — счастливо улыбаюсь я, вытирая слезы. — Ты помнишь рульку?

— Конечно, Света. Я все помню.

После вкуснейшего ужина, мы изучаем звезды, смотря в телескоп.

— В детстве я увлекался астрономией. Это настолько интересно и невероятно. Ощущаешь себя песчинкой, находясь в бесконечном пространстве.

Саша увлеченно рассказывает мне про Млечный путь, созвездия и планеты.

— А эта звезда называется «Лана Стэр»! — показывает мне светящуюся точку.

— Чего? — прыскаю я. — Какая «Лана Стэр»?

— Самая красивая и яркая на всем небосклоне! — мужчина обнимает меня сзади, целуя в висок. — Подумать только, какой же я был дурак, Света! О чем только думал. Ты — мое самое главное сокровище. Подожди минутку!

Саша подходит к шкафчику и достает оттуда сертификат в деревянной рамке, подтверждающий то, что данная звезда теперь носит мое имя.

Я понимаю, что фактическое называние звезды будет иметь официальное значение только в рамках этого сервиса и не будет признано в научном сообществе. Но как символ внимания и заботы такой подарок очень милый и романтичный.

— Ты меня поражаешь, Саша! Где деревянный солдафон, о котором мы мне столько твердил?

— Я сам поражен, Лана. Насколько люди могут меняться от любви!

От любви. От любви? Неверяще закрываю глаза. Вселенная услышала меня! Я так отчаянно желала это столько лет, боясь себе в этом признаться. Он меня любит. Как до жирафа дошло, всего-то нужно было жениться и семь лет прожить с нелюбимой истеричкой.

При воспоминании о Марьям, мое настроение резко портится.

— Мне очень приятно, Саша. И это было очень красиво. Я немного устала.

— Да, сейчас же едем домой.

— А это все? — обвожу я рукой свечи и остатки ужина.

— Все уберут, не волнуйся!

Через три дня мы сидим в специальном лаундже аэропорта Шереметьево. Вместе летим в отпуск. Даже не верится. Периодически щипаю себя за руку, чтобы проверить, что это не сон. Но нет же. Вот он, справа от меня сидит самый внимательный мужчина на свете.

В таком месте мы избегаем толпы и защиты частной жизни. В VIP-зале для знаменитостей предоставляют комфортные условия, конфиденциальность и персональное обслуживание.

Обычно, отправляясь в путешествие, за мной следует тесный круг сопровождающих, включая ассистентов, директора и других участников их команды. В этот раз мы только вдвоем. Приняли решение не брать с собой свою охрану, так как вряд ли в чужой стране мне может грозить опасность. На Кипре нас уже ожидают специально обученные люди.

— Волнуешься?