Будь моей, малышка - Сьюзен Андерсон

Впрочем, у его любовницы сегодня выдался тяжелый день. Бью склонился над Джульеттой и осторожно отвел со лба влажную прядь волос. Лицо ее до сих пор пылало. Черт, надо было все-таки побриться, а то вон как натер нежную кожу.

Неожиданно он громко фыркнул. Подумаешь, кожа! Днем ему довелось совершить кое-что похуже – тогда он грубо швырнул ее на землю, а сейчас был так нетерпелив, что забыл о средствах предохранения.

Прежде Бью всегда заботился о своих партнершах. Отец постоянно твердил о необходимости предохраняться, чтобы не думать о возможных последствиях, но на этот раз советы родителя напрочь вылетели у него из головы. И все же ему совсем не хотелось именно сегодня продолжить род Дюпре.

Неужели может случиться такое, что в Джульетте начнет зреть его семя? – размышлял Бью, разглядывая лицо сладко спящей девушки. Ему вообще нельзя было вступать с ней в столь близкие отношения, не будучи в состоянии держать себя в руках. Но Боже, как это было прекрасно!

Бью прошелся взглядом по чудесным волосам, разметавшимся по подушке, по нежному изгибу шеи и груди, по опухшим от поцелуев губам и почувствовал, как где-то в глубинах его подсознания поднимается протест.

Он уже составил для себя планы на ближайшие три-четыре года, и Джульетта Роуз Лоуэлл в них определенно не входила. В городе полным-полно хорошеньких женщин, которые мигом прибегут, стоит ему только свистнуть – так какого же черта он связался с этой гордой северной принцессой? Пусть у нее огромные глаза и длинные стройные ноги, пусть она великолепна в постели, ему следует держаться от нее подальше, а это значит – пора выбраться из кровати и отправиться к себе.

Бью уже собрался, не откладывая, осуществить свое намерение, как вдруг Джульетта, что-то промычав, свернулась калачиком и придвинулась к нему. Голова ее легла ему на грудь, а колени уперлись в предмет его мужской гордости.

Дьявольщина! Он попробовал отодвинуться, но Джульетта лишь теснее прижалась к нему. Теперь она полностью завладела Бью: ее нога находилась на его бедре, а голова уютно устроилась в ложбинке между шеей и плечом. Удовлетворенно вздохнув, она еще немного повозилась и замерла.

Бью с чувством безнадежности посмотрел на нее. Теперь ему уже не уйти – не может он применить силу! Что ж, придется остаться сегодня на ночь, иного выбора нет. Зато, как только наступит утро, он постарается сделать так, чтобы они оба вернулись к прежним отношениям.

* * *

Джульетту разбудили глухие ритмичные удары. Зевнув, она открыла глаза, но сперва совершенно ничего не увидела из-за разметавшихся по лицу волос. Сдунув мешающий смотреть локон, она на секунду зажмурилась, ослепленная ярким лунным светом, который, пробиваясь сквозь жалюзи, рисовал на кровати черно-белые полосы. Но почему ей так жарко? И тут внезапно она все вспомнила.

Он лежал на спине, а она обхватила его так, что их руки и ноги переплелись. Джульетта затаила дыхание, стараясь разобраться в потоке чувств, нахлынувших на нее. Ей было хорошо и… немного стыдно. Хотя чего ей стыдиться? Того, что она оказалась настоящей женщиной, о чем до появления в ее жизни Дюпре даже не подозревала?

Впрочем, если быть до конца честной, всеми восторгами этой ночи она была обязана своему пылкому любовнику, а сама просто наслаждалась и получала удовольствие. Однако, временами приходя в себя, по лицу Бью она видела, что ему тоже хорошо и его отнюдь не раздражает ее неопытность.

С величайшей осторожностью потянув простыню на себя, Джульетта тут же замерла, но, слава Богу, Бью не проснулся. Как же прекрасно он сложен, какие мощные у него мышцы, крепкие бедра, длинные ровные ноги! С замиранием сердца она положила ладонь на его плоский живот, миллиметр за миллиметром продвигаясь к тому месту, которое влекло ее больше всего. Ей надо было немедленно остановиться, но как раз вот этого-то она и не могла сделать.

Бью издал какой-то хриплый звук, и Джульетта немедленно подняла голову. Рука ее непроизвольно сжалась. Приоткрыв глаза, Бью туманным взором посмотрел на нее.

– О Джульетта! – простонал он. – Иди ко мне.

Только этого она и ждала – для нее ничего не могло быть слаще, чем вернуться в его объятия. И то, что произошло дальше, было еще прекраснее, чем накануне.

– Мне очень понравилось, – призналась Джульетта, когда вновь обрела возможность говорить, – очень!

Бью удовлетворенно рассмеялся и посмотрел ей в глаза:

– Поверь, милая, мне тоже. Не знаю, как выразить это словами, поэтому Лучше докажу еще раз.

– О, так скоро?

Но не успел он закрыть поцелуем ее рот, как раздался телефонный звонок.

Оторвавшись от нее, Бью прищурился:

– Подойдешь?

Джульетта резко замотала головой:

– Сейчас ночь, и… – Прикусив губу, она смущенно посмотрела на Бью. – Прости, но моя бабушка с годами приобрела привычку вставать по ночам. Вдруг у нее что-нибудь случилось?

– Понимаю. А у меня есть сестры…

– Не дай Бог, что-то срочное, – со вздохом проговорила Джульетта и приподнялась на подушках.

Бью тоже вздохнул. Туалетный столик, на котором стоял телефон, находился с его стороны. Он взял трубку и протянул ее Джульетте.

– Алло, я слушаю. – Голос ее прозвучал так спокойно, словно она находилась в своем офисе, и в окно светила не луна, а яркое солнце. Неожиданно она нахмурилась. – Да, он здесь, подождите минуту. – Передав трубку Бью, Джульетта обернула вокруг себя простыню и выбралась из кровати.

Бью вопросительно взглянул на нее и поднес трубку к уху.

– Дюпре на проводе. Будет лучше, если новости окажутся хорошими.

– Извини, дружище, – услышал он голос Люка, – я звонил тебе по мобильнику, но там, видно, сели батарейки.

Как же, сели! Мобильный телефон остался в его штанах, которые сейчас валялись в соседней комнате, но об этом Люку знать совсем не обязательно.

– Что-то случилось?

– Я подумал, тебя это заинтересует. Со мной только что связался Беттенкорт; он говорит, что на горизонте снова замаячил Охотник за трусами. Похоже, напарник, у нас появилась очередная жертва.