Испорченный мед - Обри Тейлор

— Ну чё вы стоите, налейте девушке, черт возьми, выпить! — взмахнул он руками, и зал снова взорвался весельем.

— Уверена, что ты в порядке? — спросил он ещё раз, тише.

— Персиково, — я сморщила нос и обхватила его лицо руками.

— Хорошо, у меня есть кое-что для тебя, — он пошевелил бровями и взял меня за руку.

— Ты что, тоже участвовал в этих проделках?

— Я был их капитаном, — серьёзно ответил Кайл, ведя меня наверх, подальше от шумной толпы, к своей комнате. За последнюю неделю я провела здесь столько времени, что мне стало естественно просто зайти и плюхнуться на кровать, пока он рылся в ящиках.

Мы говорили о многом: о его прошлом, о моем. Он стал первым человеком после Зои, с кем я говорила обо всем. Рассказывать об аварии было невыносимо, но это помогло ему понять кое-что о травме и исцелении. Это было больно, но если моя боль могла помочь ему поправиться, я бы вытерпела.

Я играл с углом наволочки, пока он сидел на корточках в своих джинсах, все еще что-то ища.

— Ты потерял его, да? — Я метнула подушку в его спину, отчего он потерял равновесие и с хохотом свалился на пол.

— Нет, он здесь, клянусь, — прощебетал он, и остатки его техасского акцента вылетели наружу.

Он вернулся к поискам и через мгновение вытащил маленькую бархатную коробочку, спрятанную под разложенной одеждой и учебниками.

— Ха! — Его массивное, долговязое тело проползло по полу, прежде чем он выпрямился и втиснулся между моих колен. — С днем рождения, Персик.

У меня никогда не было такого друга, как Кайл. Наши отношения строились на трагическом понимании зависимости, и это связывало нас так, как никто другой не мог понять. Тихо, ненавязчиво, но крепко. Я и не ожидала, что найду что-то подобное в Гнезде. Найду кого-то, кого смогу считать братом — именно так он позволял мне относиться к себе.

Будто Итан прислал мне подарок с того света, в виде шестифутового с лишним ребёнка в теле мужчины. Даже если этот ребёнок был больше похож на дикого котёнка, вывалянного в бензине и играющего со спичками.

— Что это? — спросила я, перебирая в пальцах маленькую коробочку.

— Только не злись.

Я наклонила голову набок, открывая коробочку. Внутри, на подушечке, лежало тонкое золотое кольцо. Оно было изящным и имело плоский, своего рода прямоугольный кулон в центре. Слова застряли в горле, а пальцы скользнули по гравировке, и в глазах защипало.

— Итан... — прошептала я, глядя на крошечную букву «И», выгравированную в золоте. — Кайл, это...

Он остановил меня, вытащил кольцо и надел его мне на большой палец.

— Это ерунда. Я знаю, ты нечасто говоришь о нём, но я подумал...

Я никогда не видела Кайла таким смущённым и тихим, особенно когда внизу гремела вечеринка.

— Это идеально, — сказала я, катая металл по большому пальцу. — Спасибо, что подумал обо мне... и о нем.

Кайл откинулся назад на пятки, но даже на коленях был на одном уровне со мной. Я прикусила губу, не решаясь вернуться вниз. Рука поднялась к шее, нащупывая кольцо на цепочке, что я носила всегда. Я хотела сделать это для Зои, Кайла и Вана. Но тяжесть в груди снова нарастала, и мысль о том, чтобы спуститься в комнату, полную людей, в то время как я борюсь с панической атакой, казалась невыносимой.

— Персик? — его голос прорвался сквозь туман и лег на грудь, как тёплое одеяло. — Что случилось?

Всё.

— Ничего.

— Точно? — он поднял бровь и стал рисовать ленивые круги ладонью на моем колене. — Ван сказал, что вы с Ником расстались. Что случилось?

После инцидента на благотворительном вечере я всё для себя решила. Я не позволю ему использовать меня, особенно если я всего лишь инструмент, чтобы задеть Арло. А Кайл, к слову, не раз намекал именно на это. Поэтому я покончила с этим. Он воспринял это достойно, больше расстроившись из-за того, что я вернула ожерелье со сломанной застежкой, жалуясь, что он даже не может вернуть его в таком состоянии.

— Он бабник, — повторила я ту же отговорку, что и Зои.

— Эй, — Кайл притворно обиделся. — Быть бабником, не преступление.

— Нет, Котёнок, — засмеялась я, используя имя, которым Арло дразнил его, и положила ладонь ему на лицо.

— Так почему на самом деле? Только без вранья, — он моргнул своими большими голубыми глазами цвета морской пены с мягкой понимающей улыбкой.

— Ник был не тем, кто мне нужен.

Улыбка Кайла расползлась до ушей.

— Нет, — фыркнула я, уже зная, что за мысли вертятся в его голове. — Только не говори ему, пожалуйста, — попросила я.

— Не говорить Арло, что ты бросила его брата, потому что он не был тебе нужен... — Кайл криво ухмыльнулся, поднимаясь на ноги. — Конечно, Персик.

— Я серьёзно, — я хлопнула его по рукам.

— Пойдём напьёмся, — кивнул он, отпуская мои ладони, чтобы постучать пальцами по груди.

— Ты уверен, что это хорошая идея? — спросила я, позволяя ему поднять меня с кровати и прижаться к его боку, пока он перекидывал руку через мои плечи.

— Слабые напитки, обещаю, — подмигнул он, прижав пальцы к груди, — и никаких наркотиков сегодня. Я не стану.

— Это не решение, — нахмурилась я.

— Позволь мне, Элла, — он нарочно произнёс моё имя так, будто это было оружие. — Пожалуйста.

— Будь осторожен, завтра мы идем на собрание, — поставила я условие.

— Есть, мэм.

— Боже, не называй меня так. Я всего на два года старше тебя, — простонала я, пока мы спускались по лестнице обратно на вечеринку.

ГЛАВА 18

Арло

— Она здесь? — спросил я у Сайласа, который доставал очередную упаковку пива из холодильника в гараже.

— Да, ты, придурок, пропустил сюрприз, — Сайлас поставил коробку на скамейку.

Когда Кайл предложил устроить вечеринку-сюрприз для Эллы, я сначала был против. Не уверен, было ли это из-за того, что я все еще сдерживал гнев или из-за эгоистичных побуждений провести с ней день рождения наедине. Но, как Кайл и умеет, он убедил меня, утверждая, что ей это нужно, ей нужны друзья сегодня, и хотя он не сказал мне почему, но я доверял суровому тону его голоса достаточно, чтобы согласиться.

После благотворительного вечера я застрял между желанием продолжать провоцировать её, подстраиваться под неё... или просто уйти и позволить ей самой понять, чего она хочет.

— У тебя крышу снесло, Кинг, — рассмеялся Сайлас. — Ты бы видел своё лицо, как только её