Нарушая правила - Лиз Дюрано

Часы спустя мы прибываем в здание окружного суда за два часа до запланированного времени и находим Гордона, ожидающего нас в коридоре. Мы запросили встречу с Фрэнком и Дорин, и они согласились. Гордон сказал мне, что они ожидают, что я соглашусь на их требования.

Я не могу перестать думать о том, что сказал Гордон вчера, о том, чтобы рассказать суду, почему мне пришлось оставить Дрю. Как Фрэнк и Дорин примут правду о том, что у меня не было выбора?

Есть только одна проблема: они давали сделали обещание Дрю. Они не обещали держать эту часть его жизни за закрытыми дверями.

Это была я.

Я глубоко вздыхаю и напоминаю себе остаться сильной. Я разрешила себя сломить за прошедший год с момента смерти Дрю, и я не могу больше этого позволять делать. Какой пример я подаю Тайлеру, когда он растет, видя, что я не могу защищать себя? Если я не могу этого сделать, как я могу защитить его?

— Ты выглядишь прекрасно, — Сойер сжимает мою руку и улыбается. — Ты справишься.

— Спасибо.

Я пыталась подобрать что-нибудь серьезное, например, жакет или брючный костюм. К счастью, вчера в комиссионном магазине в Торрансе я нашла полный комплект: темно-синий костюм с юбкой и туфли-лодочки с узким носком в тон. Мне нужно произвести хорошее впечатление на суд и показать им, что я хорошая мать. То, что я живу в изоляции, не делает меня безответственной.

На Сойере светло-голубая рубашка с открытым воротником под мужским пиджаком с черными брюками и удобными туфлями. Это совсем не похоже на обычную футболку и брюки-карго, которые он всегда носит в Таосе, но выглядит он хорошо. Мне нравится, как он держится, такой уверенный в себе.

Когда я извиняюсь, чтобы поговорить с Гордоном, Сойер легонько дергает меня за руку.

— Никаких секретов, помнишь?

— Тебе может не понравиться то, что ты сейчас услышишь.

— Но это не значит, что я позволю тебе идти на эту встречу одной, — он говорит, когда Гордон откашливается.

— Я получил ваш звонок, и у меня все здесь, — говорит Гордон, когда двери лифта открываются, и Фрэнк и Дорин выходят вместе со своим адвокатом.

Сойер сжимает мою руку.

— Ты справишься, Ал.

— Лучше начать встречу сейчас, — Гордон открывает дверь конференц-зала, и мы входим с Сойером.

— Вы пришли сюда для переговоров? — спрашивает Дорин, как только двери закрываются за их адвокатом. — Все, что нам действительно нужно, это доступ к нашему внуку, что означает, что ты и Тайлер должны вернуться в Калифорнию.

— Никаких этих безумных идей о жизни за пределами цивилизации, — насмехается Фрэнк. — Что, если ты откажешься от Тайлера, как отказалась от нашего сына? Кто может знать, пока не станет слишком поздно? Не успеем мы опомниться, как это окажется на первых полосах новостей

— Мистер Томас, пожалуйста, — строго говорит их адвокат, прежде чем повернуться, чтобы взглянуть на Гордона. — По какому поводу эта встреча? Если вам нужно что–то нам показать, это должно было быть…

— Мисс Томас есть что сказать, — Гордон кивает головой в мою сторону.

Я прочищая горло.

— Я знаю, что вы никогда не простите мне потерю Дрю, и я это понимаю. И я никогда не хотела, чтобы все дошло до этого.

— Прекрати ходить вокруг да около, Альма, — прерывает Фрэнк.

— Я никогда не отказывалась от вашего сына, но мне пришлось принять трудное решение. Это было либо оставаться с ним и рисковать потерей ребенка из-за одной из его вспышек, либо уйти от него и спасти Тайлера и себя, — начала я, стараясь оставаться спокойной и надеясь, что мой голос не дрогнет. — Я ушла от Дрю, потому что он жестоко обращался со мной. — начинаю я, стараясь сохранять спокойствие и надеясь, что мой голос не дрогнет. — После своего последнего назначения и окончания контракта Дрю было трудно приспособиться к жизни за пределами морской пехоты. Прежде всего, у него были очень неприятные воспоминания, большинство из которых были связаны с событиями многолетней давности. Я останавливаюсь, чтобы взглянуть на Сойера, и вижу, как он хмурится. — Это было связано с потерей его людей. Дрю так и не смог справиться с этим, и даже когда он получал помощь от врача — терапию, лекарства, — ему становилось только хуже.

— Что ты имеешь в виду под вспышками? — требует Дорин. — О чем ты вообще говоришь? Он был в порядке.

— Нет, это не так. Дрю страдал от посттравматического стрессового расстройства

— Нет, у него его не было , — говорит Дорин. — Только не у Дрю.

— Да, было , Дорин, и он собирался в больницу, чтобы начать лечение. — Пока я говорю, Дорин и Фрэнк смотрят на меня в шоке. Думаю, Кевин им тоже не сказал. — Но Дрю не хотел, чтобы кто-нибудь знал. Всякий раз, когда ему казалось, что он столкнется со знакомыми людьми, он отказывался доводить дело до конца. Приходилось постоянно напоминать ему об этом.

Фрэнк трясет головой от недоверия.

— Дрю никогда не лгал нам. Он никогда не говорил, что с ним что-то не так после того, как он покинул морских пехотинцев. Он был военным героем. — Он указывает на Сойера. — Дрю спас твою жизнь. Ты бы не был здесь, если бы не наш сын. Нет, мой сын не страдал от ПТСР.

— У Дрю были воспоминания, которые заставляли его вести себя агрессивно, и это беспокоило его. Вот что побудило его обратиться за помощью, — продолжаю я. — Я пыталась оставаться с ним так долго, насколько могла, но когда он попытался задушить меня однажды утром…

— Что?! — восклицает Дорин. — Я не могу поверить, что ты все выдумываешь, Альма. Это просто абсурд. Мой Дрю никогда этого не сделал.

— В тот день, когда он меня душил, я поняла, что мне придется сделать выбор, — говорю я твердо, продолжая. — Либо я остаюсь с ним и рискую потерей ребенка во время его кошмаров, когда он просыпался и не узнавал, кто я такая, либо ухожу от него, дав ему шанс получить помощь, которая ему нужна. Я всегда была на связи с