Рыцарь наслаждения - Маргарет Мэллори

— Надо спешить. Где лошади? — спросил он. Кажется, его вопрос вырвал ее из оцепенения. Она тут же встала:

— Я их приведу.

Стивен приподнял голову Уильяма, чтобы влить в него немного эля, и тут Уильям открыл глаза.

— А ты задержался, да, братец? — сказал Уильям слабым шепотом.

Боже всемогущий, он еще его поддразнивает!

— Придется привязать тебя к лошади, — предупредил Стивен.

Уильям попытался кивнуть и скривился от боли. Стивен увидел Изабель: она вела лошадей.

— Готов? — обратился Стивен к брату. — Раз, два, три! Уильям охнул, когда Стивен поднял его на бревно. Изабель, послушавшись кивка Стивена, обвела коня Уильяма вокруг бревна и придержала его на месте.

— Раз, два, три! — повторил Стивен, предупреждая Уильяма, и они подсадили его на коня.

Уильям сунул ноги в стремена и обмяк, едва не перевалившись через шею коня.

Да, не в форме он для дальних поездок.

Привязывая брата к седлу, Стивен взглянул через плечо на Изабель. Она уже сидела в седле, серьезная и собранная, и ждала его сигнала.

— Аббатство уже недалеко, — сказал Стивен как мог спокойно. — Не хочу тебя пугать, но нужно добраться туда как можно скорее. Монахи наверняка знают, как помочь Уильяму.

Он не упомянул второй причины для спешки. Если это нападение не случайно — а он подозревал, что так и есть, — бандиты не сдадутся вот так просто и не перекинутся на другую жертву. Кроме того, возможно, они — часть еще большей силы. И более опасной, соответственно.

Стивен ехал впереди и вел в поводу коня Уильяма. Дважды Изабель предупреждала, что Уильям падает, и приходилось останавливаться, чтобы поправить веревки. Изабель в это время сидела верхом и следила, не появится ли кто на горизонте.

Когда наконец показался монастырь, Стивен про себя вознес небу благодарственную молитву. Бог, несомненно, сегодня с ними.

Как только они подъехали, ворота распахнулись и оттуда выбежали Джейми и Джеффри. Джейми в мгновение ока оказался рядом с Уильямом.

— Насколько серьезна рана? — Джейми вытащил нож, чтобы перерезать веревки.

— Из седла его лучше вынуть внутри, — предупредил Стивен и бросил Джейми поводья.

Джейми взлетел на коня позади отца. Бережно наклонившись над Уильямом, он пришпорил коня и направил его в ворота, дальше по узкому мосту и через внутренний двор к церкви. В сопровождении нескольких монахов он двинулся вдоль церковной стены и скрылся в полукруглом дверном проеме.

Стивен, пригнув голову, проследовал за Джейми. Ему стало не по себе, когда он понял, что они в монашеской обители. Господь, может, и простит им, что они привели лошадей в такое место, а вот монахи точно не простят.

— Лазарет там. — Джейми указал на проход с противоположной стороны маленького дворика.

Вместе они перерезали веревки и вынули Уильяма из седла. Джейми побелел, когда голова Уильяма запрокинулась, открывая пропитанную кровью повязку.

Стивен поглядел в испуганные глаза племянника:

— Нет человека сильнее его. Он справится. Стивену и самому нужно было в это поверить.

— С Божьей помощью.

Стивен обернулся посмотреть, кто произнес последнюю фразу, и увидел древнего монаха с согбенной спиной и белоснежными волосами вокруг тонзуры. Монах махнул им рукой, приглашая в ту самую дверь, на которую указывал Джейми, и прошел следом за ними. Они положили Уильяма на кушетку в углу, и он застонал. Без сознания, но точно жив!

— Принесите лампу, — сказал монах, усаживаясь на табурет у кушетки.

Джейми сбегал за лампой в другой конец комнаты. Старый монах прижал ухо к груди Уильяма.

— Сердце у него сильное, и он может дышать, — заключил монах, выпрямляясь на табурете. — Снимите повязку.

Стивен встал на колени рядом с кушеткой. Он разрезал повязки, и монах промыл рану водой из таза, который вынул, кажется, прямо из воздуха. Потом монах щелкнул пальцами и указал Джейми на ряд горшочков на полке. Невероятно быстро он смешал из растертых трав душистую кашицу.

— Другие повреждения есть? — спросил монах, намазывая плоскими, скрюченными пальцами эту кашицу на кровоточащую рану.

— Нет, только эта рана от стрелы, — ответил Стивен.

— Он приходил в себя?

— Один раз, больше часа назад.

— Нет, дважды, — поправила Изабель, стоявшая за его спиной.

До этого момента Стивен не подозревал, что она проследовала за ними, и ощутил к ней благодарность. Когда она рядом, ему легче.

— Там был человек, я его не заметила, — проговорила Изабель с дрожью в голосе. — Лорд Фицалан метнул кинжал ему в сердце.

Стивен легонько сжал ее руку и поцеловал ледяные пальцы.

— Это вполне в духе Уильяма: очнуться в нужный момент и спасти всех. Он лучший человек из всех, кого я знаю.

Стивен услышал сдавленный звук за спиной и встал, чтобы обнять Джейми за плечи.

— Это из-за меня его ранили, — сказал Джейми надтреснутым голосом.

— Нет, вина целиком и полностью лежит на мне, — ответил Стивен, ощущая на плечах всю тяжесть своих ошибок. — Мне очень жаль.

Старый монах все прекрасно слышал — слух его не подводил, несмотря на годы.

— Божья воля в том, что этот человек ранен, — сказал он не оборачиваясь. — И с Божьей помощью он поправится. — Он повернулся на табурете и вытянул шею, чтобы лучше их видеть. — Вы ведь сильные ребята, правда? Пройдет время, прежде чем силы вернутся к этому, но он исцелится.

— Правда? — переспросил Джейми.

— Он все еще в опасности. Но я считаю, что он поправится. — Старый монах указал Стивену и Изабель на дверь: — Забери женщину, а парнишку оставь со мной. В помощь мне нужна только одна пара рук.

Стивен кивнул, но добавил:

— Сначала мне нужно перемолвиться словечком с племянником.

Лучше сразу с этим покончить.

Они с Джейми отошли в дальний угол комнаты.

— Знаю, что мои слова расстроили тебя, — сказал Стивен. — Это все случилось много лет назад, когда мать твоя была немногим старше тебя нынешнего. Я не вправе был открывать тебе эту тайну, но и ты не вправе судить ее. Она сделала это, чтобы выжить.

Джейми, плотно сжав губы, смотрел в пол, но слушал.

— Когда тебе исполнилось три годика, Уильям стал тебе отцом. Ты всегда знал, что в твоих жилах течет не его кровь, но в его сердце ты — его сын.

Джейми кивнул и вытер нос рукавом.

— Он лучший отец на свете.

— А твоя мать?

— Мне жаль, что ее здесь нет, — прошептал Джейми. — Остальное уже не важно.