Позови меня, любовь - Юджиния Райли

Тоби молча насупился. Белла потрепала его по руке.

— Вот что, Тоби, если тебе захочется с кем-нибудь поговорить, в любой момент подходи ко мне.

— Ты хочешь сказать, что мы можем стать друзьями? — настороженно спросил мальчик.

— Разумеется. Отчего бы и нет!

— Спасибо, мисс. Но я хочу, чтоб вы знали, — мистер Равель не прав, я никому зла не причиню. Она кивнула.

— Конечно же, я верю тебе!

— Просто иногда становится скучно. Особенно летом, когда нет уроков и товарищи разъехались.

— Ну если затоскуешь, всегда можешь поболтать со мной.

— Договорились! — воскликнул он, и его личико просветлело.

В этот момент мимо проходил Жак. Заметив, что Тоби вовсю улыбается, сидя рядом с Беллой, Жак в шутку сделал сердитое лицо.

— О! Похоже, у меня еще один соперник.

— Мы с Беллой теперь друзья, — гордо заявил Тоби.

Очень рад, — сказал Жак, торжественно подмигнув Белле. — Только берегись: если Белла вздумает нарядиться хорошенькой школьницей, твое сердце будет навеки потеряно.

— Она и так кого хочешь покорит, — солидно возразил Тоби.

— Ну-с, а как идут дела на конфетном фронте, господин Дон-Жуан? — лукаво осведомилась Белла, обращаясь к Жаку.

Он засмеялся.

— Не самым лучшим образом. — И, наклонившись к девушке, добавил с дьявольской искоркой в глазах: — Мой запас сладостей закончился, а ведь я томлюсь по твоему поцелую.

Он был очень мил, однако Белла не спешила сменить гаев на милость. Она смерила его ледяным взглядом.

— Сочувствую вашему горю — это я насчет пустой жестянки. А что касается поцелуев, мистер Лефевр, то вы их насобирали за сегодняшний день более чем достаточно, и коль скоро конфеты у вас закончились… — Она взяла Тоби за руку и подмигнула ему. — Извините, у меня важный разговор с другом, Жак иронически покачал головой и покосился на мальчика.

— Женщины, Тоби, — пропел он драматическим речитативом, — сведут нас всех в могилу!

И, рассмеявшись, пошел дальше. Белла ощутила холодок в сердце. Жак не ведает, сколь верны его слова…

Направляясь в свою гримерную, Жак Лефевр задумчиво улыбался. Он случайно подслушал часть разговора Беллы с мальчиком и был заинтригован пуще прежнего. Он понял, что ее чувствительная и робкая душа тянется к одинокому Тоби. Это трогало Жака.

Он ощутил даже что-то вроде укола совести. Зачем играть в эти глупые игры, дабы добиться взаимности? Все эти поцелуйчики в ее присутствии… Он вдруг понял, что такие пошлые, дешевые затеи не помогут ему заполучить сердце одухотворенной и нежной девушки. Ему надо решительно менять тактику и убеждать Беллу в том, что ее и только ее он страстно желает, что она — единственная, кто ему нужен…

Погруженный в свои мысли, Жак едва не сбил с ног Кристал. Она взяла его за руку и, заглянув в глаза, игриво спросила:

— Пойдешь сегодня с нами, Жак? Мы с Козеттой решили гулять до самого утра. Танцы, вино, карты — все что захочешь.

Обычно Жака не нужно было приглашать дважды, однако сейчас это предложение вызвало в нем лишь раздражение.

— Извини, у меня другие планы, — пробормотал он.

Не глядя нa нее, Жак двинулся дальше, но Кристал поймала его за рукав и кокетливо-сердито спросила:

— Что это с тобой? Отчего ты вдруг стал таким букой? Раньше ты не экономил поцелуи.

— Да и ты раздавала их направо и налево, — процедил он.

О-о! — так и вскипела женщина. — Поглядите на него! Первый раз слышу, чтобы ты кому-нибудь отказал!

* * *

Чувствуя, что его терпение быстро истощается, Жак смерил ее нарочито презрительным взглядом.

— Что ж, тебе повезло.

И зашагал прочь. Кристал прожгла ему спину яростным взглядом и топнула от злости ногой. Но он так и не обернулся.

Вскоре после того как Белла и Элен вернулись домой, у их двери появился нежданный гость — на пороге, широко улыбаясь, стоял Жак Лефевр с большой жестяной коробкой конфет.

Элен возилась с ужином на кухне, и на стук в дверь отозвалась Белла. Ошарашенная, девушка уставилась на Жака. Тот был в безупречном вечернем наряде: элегантная фрачная пара, белая сорочка с жабо, черная бабочка и шелковый цилиндр. Как обычно, его темные глаза смотрели на нее чуть насмешливо и одновременно с восхищением, и она ощутила приятное волнение… предательское волнение.

Усилием воли Белла придала своему взгляду строгое выражение и спросила:

— Жак, зачем вы сюда пришли?

Он был сама любезность и очарование.

— Я пришел, — начал Жак медоточивым голосом, — дабы на коленях просить твоего прощения, та cherie, a также умолять тебя покататься со мной нынче вечером на пароходе «Красавица байю» и отужинать в моем обществе.

Белла смерила его возмущенным взглядом.

— Ваша наглость не имеет пределов, сэр!

Жак фыркнул. Больше минуты на официальном тоне он удержаться не мог и поэтому заговорил своей привычной скороговоркой:

— Виноват, каюсь. Поэтому приволок эту вот коробку конфет — большущую! Ведь надо замаливать мои многочисленные грехи. Понимаю, прощения мне нет. Однако ты же простишь, да?

Он сунул коробку ей в руки.

Белла уставилась на нее — красивая викторианская штучка, вся в херувимах и цветочках. Но только тут смысл этой большущей коробки дошел до девушки, и она покраснела. Негодяй намекал на то, сколько поцелуев он от нее желает! Одна конфетка — поцелуй. А тут их вон сколько!..

Словно почувствовав слабину в сопротивлении Беллы, Жак шагнул к ней поближе, так что она ощутила его приятный мужской аромат.

С привычной милой усмешкой в глазах он сказал:

— Неужели ты прогнала меня только за то, что у меня кончились конфеты? Как видишь, у меня неистощимые запасы — свежих и вкусных!

Хотя щеки у нее горели от смешанных чувств, Белла твердо помнила, что сердита на Жака и необходимо смотреть на него с холодным презрением. Самодовольный тип — явиться сюда, перецеловав за день кучу женщин!.. А с другой стороны, ее сердце радостно забилось при одной мысли о недозволенных поцелуях. Однако снова поддаться его чарам означает унизиться в собственных глазах.

— Вынуждена извиниться, мистер Лефевр, — с подчеркнутым достоинством произнесла Белла, вручая ему обратно коробку с конфетами, — но ваш дерзкий приход напрасен. У меня иные планы на сегодняшний вечер.

Жак был явно удручен решительным отказом. — Да брось ломаться, — брякнул он. — Полно тебе кукситься!

Его слова задели Беллу за живое. Теперь ей не надо было принуждать себя к сердитому выражению лица,

— Какая наглость! — воскликнула девушка. — Да с чего вы решили, что у меня нет планов на вечер? Или полагаете, что никому не нужная бедняжка Белла сидит себе дома, рыдает в три ручья и ждет, когда же придет ослепительный Жак Лефевр и пригласит на ужин?