Скажи мне люблю - Юджиния Райли

Брент Макги покачал головой:

— Глупышка, между мусором и болезнями нет никакой связи.

Мисси просто потеряла дар речи.

— Кроме того, эпидемии — это воля Господня, — добавил Джереми.

— Ну ладно, ты не даешь нам заняться серьезными делами, — упрекнул девушку Фабиан.

— Какими это важными делами? — набросилась на него Мисси.

Фабиан достал колоду карт и усмехнулся.

Девушка понимающе хмыкнула:

— Так это собрание — всего лишь маскарад? Да вы просто лицемеры, заботящиеся только о своем удовольствии! Ну что ж, дождемся лета — вы все свалитесь от лихорадки, словно тростник от ветра! — Она без сил упала на стул и закрыла глаза, но потом вновь открыла их и обвела мужчин нерешительным взглядом. — Можно раздать и на меня?

Этот вопрос вызвал настоящую бурю.

Но когда волнение улеглось, Мисси все же убедила мужчин принять ее в игру. «Подумать только, столько ухищрений, и все это ради того, чтобы тайно поиграть в покер!» — подумала девушка. Эти джентльмены походили на стайку шаловливых школьников, которые собираются вместе, чтобы напроказить.

Особенно Мисси рассмешило то, что они играют на спички.

— Только не надо говорить мне, что такие крутые мужики боятся потерять несколько долларов! — заявила она.

Услышав это, кое-кто из присутствующих покраснел от гнева. Чарльз надменно пояснил:

— Джереми не позволяют играть на деньги его религиозные убеждения.

Мисси в изумлении повернулась к Сарженту:

— Твои моральные воззрения запрещают тебе играть на деньги, но ничего не говорят про покер как таковой?

Джереми принял высокомерный вид:

— Сама по себе игра в карты является безобидным занятием.

Мисси устало махнула рукой:

— Какие же вы зануды!

— Что такое «зануды»? — спросил Чарльз у Фабиана.

— Думаю, нам лучше этого не знать, — уныло ответил тот.

— Джентльмены, — провозгласила Мисси, — если ставки низки, то игра не стоит потраченного на нее времени!

Фабиан внимательно посмотрел на нее:

— Моя дорогая, кажется, ты сегодня вечером играешь по уж очень высоким ставкам!

Не обращая внимания на скрытую угрозу в его словах, Мисси продолжала:

— Думаю, нам стоит играть на деньги.

Председатель собрания Мемфисского общества здоровья Хендерсон покашлял:

— Что скажешь, Джереми?

— Да будет так, как того желает эта… леди, — мрачно провозгласил Джереми Саржент.

Хендерсон повернулся к Мисси:

— Не хотели бы вы первой сделать ставку?

— Разумеется.

Помолчав, девушка обратилась к своему кавалеру:

— Фабиан, дорогой, будь паинькой, одолжи мне немного денег.

Комнату потряс дружный хохот.

После того как Фабиана убедили спонсировать Мисси, она продолжала удивлять всех присутствующих мужчин, выиграв пять раздач подряд и вытащив из каждого игрока по меньшей мере по пять долларов. Когда официантка принесла пиво, Мисси, недолго думая, налила себе кружку, чем окончательно повергла джентльменов в шок. Не обращая внимания на устремленные на нее изумленные взгляды, она быстро расправилась с пивом и удовлетворенно выдохнула.

Но когда она повернулась к Марку Дэвису и попросила сигару, Фабиан, очевидно, решил, что с него на сегодня достаточно — он резко вскочил и потянул за собой Мисси.

— Джентльмены, прошу прощения, но моя невеста отправляется присматривать за своей занедужившей матерью.

— Моя мать совершенно…

— Всего хорошего, джентльмены, — добавил Фабиан и потащил Мисси из комнаты.

Они прошли через зал таверны, вышли на улицу и, захлопнув за собой дверь, направились к карете.

— И что все это значит? — спросила Мисси, пытаясь освободить руку из железной хватки своего кавалера. — Именно тогда, когда мне начало здесь нравиться, ты решил все испортить!

— Ей начало нравиться, видите ли! — воскликнул Фабиан, таща ее к экипажу. — С меня достаточно этого позорища!

— И ты еще говоришь про позорище! — взвизгнула Мисси. — Вы с друзьями тайком собираетесь в каком-то закоулке, чтобы поиграть в покер, и при этом прикрываетесь высокопарными словами о политическом собрании!

— Мы с джентльменами не желаем проводить вечера, держа в руках мотки с пряжей! — парировал Фабиан.

— А ты считаешь, что я этого хочу?

Они приблизились к карете, и Фабиан почти втолкнул Мисси внутрь. Затем он что-то отрывисто крикнул кучеру и сел на сиденье напротив нее.

Когда экипаж затрясся, Мисси продолжила препирательство:

— Ты вышел из себя, потому что я выиграла, а также потому, что я в два раза умнее, чем весь ваш комитет.

— Ха-ха! Маленькие девочки, которые слишком много на себя берут, отправляются домой в постельку.

И хотя слово «постель» отозвалось в теле Мисси какой-то дрожью, ее ярость все возрастала.

— Да как ты смеешь намекать, что я ребенок! — крикнула она.

Обменявшись всевозможными оскорблениями и исчерпав их запас, они устало замолчали. Когда они остановились у дома семьи Монтгомери, Фабиан довольно грубо вытолкнул Мисси из кареты, но, когда они пошли к дому, он неожиданно для девушки потянул ее под деревья.

— Куда ты меня волочишь? — спросила она.

— Туда, где нас никто не увидит, — отрывисто бросил Фабиан. — Нам надо кое-что обсудить.

— Чушь собачья! — фыркнула Мисси.

— Чего-чего?

— Я сказала, ты несешь чушь. Ты все еще вне себя, потому что я взяла верх над тобой и твоими невыносимыми друзьями!

Мужчина ничего не ответил, лишь еще крепче сжал ее запястье. Несколько секунд спустя он распахнул дверь небольшого восьмиугольного строения и втолкнул девушку внутрь.

— Где мы? — спросила Мисси, сморщив нос от запаха плесени и щуря глаза, чтобы хоть что-то разглядеть в темноте.

Фабиан захлопнул дверь, и Мисси увидела, как к ней приближается его темный силуэт.

— Мы во флигеле, здесь обычно останавливаются гости твоих родителей.

— Вот оно что!

Комната, в которой они очутились, была совсем небольшой. Когда глаза Мисси привыкли к темноте, она рассмотрела кушетку, стол и стулья, а также крутую винтовую лестницу, исчезающую вверху, — судя по всему, там находилась спальня.

— Итак, — поддразнила она Фабиана, — после того как ты меня похитил, ты, наверное, собираешься затащить меня на эту лестницу и взять силой?