Скажи мне люблю - Юджиния Райли

— Я чувствую, дело не только в этом. Мелисса, если бы ты не была так похожа на саму себя, я готов был бы поклясться, что после того падения ты стала другим человеком!

Девушка молчала.

— Извини, — тут же произнес ее жених. — Я знаю, что ты все еще не пришла в себя, и мне не хотелось бы усугублять ситуацию.

Мелисса собиралась было запротестовать, но Джефф прижал к ее губам указательный палец:

— Дорогая, завтра я хотел бы отвезти тебя в одно место. Ты согласна?

— Мы поедем в карете? — с надеждой спросила она.

— В моей машине, — твердо ответил Джефф.

Мелисса закусила губу:

— О Джефф, даже не знаю…

— Дорогая, ты так быстро прогрессируешь! Я уверен, что ты уже готова к поездке на машине. Кроме того, то место, куда я собираюсь тебя отвезти, расположено довольно далеко, добираться мы будем по оживленному шоссе, так что ехать туда на карете просто опасно.

— Ну…

Джефф пылко прошептал:

— Я хочу рассказать тебе свою историю.

Глаза девушки вспыхнули радостью. Заметив, что в Джеффе надежда борется с неуверенностью, она почувствовала, что ее страх растворяется, уступая место бурному восторгу.

— О, ну тогда конечно, дорогой!

— Ты просто ангел! — воскликнул Джефф.

Но когда он вновь начал целовать Мелиссу, ее охватила грусть. Джефф хочет поделиться с ней историей своей жизни, а она… Девушка понимала, что должна выбрать подходящий момент для того, чтобы сообщить ему тайну, тревожащую ее сердце.

Когда образы Джеффа и Мелиссы исчезли, Мисси ощутила такое раздражение, что сердито топнула ногой:

— Дьявольщина, но почему ты не слушаешь меня?

— Дочь, ты опять разговариваешь с лестничной стойкой? Мисси подняла глаза и увидела, что по лестнице спускается Лавиния в кружевном пеньюаре. На лице матроны застыло изумленное выражение.

— Привет, ма, — угрюмо пробормотала девушка. — Я по-прежнему стараюсь понять, как я утратила память.

Лавиния сочувственно улыбнулась:

— Именно поэтому ты кричала, что хочешь вернуть свою жизнь?

— Да, наверное, — смущенно проговорила Мисси.

— Тебе не стоит сильно меняться, дорогая, — сказала Лавиния. — Такой, какая ты есть сейчас, ты нравишься всем нам намного больше.

— Понятно, мама.

— Как прошел вечер с Фабианом?

Мисси раздраженно махнула рукой:

— Не напоминай мне об этом ублюдке!

Лавиния была поражена:

— Ублюдке? Мисси Монтгомери, меня шокирует твое поведение! Ты прекрасно знаешь, что родители Фабиана состояли в законном браке. Как ты смеешь бросать тень на их память? Ты сама присутствовала на их похоронах…

— Я знаю, мама, и мне очень жаль, что я это сказала…

К изумлению девушки, она действительно почувствовала себя виноватой — особенно когда вспомнила, какую боль доставило Фабиану напоминание о смерти его родителей.

Казалось, Лавинию успокоили эти слова.

— Ну ладно, пойдем спать, — сказала она.

— Да, конечно, ма, — Мисси порывисто обняла женщину. — Знаешь, ты и вправду хорошая мать.

Лавиния засияла:

— Как приятно это слышать!

— Это правда. Ты не даешь мне спуску за ту чушь, которую я несу.

— Спасибо, дорогая.

Они вместе поднялись на второй этаж.

Войдя в свою комнату, Мисси увидела Дульси, сидящую на стуле и зашивающую одну из ее сорочек. Девушка вздохнула:

— Дульси, Бога ради, уже так поздно! Зачем ты ждешь меня, ведь ты могла уже давно спать!

Негритянка с обиженным видом отложила шитье:

— Мисс Монтгомери, вы что, не хотите, чтобы я вас дожидалась?

— Конечно, это очень мило с твоей стороны, но я хочу сказать, что у тебя наверняка есть собственные дела…

Дульси озадаченно посмотрела на свою хозяйку.

Мисси махнула рукой:

— Ладно, это не важно… Я не пытаюсь обидеть тебя.

Негритянка поднялась:

— Помочь вам раздеться?

— Да, конечно, — с улыбкой ответила Мисси.

Служанка подошла к ней поближе и спросила:

— Вы хорошо провели время с мистером Фабианом?

— Даже не спрашивай! — воскликнула Мисси.

Пока Дульси раздевала ее, Мисси думала о том, как сильно притесняют здесь женщин — и речь не только о Дульси, но и о трех ее «подругах», с которыми она сегодня познакомилась. Но почему никто из них даже не задумывается о своем положении? Она обязательно попробует все изменить…

Но еще больше ей хотелось своими руками задушить Фабиана Фонтено. После ухода Дульси она долго думала о нем, лежа в темноте. О, какие переживания он подарил ей сегодня — невероятную ярорть, несказанную страсть, безумный экстаз…

Отбросив эти опасные мысли, девушка задумалась о Мелиссе. Несомненно, ее тезка чудесно проводит время в XX веке, наслаждаясь обществом Джеффа, и понятия не имеет о том, как плохо ей здесь, рядом с этим придурком, которого сама Мелисса оставила в прошлом…

Похоже, Фабиан запросто мог свести бедную девушку в могилу, так что неудивительно, что она так хотела сбежать от него.

Мисси подумала, что, судя по всему, ей не удастся вырваться отсюда, не удастся вернуть свою жизнь — разве что она опять упадет с лестницы, рискуя сломать себе шею.

От этой мысли по ее спине пробежал холодок. Быть может, дело именно в этом? Быть может, они с Мелиссой действительно сломали себе шеи и заняли место друг друга вследствие какой-то вычурной реинкарнации?

О, как все это непонятно! Но факт оставался фактом: похоже, она застряла здесь навсегда. Да, Мисси нравились ее новые родители, однако некоторые чувства, которые она испытывала, смущали ее — например безрассудная страсть к Фабиану, чувство вины, вызванное некоторыми ее поступками, посетившее ее чуть ли не впервые в жизни желание обращать внимание на чувства других людей, сожаление о том, как отвратительно она вела себя сегодня…

Да что это на нее нашло? Она становится мягче! Она заняла место Мелиссы и теперь приобретает черты ее характера! Обычно Мисси гордилась своим эгоцентризмом — так почему же сегодня ее охватывает стыд за некоторые из тех слов, которые она сказала Фабиану, его друзьям и матери?

Ей следует поскорее прийти в себя! И главное, взять под контроль свое бурное половое влечение, иначе следующий раз, когда Фабиан коснется ее, она просто превратится в податливый студень.

Ну а раз уж она застряла в этом провинциальном уголке давно минувшего века, нужно не терять время даром и просветить этих людей. Скажем, следует прочитать окружающим ее существам женского пола несколько лекций по поводу того, как следует себя держать.