Поцелуй в ночи - Линси Сэндс

С криком он пролился к ней в рот, и в следующую же секунду ее тело сотрясла мощная разрядка. Их блаженство, слившись в общий поток, переполнило ее до краев, отключив сознание, и тут инстинкт взял свое: Рейчел вонзила клыки в набухшую вену, которую недавно ласкала языком. Этьен вздрогнул от боли и неожиданности, но в следующий миг, когда кровь заструилась по ее зубам, она почувствовала, как ему передалось ее наслаждение. Чувственное удовлетворение и удовлетворение от утоленного голода смешались, перетекая от нее к Этьену, а потом обратно, и усиливаясь с каждым таким витком, пока не снесли все преграды.

Только когда Этьен закачался из стороны в сторону, Рейчел отпустила его плоть, выдернув клыки, и обессилено осела на землю. В ту же секунду он повалился перед ней на колени. Пока ее существо силилось вместить в себя хлещущее через край блаженство, на нее неизвестно откуда накатила страшная слабость.

Этьен заключил Рейчел в объятия, однако кольцо его рук было совсем неощутимым, словно невесомым. Он заговорил, но его язык заплетался, а голос был настолько слаб, что она не могла разобрать слова. И вдруг он начал заваливаться назад. Гаррет ухватилась за него, чтобы не дать упасть, но силы ее подвели. Она снова начала проваливаться в вязкую, черную пучину, которая поглощала ее после каждого занятия любовью.

Однако на этот раз все было по-другому. Если раньше силы оставляли только ее, а Этьен, как более выносливый и за триста лет привыкший к подобным ощущениям, был для нее спасительным якорем, то теперь его засасывало в темноту вместе с ней. Внезапно Рейчел пронзил страх. Чей это страх — ее или Этьена, — она не знала, но ее меркнущее сознание подсказало, что это не к добру.

Сознание по крупицам возвращалось. Рейчел немного полежала с закрытыми глазами. Щеку холодило что-то твердое. В теле ощущалась дикая слабость, словно высосали все силы, и Рейчел не могла взять в толк почему. В мозгу пронеслись воспоминания о недавней сцене в саду, и лицо расплылось в улыбке, на смену которой тут же пришла озадаченная гримаса. Откуда такая слабость? Она же отпила крови у Этьена и в результате, должна была бы взбодриться, разве не так?

— Этьен!

Далекий оклик вырвал ее из вялой неподвижности. Рейчел открыла глаза: перед ней вырисовывались темные очертания сада. Она лежала щекой на груди Этьена посреди распустившихся ночных цветов. Еле-еле приподнявшись на локте, Рейчел выглянула из-за кустов, обрамлявших дорожку, и посмотрела на дом. Ничего нового она не увидела: в доме все так же царило безмолвие, а вокруг не было ни души.

Вздохнув, Рейчел упала навзничь на холодную землю. Ее пугала эта непонятная слабость, охватившая тело. Повернув голову, Рейчел с трудом разглядела в темноте бледную фигуру Этьена. Он лежал в росистой траве позади нее, и его тело отсвечивало в лунном свете серебром. Рейчел вяло похлопала его по груди — ноль реакции.

В душе зашевелилось беспокойство.

— Этьен! — Рейчел толкнула его посильнее. — Этьен!

— Этьен! — эхом прозвучал мужской голос — на этот раз уже ближе, но все так же приглушенно, словно ее уши были забиты ватой или человек находился далеко-далеко. — Рейчел! Да ответьте же! Я чувствую, вы здесь, но сигнал слишком слабый. Никак не пойму, где вы!

Несмотря на это утверждение, голос приближался. Рейчел едва успела оглядеть себя и убедиться, что с одеждой все более-менее в порядке, когда хлопнула задняя дверь. Рейчел с трудом приняла сидячее положение, и в ту же секунду перед ней возник Бастьен.

— Вот вы где! — Он бросился к ним. — У меня чуть сердце не разорвалось, когда Том сказал, что дом заперт и на звонки никто не отвечает. Я сразу помчался за запасными ключами Этьена и… Что, черт возьми, с вами произошло? — с тревогой спросил он, подойдя поближе и увидев распростертого на земле Этьена. Взгляд Бастьена упал на тело брата, и его брови моментально взметнулись вверх. — Ого!

Рейчел перевела взгляд на Этьена и покраснела до корней волос: его штаны были спущены, и на обмякшем пенисе, свисавшем в сторону, недвусмысленно красовались две отметины от зубов.

— Бог ты мой! Ты его укусила?

Унижение отняло у Рейчел последние силы, и она шлепнулась на спину, стыдливо закрыв лицо рукой.

— Томас, неси кровь!

Мало того что Бастьен стал свидетелем ее позора, так еще и Томас сейчас увидит… Но Рейчел немного полегчало, когда Бастьен опустился на колени и привел одежду брата в относительный порядок.

— Как самочувствие? Отвратительное, да?

Рейчел взглянула на Бастьена, удивленная его заботливым тоном.

— Да. Только не понимаю почему.

— Ты перепила крови, — объяснил Бастьен, недовольно покосившись на брата. — Этьен не должен был тебе потакать. Он же прекрасно знает, чем это грозит.

— Э-э… он был немного занят. Не успел меня предупредить, — зардевшись, созналась Гаррет. Она откашлялась. — А почему мне нельзя…

— У тебя в крови содержится строго определенное количество микромолекул — оптимальное для твоего организма. На смену отмирающим молекулам рождаются новые, а лишние, если такие появляются, уничтожаются. Но когда в кровь вдруг попадают микромолекулы другого вампира, организм не в состоянии сразу с ними справиться. Тем временем эти чужеродные молекулы усиленно потребляют твою кровь. Хорошего в этом мало, даже если ты перед этим отлично подзаправился. Но Этьен рассказывал, что ты недоедаешь, потому что не выносишь вкуса крови. А сегодня утром у вас под рукой вообще ее не оказалось — собственно, из-за этого и приехал Томас.

Словно по команде из темноты выплыл кузен Этьена с медицинской сумкой-холодильником. Его взгляд сначала задержался на бесчувственном теле Этьена, а потом переметнулся на обессиленную и встрепанную Рейчел. Воздержавшись от комментариев, он только улыбнулся и сказал:

— Приветик, цветочек! Похоже, я как раз вовремя.

Открыв сумку, он вытащил два пакета и протянул один Этьену, а потом выудил из кармана две соломинки и воткнул их во второй пакет.

— Я подумал, Этьен соломинок у себя наверняка не держит, а тебе они понадобятся. Вот я и прихватил парочку из круглосуточного магазина, — пояснил Томас, протягивая ей усовершенствованный пакет.

Рейчел с благодарной улыбкой проворно приладила соломинки к зубам. Содержимое пакета начало таять на глазах, и она облегченно вздохнула, чувствуя, как боль и слабость помаленьку отступают.

— Томас, давай еще! — Бастьен снял с клыков брата опустевший пакет и поменял на новый. Снова открыв Этьену рот, он воткнул пакет ему в зубы и перевел встревоженный взгляд на Рейчел: — Сколько ты выпила?

Рейчел смущенно пожала плечами. Она понятия не имела.

— Так ты его укусила? — сочувственно спросил Томас. — Ничего. С новичками такое часто случается.

Бастьен издал в знак согласия нечленораздельный звук, но Рейчел даже не повернула головы в его сторону: у нее сердце ушло в пятки, когда Томас пристально посмотрел на своего кузена. Нахмурившись, он спросил: