Подари мне радугу - Черил Ривз

Дожидаясь, пока закончится очередная схватка, Кэтрин переглянулась с медсестрой, державшей наготове аппарат.

– Послушай, Саша, помнишь, как я говорила, что ты должна быть хорошей мамой еще до того, как ребенок появится на свет?

Она буркнула что-то неразборчивое.

– И еще я говорила, что в больнице следует слушаться и помогать врачам и медсестрам?

На этот раз Саша просто кивнула.

– Я знаю, что тебе сейчас очень плохо, но настало время быть хорошей мамой для твоей Треже. И первым делом помочь вот этой медсестре. Она должна поместить тебя под аппарат, чтобы послушать, как бьется сердце у Треже. Тогда мы будем знать, как лучше всего помочь и ей, и тебе. Ты сможешь это сделать?

– Только не уходите, мисс Холбен…

– Я никуда не уйду, Саша!

– А это не будет… больно?

– Нет. Помнишь, Беатрис ничего не почувствовала? На тебя просто накинут два ремня. Один выше, а другой ниже сердца Треже.

– Вы точно знаете?

– Совершенно точно, Саша. Я бы честно сказала тебе, если бы это было больно.

Кэтрин пришлось тут же пожалеть о своих словах. Потому что явилась сестра из лаборатории, чтобы взять анализ крови.

– А это больно? – тут же спросила Саша.

– Да, – с тяжелым вздохом отвечала Кэтрин, потому что сама пообещала говорить правду.

– Очень? – Сашины губы уже предательски задрожали.

– Вот настолько, – показала Кэтрин, чуть-чуть разведя большой и указательный пальцы. – И совсем не так больно, как у тебя в животе.

Как ни странно, Саша успокоилась и покорно протянула одну руку, покрепче ухватившись другой рукой за Кэтрин.

Мало-помалу Кэтрин потеряла счет времени. Она успокаивала, утешала, помогала медсестрам – словом, наравне с Сашей трудилась для ее нерожденного ребенка. Тем не менее схватки усилились, и все та же медсестра пришла, чтобы поставить капельницу.

– Саша, – осторожно сказала Кэтрин, – это будет как один большой укол. Тебе ведь уже сделали сегодня много уколов, правда? А этот будет вместо всех остальных. Ты не возражаешь?

Саша уже успела прийти в себя настолько, что согласилась почти без разговоров, и в палату впустили бабушку Хиггинз.

– Мне не разрешают принести Саше какой-нибудь еды, – напустилась старуха на Кэтрин. – Бедный ребенок не кормлен со вчерашнего дня! Откуда же ей взять силы?

– Сейчас ей лучше не есть, – отвечала Кэтрин, взглядом стараясь высказать то, что не желала произносить вслух при Саше. – Видите, из капельницы жидкость поступает прямо в вену. Там есть глюкоза и витамины, они помогут ей не хуже настоящей еды. Кроме того, там есть лекарства, способные обезболить схватки. Никто не собирается морить Сашу голодом, миссис Хиггинз. В палату вошел доктор Кларксон.

– Я приступаю к своим обязанностям, – провозгласил он, демонстративно натягивая смотровые перчатки.

– Мне это не нравится! – заныла Саша. Однако на сей раз ее удалось уломать довольно быстро.

– А ну выше нос, малявка! – обратился к ней Кларксон. – Теперь раздвинь ноги… отлично, Саша, молодец! Просто умница! Так, посмотрим, что тут творится…

Он осторожно прощупал влагалище и вынул пальцы, покрытые кровью. Торопливо, чтобы Саша не успела заметить кровь, Кларксон сдернул перчатку и вывернул ее наизнанку.

– Родовые пути открыты, – тихонько сообщил он Кэтрин.

– Я же говорила, что Треже ничто не удержит, – громогласно заявила бабушка. – Вы напрасно суетились.

– Вы правы, миссис Хиггинз, – отвечал врач, устало потирая лоб. – Пора перевести Сашу в родильное отделение.

Саша ответила на это отчаянным воплем.

– Кэтрин, я бы хотел, чтобы ты присутствовала при родах.

– Кларксон, я уже не помню, когда в последний раз принимала роды…

– Ну пожалуйста, Кэтрин! Я же не прошу тебя принять ребенка! Просто побудь там с нами, переодевшись как положено в стерильную форму, хорошо?

И Кларксон дико скосил глаза в сторону бабули Хиггинз, постаравшись встать так, чтобы она не видела его лица.

– Договорились? – спросил он.

– Договорились, но не вздумай требовать большего!

– Заметано! – Он с облегчением потряс ее руку. – Ну, пошли!

– Один момент.

– Что такое?

– По-моему, – тихо сказала Кэтрин, – бабушке следует пойти с нами.

– Кэтрин.

– Она же ничего не понимает в тонкостях медицины, Кларксон. И будет намного лучше, если она своими глазами увидит все с начала и до конца. Поверь мне на слово!

– Нет уж!

– Я не шучу.

– Ну ладно, – обреченно вздохнул врач, – но тогда ты сама будешь держать эту старуху за хвост. Хочешь, чтобы я сказал малышке, или обрадуешь ее сама?

– Сама.

– Эй, сынок, ты ведь не собираешься выставить меня вон, правда? – насторожилась бабушка.

– Кто, я? Разве я похож на сумасшедшего? Кэтрин, я оставляю бабушку на твое попечение, и избавься наконец от этого вороньего гнезда, – прошипел он, имея в виду злополучную шляпу.

Кларксон побежал мыться и переодеваться, а Кэтрин подошла к кровати. Она ласково погладила Сашу по щеке.

– Саша, для Треже настала пора появиться на свет. Мы вместе с бабушкой пойдем с тобой в родильное отделение, но сначала нам нужно переодеться.

– Мисс Холбен, не уходите!

– Саша, я вернусь через пять минут! Давай сделаем так. Пока я буду переодеваться, с тобой побудет бабушка, а когда я вернусь, то пойдет переодеваться она.

– Мисс Холбен, я боюсь!

– Знаю, но ведь ты не останешься одна. Вот, возьми бабушку за руку. Я мигом.

Кэтрин вышла в коридор. Там уже ждала медсестра, жестом пригласившая ее войти в одну из комнат.

– Вот, это для вас, – сказала она Кэтрин. – Этот халат должен подойти по размеру. А вот здесь я положу халат для бабушки. Возьмите стерильный чепчик. Ее чепчик будет лежать поверх халата. У вас совсем измученный вид, милочка. Наверное, не завтракали?

– Нет, – отвечала Кэтрин – и внезапно почувствовала жуткий голод. С той минуты, как она увидала Сашу, ей не удалось даже выйти из палаты передохнуть. И она не могла сказать хотя бы приблизительно, как долго проторчала в больнице.

– Вот, возьмите. – Сестра протянула ей яблоко из бумажного пакета.

– Но я не хочу отнимать у вас ленч…

– Слушайте, вы лучше позаботьтесь о том, чтобы бабуля не путалась у нас под ногами. За это я готова отдать вам еще и обед в придачу!

Кэтрин с улыбкой надкусила яблоко.