Большие девочки не плачут - Кэтти Линц

Расс Спирс считал себя истинным джентльменом и, очевидно, именно поэтому не спешил затащить ее в постель. Правда, существовал и другой вариант: он считал ее слишком толстой и не хотел видеть обнаженной.

Сью Эллен с тоской посмотрела на мороженое. Во рту пересохло. Сердце учащенно билось. И вовсе не из-за близости тренера, а из-за утраты милого сердцу ванильного шедевра. Да, пусть ее считают зависимой, наркоманкой, но она непременно должна доесть оставшиеся в вазочке шарики.

Рука сама собой потянулась к ложке. Но в этот момент Сью Эллен поймала разочарованный взгляд мужчины своей мечты и немедленно положила руки на колени, для надежности крепко сцепив пальцы.

— Что-то не так? — повторил свой вопрос Расс.

Сью Эллен молча покачала головой.

— Так что же ты думаешь о совместных пробежках?

— Хорошо. Я согласна.

Сью Эллен вела два диалога одновременно: один вслух, с тренером, а второй про себя, с собственным разумом. Второй казался гораздо интереснее первого.

«Почему не скажешь ему правду? Ответь честно, что глупая беготня по стадиону привлекает ничуть не больше, чем лечение пульпита. Неужели ты не в силах постоять за себя? Стелешься, будто коврик перед дверью. Смотри, он уже о тебя ноги вытирает!» — возмущался внутренний голос.

«Ничего подобного, — отвечала она внутреннему голосу. — Он заботится обо мне. Беспокоится о здоровье».

«Если он о тебе заботится, то почему ни разу не пригласил в приличный ресторан? Почему постоянно приходится довольствоваться „Дейри куин“, самым что ни на есть простецким кафе-мороженым?»

— Ну, готова? — Вопрос тренера донесся издалека, почти из другого мира.

— К чему?

— Отправиться на стадион прямо сейчас.

— Прямо сейчас?

— Конечно. Зачем откладывать?

Пришлось встать из-за стола и пойти вслед за ним к дверям. Выходя, Сью Эллен обернулась и бросила прощальный взгляд на недоеденное мороженое. Действительность казалась не слишком радужной, да и будущее начинало вселять серьезные опасения.

* * *

— Очень рада, что ты все-таки решила к нам присоединиться, — приветствовала Скай Лину. Лина пришла на занятия танца живота вместе с сестрой. Дело было вечером, после работы. Мрачные шлакобетонные стены городского общественного центра не внушали особого оптимизма — впрочем, как и сам Рок-Крик.

Лина поняла, что пора встретиться со Скай лицом к лицу, а не избегать свидетельницы, прозябая в вечном страхе осуждения и сплетен. Вчера, прервав любовную сцену на кухне Коула, Скай, конечно, не смогла определить, насколько далеко зашло дело. Они ведь не катались по поду, срывая друг с друга одежду — хотя не исключено, что через несколько минут произошло бы именно это.

Кроме того, Лине требовалось выпустить пар после напряженного существования в непосредственной близости к Мистеру Вожделение. Целый рабочий день, требующий сосредоточенности и ответственности, вовсе не допускал размышлений о неотразимой привлекательности Коула, о чувственном изгибе его губ и потемневших от желания синих глазах. Или, того хуже, о едва сдерживающей напряжение молнии на потертых джинсах.

Запретные темы!

Целый день Лина не могла совладать с собой, потому и пришла в общественный центр учиться танцу живота. Чтобы вновь обрести утраченный самоконтроль. В Чикаго она регулярно, не реже трех раз в неделю, посещала фешенебельный оздоровительный клуб, к которому принадлежала сама Опра Уинфри.

Так стоило ли удивляться, что за все десять лет так и не удалось снять просторную квартиру? На одежду, аксессуары и членство в спортивном клубе уходило столько денег, что оставались сущие пустяки.

Возвращение в Рок-Крик вызвало к жизни давно забытые дурные привычки: поглощение чипсов «Кул ранч доритос», неумеренное употребление пирожных «Хостесс», а также пристрастие к тем самым вишневым йогуртам «Черри гарсиа». Разумеется, не одновременно, а с некоторой неравномерной очередностью. Пытаться уничтожить все это изобилие в один присест привело бык обжорству и стало бы окончательным безумием.

«Таким же окончательным безумием, как вожделение к боссу?» — раздался в голове голос внутреннего критика, не менее ядовитый, чем голоса соперниц в модельном бизнесе.

Вожделение не противоречило закону. Да, ни в одном из штатов еще не придумали законопроекта, запрещающего физическое влечение. Равно как и вытекающие из физического влечения поступки.

Хорошо, пусть даже действительно никто не придумал закона, призывающего наступить на горло собственной песне и сказать обольстителю твердое «нет». Но ведь существовала еще и такая малость, как здравый смысл. А здравый смысл рекомендовал регулярно получать зарплату. Платежный чек воплощал мечту вернуться к настоящей жизни, к которой Лина Райли так стремилась.

Именно поэтому Лина не могла позволить себе поддаться дурным привычкам. Следовало немедленно вернуться к строгому режиму модели, который включал регулярные упражнения. Танец живота сжигал четыреста калорий — во всяком случае, если верить рекламным лозунгам Сью Эллен.

Существовала лишь одна проблема. Вернее, проблем, конечно, было много, но одна касалась непосредственно танцевального класса.

— У меня нет подходящей одежды. — Лина с сожалением взглянула на черные строгие брюки и простую белую футболку. В этом костюме она пришла с работы.

— Не волнуйся, я кое-что принесла. Футболка вполне подходящая. — Сью Эллен покопалась в огромной леопардовой сумке и вытащила розовые лосины в цветочек. — Приготовила специально на тот случай, если бы тебе внезапно захотелось к нам присоединиться.

Лина понимала, что в этом чудовищном наряде она будет выглядеть в стиле обоев Лоры Эшли. Ах, почему же она не догадалась прихватить восхитительный тренировочный костюмчик от Эйлин Фишер? Решила, что в Рок-Крик ему делать нечего, и оставила в Чикаго, в камере хранения.

Когда-то ее жизнь была яркой и красивой.

Мысль больно хлестнула.

Оставалось надеяться и делать вид, что яркая и красивая жизнь скоро вернется. «Притворяйся, пока не добьешься цели»: Этого правила она придерживалась в начале карьеры. Теперь пришла пора вспомнить оптимистичный девиз.

Лина быстро переоделась в туалете и вернулась в зал, где царствовала Скай — стройная, спортивная, в коротком топе, черных шароварах для занятий йогой и с ярким шарфом, повязанным на узких бедрах. Бедра вытворяли такие движения, о которых Лине не приходилось мечтать ни в этой жизни, ни в какой-нибудь из следующих.

— Кое с кем из присутствующих ты уже знакома, — подмигнула Скай и, не останавливая фантастического вращения, начала церемонию представления: — С Нэнси Крамплер, тетушкой Коула, ты встречалась. И с Лулу тоже. А это моя бабушка Вайолет.

Клон Бетти Уайт в спортивном костюме цвета морской волны приветливо протянул руку.