Женские причуды - Стефани Лессинг

— Вчера вечером пришел Роб и стал задавать Руфь вопросы.

— Интересно, — говорит Трай, давая понять, что вовсе не интересно.

— Действительно интересно, — произносит Ронда. — Сюда Роб никогда не заглядывает. Интересно, решил ее проведать? В последнее время она стала чудить.

— Например? А почему я не замечаю за ней странностей? Ну, если не считать одежды.

— Потому что тебя никогда нет.

— Я всегда поблизости.

— А вот и нет. Тебя никогда нет.

О чем он?

— Трудно поверить, — продолжает Ронда, — в последние несколько дней Руфь повадилась звонить Робу и менять голос. Задает вопросы, которые я предпочту не повторять в такой компании. Как только он вешает трубку, она перезванивает. Не представляешь, как жутко все это. Думаю, со временем она поймет, что сексуальные домогательства не проходят, и снова начнет грозить ему судом.

— Или будет вешаться на него, — вмешивается Трай.

— Заткнись, Трай. Роб ненавидел ее с первого дня. Но от нее так просто не избавишься. Вот и застряла здесь.

Ронда и верно знает все.

— Лучше бы он ее убил, — говорит Трай.

Уже во второй раз этот человек упоминает вместе смерть и Руфь. Вот бы сюда пришел какой-нибудь начальник и увидел, какому психу они платят деньги.

— Хлоя, зайди ко мне.

Это Руфь! Жива!

— Доброе утро, Руфь. Прошу прощения за вчерашнее. Понимаю, я ненормально себя повела. Мне не хотелось убегать, но я не представляла, что ему ответить, — немедленно выпаливаю я.

— Не надо извинений, Хлоя. Я тебя раскусила. Больше меня не обманешь. Однако работа есть работа, и сегодня мне надо представить директору по рекламе наши предложения для номера про обувь. Поэтому вместо того, чтобы проводить часы в кафетерии, поработай-ка для разнообразия. Подготовь мне к обеду несколько идей. Думай про обувь и не вставай из-за стола, пока что-нибудь не родится. Ясно?

— Разумеется, немедленно приступаю.

Она плакала, сразу видно. Я тоже, того и гляди, заплачу. Ее жизнь куда труднее, чем многим кажется. Руфь нужна помощь. Придется мне быть сильной за двоих и вытащить ее из этой ситуации. Все зависит от меня. Так-то. Сегодня Хлоя Роуз научится ни на кого не опираться. Надо только позвонить.

— Привет.

— Что случилось?

— Ничего.

— Хлоя, я очень занята. Говори быстро, но не вешай трубку посреди фразы.

— Ладно. Руфь меня внезапно возненавидела.

— Ты права, она тебя на дух не переносит, но не внезапно.

— Нет, внезапно. До вчерашнего дня она меня любила.

— Нет.

— Зоя, ты не права. Я совершила ошибку.

— А вот и нет. Руфь еще на интервью была на тебя зла.

— Ты меня не слушаешь и ничего не понимаешь. Ее уличили в попытке украсть мои идеи и выдать их за свои. Когда издатель спросил меня, чьи эти идеи, я убежала.

— Убежала? Куда?

— В обувную кладовку, точнее, в одежную.

— У них есть и то, и другое?

— Угу.

— Здорово! Только я хотела предложить уволиться, как ты представила все в новом свете. Кстати, ты сейчас не заперта? После прошлого раза я держу наготове номер слесаря.

— Нет! Мне не нужен слесарь. Мне нужна твоя помощь, чтобы Руфь снова меня полюбила.

— Ладно, перечитай письмо, которое я написала тебе после интервью. Там тонны советов.

— Я оставила его дома.

— А виниловый пояс ты пробовала?

— Нет.

— Попробуй.

— Слишком поздно. Мне нужна идея, которая сработает прямо сейчас, причем без переодевания. Я уже на работе, и на мне замечательный комплект одежды, подобранный одним из редакторов. Я выгляжу прямо как мама, жаль, ты меня не видишь.

— А туфли?

— Джимми Чу.

— Хлоя!

— Ничего не могла с собой поделать. Они идеально подходят к юбке. Кроме того, вряд ли Руфь сердится на меня из-за одежды. Она решила, что я дурной человек.

— А поточнее?

— Постараюсь. Она думает, что я дурной человек и сучка.

— Попробуй план про болезнь. Притворись, что тебе позвонил врач с ужасными новостями, изобрази, будто плакала. Сделай так, чтобы нос и верхняя губа покраснели. Покусай, если понадобится.

— Покусать себя за нос?

— Покусай губу. И потри нос. Прямо сейчас. Все, мне пора. Целую.

Она так и не сказала, какая болезнь у меня должна быть. Минуточку. Припоминаю письмо… Вроде что-то сексуальное. Точно! Я должна сказать, что у меня жирные волосы и болезнь, передающаяся половым путем. Неужели я вспомнила? Обычно у меня ужасная память!

Было бы проще, дай я себе волю пару минут назад, когда мне в самом деле хотелось поплакать. Вытаскиваю зеркальце и осторожно кусаю губу. Ничего не происходит. Достаю красную помаду и осторожно мажу ей под носом и немного вокруг глаз. Большинство людей не догадываются, что при плаче кровь приливает не только к носу и губам, но и к области глаз. А теперь немножко втереть… Здорово получилось. Как будто я и вправду плакала. Я прекрасный гример. Еще немного помады, чтобы придать лицу пятнистости, и вуаля! Теперь будем ждать Руфь. Пусть застанет меня за разговором с доктором.

Подержу-ка я трубку возле уха… Тем временем можно заняться и другими вещами. Главное — обложиться бумажными салфетками и начать вытирать нос, как только Руфь меня заметит.

И пора начать думать о выпуске, посвященном обуви.

Обувь… для начала какой-нибудь слоган. Что-нибудь вроде: «Обувь бывает чудной и чудной, что модно в сезоне — читайте в «Причудах»». Или: «Не оставим без туфлей миллион читателей». Нет, не годится — читателей не миллион, а больше, и вообще я с числами не дружу… а дружу с туфлями, и некоторые из них просто чудо… про них-то и надо писать в «Причудах».

— Хлоя!

— Да! — от испуга кричу я и с грохотом бросаю трубку на рычаг. — Простите, Руфь, вы застали меня врасплох. Я только что говорила с врачом. Боюсь, у меня ужасная болезнь, передающаяся половым путем. И взгляните на мои волосы… правда, жирные?

Не поверила. Да и с чего бы? Я мыла голову утром, дважды.

— Хлоя, что ты делаешь?

— Ничего, только с гинекологом поговорила.

— А почему у тебя весь нос в помаде?

— Нос? В какой помаде? — Беру зеркальце и пытаюсь взглянуть на это с ее точки зрения. — Как она туда попала?

Действительно, помада.

— Ах да, вспомнила! Я хотела использовать помаду вместо румян. Вы никогда так не делали? Не пользовались помадой вместо румян? И не пробуйте. Видите, как плохо выглядит. Не повторяйте моей ошибки. Кстати, вы не представляете, какая ужасная у меня болезнь, передающаяся половым путем. Я даже говорить об этом не хочу. Слишком расстроена. А кто бы не расстроился на моем месте? Вы бы не расстроились, заполучив болезнь половым путем? Расстроились бы, уж поверьте. Боже, Руфь, это так ужасно!.. Хотите конфетку, освежающую дыхание?