Любовник королевы - Филиппа Грегори

Только он услышал тихий стон, полный желания, и почувствовал дрожь Эми, когда ее ждущие пальцы дотронулись до его руки.

– Сердце мое, – произнес Дадли.

Роберту и Эми не удавалось остаться наедине до самого отхода ко сну. Дом Скоттов затих. Супруги уселись в отведенной им комнате перед пылающим очагом. Роберт поставил на приступку две кружки с элем, чтобы согрелись.

– У меня есть новости, – заявил он жене. – Я должен тебе рассказать кое о чем. Лучше, если ты это услышишь от меня, а не из уличных сплетен.

– Какие же это новости? – спросила Эми, улыбаясь ему. – Хорошие?

Дадли была знакома эта улыбка маленькой девочки, надежды которой всегда готовы воспарить к небесам. Открытый взгляд ребенка, считавшего, что у мира для него припасены только приятные сюрпризы.

– Конечно хорошие, – поспешил ответить он.

Роберт пока не знал, какие иллюзии успели возникнуть за эти месяцы в мозгу его жены, по-крестьянски практичной и по-детски наивной. Скорее всего, он опять их разрушит. Дадли подумал о собственном жестокосердии, о том, сколько горя успел принести жене за их совместную жизнь. Но ведь и Эми пора перестать верить в собственные сказки.

– Ты купил Флитчем-холл! – Она захлопала в ладоши. – Я боялась на это надеяться, но знала, была в полной уверенности!

Ну вот, началось. Восторги жены всегда вышибали его из колеи.

– Флитчем? Нет. Я посылал Боуза осмотреть усадьбу и сказать владельцу, что мы не заинтересованы в покупке.

– Как же так? А я ведь просила леди Робсарт передать сквайру Саймсу, чтобы не продавал Флитчем-холл никому. Что мы – первые покупатели на усадьбу.

– Эми, это невозможно. По-моему, у нас уже был разговор перед моим отъездом из Чичестера. Ты тогда впервые упомянула о покупке. Разве я тебе ничего не говорил?

– Нет, ни слова. Я думала, тебе нравится Флитчем-холл. Ты всегда восхищался им и моему отцу говорил…

– Это было давно. Но я собираюсь рассказать тебе не про Флитчем. Дело в том…

– Погоди. Что Боуз сказал сквайру Саймсу? Я обещала ему, что мы почти наверняка купим Флитчем-холл.

Роберт понял, что нечего и пытаться говорить с ней о чем-то другом, пока он не ответит на все эти вопросы.

– Боуз объяснил сквайру Саймсу, что у меня изменились обстоятельства и теперь нам нет смысла покупать его усадьбу. Саймс даже не огорчился. Он все понял.

– Зато я ничего не понимаю! – горестно воскликнула Эми. – Я думала, ты полюбил те места не меньше, чем я, и хочешь, чтобы мы обосновались во Флитчеме. Оттуда совсем недалеко до Сайдерстоуна, до всей моей родни. Отцу Флитчем тоже всегда нравился…

Дадли взял ее маленькие руки в свои и увидел, как от его прикосновения гнев и обида жены начали рассеиваться. Он стал нежно проводить пальцами по ее ладоням.

– Эми, дорогая, послушай меня внимательно. Флитчем – прекрасное место для тех, кто собирается жить там безвылазно. А я позволить себе это не могу. Я состою в штате королевы и не распоряжаюсь своей судьбой. К тому же Флитчем-холл находится весьма далеко от Лондона. Если ты погребешь себя в глуши Норфолка, то мы не сможем видеться. В такие места и гости не очень-то поедут, да и размещать их было бы негде.

– Я не хочу жить вблизи Лондона, – с детским упрямством заявила Эми. – Отец всегда говорил, что оттуда приходят одни только беды.

– Твой отец любил Норфолк и был там на своем месте, – ответил ей Роберт, с трудом сдерживая нараставшее раздражение. – Но почему мы с тобой должны подражать ему? Эми, любовь моя, он был человеком другого времени и взглядов, занимал иное положение. При всем уважении к его памяти, я – птица высокого полета. Норфолк для меня слишком мал. Я не люблю те места так, как твой отец. Мне хочется, чтобы ты подыскала нам усадьбу попросторнее и поближе к Лондону. Скажем, где-нибудь под Оксфордом. Дорогая моя, ты же знаешь, что Англия состоит не только из Норфолка.

Его ласки успокоили Эми. Теперь можно было менять тему разговора.

– Дорогая, но я хотел рассказать тебе совсем о другом. Вскоре я буду отмечен королевой.

– Как именно? Она введет тебя в свой Тайный совет?

– Есть и другие способы отметить заслуги придворного, – сказал Роберт, получивший очередной удар по самолюбию, ибо он до сих пор не имел политической власти.

– Уж не хочешь ли ты сказать, что она собирается сделать тебя эрлом? – воскликнула Эми.

– Ты опять не о том, – поморщился он. – Это было бы смешно.

– Почему смешно? Чем титул эрла может быть смешон? Все называют тебя фаворитом королевы.

Дадли насторожился, пытаясь понять, какие слухи могли дойти до его жены и под каким соусом в них было преподнесено слово «фаворит».

– Тем-то и коварны слухи, – произнес он назидательным тоном, сопровождаемым улыбкой. – Нет, дорогая, я отнюдь не фаворит королевы. У нее таких двое. В государственных делах это сэр Уильям Сесил, а для приятного времяпрепровождения – Екатерина Ноллис. Уверяю тебя, мы с сестрой – всего лишь незначительная часть многочисленного штата придворных.

– Однако она назначила тебя своим шталмейстером, – резонно возразила Эми. – Не жди, что я поверю, будто она не выделяет тебя среди других. Ты мне рассказывал, что у Елизаветы еще в детстве были симпатии к тебе.

– Мало ли к кому у нас в детстве были симпатии! – отмахнулся Роберт. – Королева любит, чтобы ее лошади были хорошо ухожены. Я в меру своих сил стараюсь это делать. Естественно, меня она знает лучше, чем многих других придворных. Детская дружба. Но я имел в виду совсем не это. Я…

– Роберт, если бы у нее не было к тебе симпатий, она не ездила бы с тобой кататься верхом. – Эми гнула свое, но старалась, чтобы в ее голосе не было ни одной нотки ревности. – Говорят, вы развлекаетесь так каждый день. Кто-то мне рассказывал, что она может спокойно отложить в сторону государственные дела и отправиться на прогулку.

– Королева сама решает, когда и чем ей заниматься. Если она говорит, что желает прокатиться, мне остается лишь поклониться и идти готовить лошадей к выезду.

Пойми, это моя работа. Думаешь, мне всегда хочется садиться на коня? Но между мною и королевой нет никаких особых отношений, тем более близости.

– Очень хочется надеяться, – резко сказала Эми. – Ее величеству не следует забывать, что ты женатый человек. Правда, в прошлом ее это не останавливало. Говорят, что она…

– Ради бога, перестань повторять глупые сплетни! – почти крикнул Роберт.

– Пусть тебе это и не нравится, но дыма без огня не бывает. Про Марию-покойницу такого не говорили.

Он шумно выдохнул и сказал:

– Прости, ради бога. Я не хотел повышать на тебя голос.

– Мне нет никакой радости слышать, что ты у нее в фаворитах, поскольку ее величество целомудрием не отличается, – выпалила Эми, боясь, что муж ее оборвет. – А ваши имена часто произносят вместе.