Диагноз: Любовь - Мегги Леффлер

После того как я нашла компьютер в комнате отдыха для врачей, мы стали переписываться с ним по Интернету. Я рассказывала ему обо всех больничных кризисах, которые случались при мне: о мистере Тимонсе и синем коде, мистере Бодли и его психосоматической боли в груди. Мэттью обычно отвечал быстро, и благодаря его ответам во мне крепла уверенность, что я все делаю правильно. К тому же эта переписка поднимала мне настроение, заставляя смеяться. В последнем письме Мэттью написал: «Я скучаю по тебе, Холли. Без тебя тут все совсем по-другому». Вообще-то это не было похоже на ситуацию с Саймоном Бергом, где присутствовали страсть, любовь и утрата, но я чувствовала странное удовольствие, оттого что по мне скучает такой вежливый и ненавязчивый мужчина.

«Встречу ли я кого-нибудь, похожего на Мэттью Холемби? — подумала я. — Такого же хорошего, но немного более привлекательного?»

— Кстати, Эд на тебя запал, — ни с того ни с сего сказала Алисия, словно заранее знала, куда свернут мои мысли через секунду.

«Почему она вдруг подумала про Эда?» — удивилась я, заметив, что Алисия читает статью «Космополитена», где даны инструкции «Как заставить вашего мужчину изнемогать».

От одного упоминания его имени у меня появилось странное ощущение в животе.

— Что ты имеешь в виду?

— Когда ты вышла к телефону прошлым вечером, он сказал, что у тебя такая естественная привлекательность…

— Странный комплимент. — Я, признаться, была сбита с толку и ненадолго замолчала, размышляя, не врет ли Алисия и как вывести ее на чистую воду.

— Боже, да что это за «новинки в области аксессуаров»? — возмущенно воскликнула Алисия. — Выставили девочку в вульгарном бюстгальтере со стразами, сфотографировав ее в трех ракурсах, и посчитали, что вправе назвать это «новинкой»? Каждый месяц у них «новые» упражнения или «новые» аксессуары, которые всем известны еще с третьего класса. — Она захлопнула журнал и отбросила его в сторону вместе с другими.

— Ерунда, — отозвалась я. — И что тебя так раздражает?

Алисия выпрямилась, обхватив себя руками поверх темно-красной блузки из искусственного шелка, которая была на размер меньше, чем нужно. Впрочем, так одеваются все люди с телевидения. Она никогда не надевает футболок, как поняла я.

— Я боюсь, — сказала Алисия.

— Боишься? Встретиться с тетей и кузиной? Почему?

— Ну, во-первых, они не знают про дядю Гейба.

Мои глаза широко распахнулись.

— Им никто не сообщил?

— А кто им мог сообщить? Моя совершенно сумасшедшая мамочка? Или бабушка, которая давно умерла? Кроме меня, у них никого не осталось.

Внезапно я поняла, почему она решила приехать к своим родственникам. Алисия была вестником. Она всегда появлялась с новостями и не могла делиться ими по телефону. А еще я поняла, зачем ей понадобилось мое присутствие. Не так уж просто идти по коридору в одиночестве. Иногда на подходе к приемной ты чувствуешь, что тебе необходима поддержка.

— Кроме того, я боюсь узнать, что случилось с моей матерью.

— Правду о том, почему она… впала в депрессию? — дипломатично поинтересовалась я.

— У меня есть две версии, — выдохнула Алисия, сдувая белокурую челку с глаз. Я ждала. — Хорея[20]Хантингтона, — сказала она.

— Ты думаешь, что у твоей матери хорея Хантингтона?

— Я недавно прочитала «Фокус-покус» Курта Воннегута. — Алисия повернулась и посмотрела на меня. — Так вот, в книге жена одного парня свихнулась из-за депрессии. Моя мать, по всей видимости, была нормальной, когда они поженились… Но как только ей исполнилось сорок, она превратилась в жуткого монстра с грязными волосами, который прятался по кустам.

— У твоей матери были судороги, танцеобразные движения?

— Ну… — Алисия задумалась, кусая губы, которые внезапно опухли, словно половинки сливы. — Она была отвратительной танцовщицей.

— Но она совершала подобные движения неосознанно?

— Вроде бы нет.

— А кто-то другой в твоей семье страдал хореей Хантингтона?

— Нет… Во всяком случае из тех, кого я знаю.

— Я считаю, что тебе не о чем волноваться.

— О да, спасибо, доктор, — пробормотала Алисия.

Я отвернулась к окну, делая вид, что рассматриваю ряды кирпичных домов и шпили церквей, которые виднелись на подъезде к городу. Честно говоря, я все еще размышляла над тем, почему Эд считал, что я обладаю «естественной привлекательностью». Неужели он действительно так думает? И почему он сказал о «естественной привлекательности» вместо просто «привлекательности»? Единственное естественно привлекательное существо, которое я могу представить, это лошадь.

— Когда Эд сказал… Ну… то, что он сказал… Как ты думаешь, что он имел в виду? — спросила я.

Алисия недоуменно уставилась на меня и моргнула.

— Естественность в чем? — уточнила я вопрос. — Почему он так сказал о привлекательности?

— Ага, до меня дошло. — Алисия кивнула. — Тебя, судя по всему, смущает плохой аспект естественной привлекательности.

— Ну а зачем он сказал тебе такое?

— Может, ему хотелось, чтобы я передала тебе его слова, — ответила Алисия как о чем-то само собой разумеющемся. — То есть он холостой, а ты не замужем. Почему бы и нет?

— Врачи не выходят замуж за санитаров, — заметила я.

— Тебя волнует его бедность?

— Алисия, я сама бедна. У меня куча невыплаченных кредитов. Нет, просто… Доктора обычно поручают санитарам грязную работу. Представляешь, что будет твориться в таком браке с распределением ролей?

— А зачем вам распределять роли? Почему бы вам просто не испытывать друг к другу взаимное уважение?

— О, я… и забыла про взаимное уважение! — воскликнула я. — А если я знаю больше, чем он? Парни этого не любят. Это плохо отражается на мужском самолюбии.

— Холли, мне кажется, что Эд может преподать тебе пару уроков, — не скрывая иронии, заявила Алисия. — Кстати, о свадьбе тебе стоит волноваться в последнюю очередь. Почему бы хорошенько не оторваться, раз уж ты за границей?

— Я не могу, — пробормотала я. — Я не… отрываюсь.

— А почему нет? Господи, Холли, я знаю мормонов, которые занялись сексом раньше, чем ты, а они ведь ездят на повозках, запряженных лошадьми.

— Алисия, — устало произнесла я, — ты не знаешь никаких мормонов.

— Ну а ты не знаешь о том, каким восхитительным и запоминающимся бывает секс, которым ты занимаешься перед тем, как вернуться в свою привычно скучную жизнь и выйти замуж.