Нежданная невеста - Мейр Ансворт

– Я готов, – бросил он на ходу.

– Будете оперировать? – спокойным голосом спросил Краног.

Врач кивнул, и Сара вновь сжала Гетину руку. Гетин не хотел ее отпускать. Увидев, что врач недовольно поморщился, Сара прошептала Гетину ободряющие слова и, наклонившись над ним, поцеловала его.

– Вы обещали Гетину остаться, – сказал ей в холле Краног.

– Я только схожу за своим шитьем и быстро вернусь.

Это был тяжелый день. Клаудия Лерри, сказав, что ей надо прилечь, ушла в свою комнату.

– Мне проверить, как она там? – спросила Сара Кранога.

– Думаю, не следует. У нее для этого есть служанка.

Он провел Сару в смежную с гостиной комнату и поставил для нее кресло рядом с низким столиком.

– Устраивайтесь поудобнее. Я скоро вернусь. Надо срочно просмотреть на шахте кое-какие бумаги.

Он улыбнулся, но его большие карие глаза так и остались печальными.

Как только за Краногом захлопнулась дверь, Сара положила шитье на колени. Теперь она могла думать только о Гетине. Он в этот момент, возможно, всеми силами цеплялся за жизнь. Однако операция, которая могла спасти Гетина, делала его калекой.

Обедали Сара и Краног в той же комнате. Ели они молча. Клаудия из своей спальни так и не вышла. Горы за окном, окрашенные в темные тона, словно отражали настроение Сары.

– Вы знаете, через несколько недель к нам снова приедут Раштоны, – прервав тягостное молчание, сказал Краног.

– И Дейзи тоже?

– Да. Похоже, ей у нас понравилось.

Саре показалось, что она уловила в голосе Кранога радостные нотки. Неужели он и вправду влюбился в Дейзи?

– А Гетин на строительство узкоколейки согласие дал?

– Да. Думаю, он сильно расстроился и, чтобы успокоиться, отправился ловить рыбу.

Сара отодвинула свою тарелку. Значит, Гетин сам накликал беду! Легко представить, в каком состоянии находился он тогда.

После обеда Краног взял книгу и сел рядом с Сарой. Один раз она, оторвав глаза от шитья, увидела, что он на нее пристально смотрит, и опустила голову.

Вскоре пришел врач. Лицо у него было уставшим. Краног и Сара взглянули на него. Он молча кивнул и опустился в кресло.

– Насколько могу судить, операция прошла успешно, – сказал врач. – Под присмотром опытной сиделки Гетин быстро пойдет на поправку. Может быть, я немного поспешил, но состояние моего пациента заставляет меня быть оптимистом.

В комнате воцарилась такая тишина, что стало слышно, как потрескивают в камине поленья и барабанит по стеклам дождь.

– Он станет инвалидом? – спросил Краног.

– Да, – сказал врач. – Но существуют протезы. Он молод, и ему еще жить да жить. А к новым условиям жизни он со временем приспособится.

Как легко он это говорит! – подумала Сара. Конечно, это чудесно, что Гетин будет жить. Но разве врач не понимает, что молодому человеку, который вел активный образ жизни, привыкнуть к новым для него условиям будет необычайно трудно?

– Сегодня посещать его запрещено, – продолжил врач.

От этих слов Саре сразу стало легче. Неожиданно она вспомнила о Клаудии.

– Краног, наверное, мне все же следует проведать вашу мачеху. А заодно попрошу, чтобы врачу подали на подносе обед. После этого я вас покину. Миссис Лерри, наверное, сильно волнуется.

Краног кивнул и, похоже, даже не заметил, как она ушла.

В сопровождении служанки Сара вошла в спальню Клаудии. Шторы на окнах были задернуты, и в комнате царил полумрак. Клаудия лежала на кровати, а рядом с ней на стуле сидела ее горничная. Как только Сара вошла, Клаудия приподнялась и пристально посмотрела на нее.

– Врач сказал, что операция прошла успешно, – сообщила ей Сара. – Но навещать Гетина сегодня он запретил.

Клаудия замерла, а потом зарыдала.

– Бедный мальчик… – всхлипывая, произнесла она. – Теперь на всю жизнь стал калекой. Не сможет ездить на лошади… Ничего…

– Пожалуйста, подайте нюхательную соль, – попросила Сара горничную. – Спасибо. А теперь принесите немного бренди.

Служанка выбежала из комнаты. Сара поднесла к носу Клаудии нюхательную соль.

– Вдохните несколько раз, и вам сразу станет легче, – произнесла она вполголоса.

К ее удивлению, Клаудия безропотно подчинилась, а затем выпила принесенный горничной бренди. Глаза у Клаудии вновь заискрились.

– Ну разве не ужасно, что Гетин теперь калека? – спросила она.

– Да, это ужасно. Но…

– Что но?

– Но зато он жив.

– И что у него будет за жизнь?

– Мне пора возвращаться, – сказала она, поднимаясь.

– Не спешите, – откинувшись на подушки, попросила Клаудия. – Вы так нам всем помогли…

Сара удивленно посмотрела на Клаудию и увидела, что та улыбается.

– Нет, мне надо идти, – сказала она. – Завтра я снова приду.

– Мы будем ждать вас.