Мой дорогой - Тереза Медейрос

— В палец, который он держал на курке!

Эсмеральда недоверчиво посмотрела на него, хотя прекрасно понимала, что такой искусный стрелок, как Билли, способен поразить любую цель.

— Несмотря на ваше плохое мнение о нем, Бартоломью вовсе не такой безнадежный. Он еще очень молод. Его просто ввели в заблуждение…

— Не знаю, о каком заблуждении вы говорите. Он жадный, избалованный и опасный человек!

— Я растила его, не щадя сил! — воскликнула уязвленная в самое сердце Эсмеральда. — Он ни в чем не нуждался!

— Вот именно. Может, отсюда-то все и пошло, — тихо заметил Билли.

Эсмеральда резко отвернулась, чувствуя его правоту.

— А этот мошенник-офицер действительно заплатил вам за то, чтобы вы убили моего брата? — спросила она.

— Нет, — коротко ответил Билли. Она уже обернулась, готовая все простить, но холодный взгляд Билли остановил ее.

— Он заплатил мне за то, чтобы я убил вашего любовника.

— И сколько же? — прошептала она.

— Тысячу долларов, из них пятьсот — авансом. Остальное, когда будет сделано дело. Кроме того, он обещал амнистию мне и моим братьям и также место заместителя начальника полиции округа для меня.

Эсмеральда без сил опустилась на край кровати и рассмеялась.

— Что ж, по крайней мере, никто не сможет сказать, что вы продали себя дешево. После такого великодушия начальника полиции мое предложение показалось вам, наверное, просто жалким!

Билли нежно дотронулся до ее руки, отчего у девушки гулко заколотилось сердце.

— О нет! В том, что вы предложили мне, вовсе нет ничего жалкого. Напротив!

Загипнотизированная блеском его глаз, Эсмеральда с трудом перевела дыхание. До сих пор ни один мужчина не вызывал в ее душе одновременно страх и восторг.

Притворившись, что не поняла его, она встала и отошла от кровати.

— Вы совершенно правы. Я уверена, что мой дед так щедро наградит вас, что предложение Уинстеда покажется по сравнению с ним ничтожным.

— Ах да, ваш дедушка! Я и забыл про него. Он ведь герцог!

Эсмеральда почувствовала в его голосе насмешливые нотки.

— Обычно, мистер Дарлинг, если уж вы решаете кого-то убить, то вам это всегда удается. Моему же брату удалось уйти из банка живым. И это после того, как он стрелял в вас!

Билли угрюмо насупился.

— Во-первых, я сказал вам, что не собирался убивать его, хотя мог сделать это очень легко. Во-вторых, мне стало известно, что Барт действительно является вашим братом.

— В любом случае, вы не сделали этого, — тихо сказала она.

Он отвел взгляд в сторону, не отвечая, а Эсмеральда посмотрела в окно.

— А бедный Бартоломью все еще где-то в этих краях. Жив ли?

— Как только смогу, постараюсь это выяснить, — мрачно сказал Билли.

— Да, но на кого вы будете работать? На меня? — Она помедлила, понимая, что рискует, возможно, больше, чем только жизнью брата. — Или на Уинстеда?

Он долго молча смотрел на нее, потом ответил:

— Судя по делам вашего брата с Уинстедом, этому янки доверять нельзя. С другой стороны, — его голос вдруг стал глубоким и волнующим, — там, в банке, вы уверили меня, что всегда платите свои долги…

Эсмеральда вспомнила про свой смелый поцелуй, который она запечатлела на его губах в тот отчаянный момент. Значит, несмотря на подлый выстрел брата и тяжелое ранение, Билли помнил о ее опрометчивом обещании!

В полном смятении Эсмеральда направилась к выходу.

— Герцогиня!

— Да? — Она нехотя обернулась.

— Кажется, вы не закончили меня мыть, милочка? — Невинно глядя на нее, Билли выудил из таза мочалку и протягивал ей. — Я ждал, когда же вы снова этим займетесь, а вы вдруг уходите!

Он обрадовался, увидев, что она приближается к кровати, но не заметил мстительной улыбки на ее губах.

— Вы совершенно правы, мистер Дарлинг, — ласково пропела девушка. — Какая небрежность с моей стороны! — Она подняла тазик. — Я забыла ополоснуть вас!

Сдернув с Билли простыню, Эсмеральда опрокинула целый таз воды ему на колени, после чего вылетела из комнаты, с грохотом захлопнув за собой дверь.

— Ну, подожди! Я отплачу тебе за это, негодная девчонка! Клянусь, отомщу! — кричал он ей вслед и громко хохотал.

Эсмеральда прислонилась спиной к двери, зажимая рот. Ее тоже разбирал смех.

— Вот этого я и боюсь! — пробормотала она.

…Наконец Билли достаточно окреп, чтобы самостоятельно мыться и есть. В тот вечер Эсмеральда тайком наблюдала, как он бреется перед старым зеркальцем, придерживаясь одной рукой за стену. Увидев ее отражение в зеркале, он метнул на нее такой свирепый взгляд, что девушка поспешила ретироваться.

Ночью Эсмеральда устроилась спать на полу в главной комнате вместо уже ставшего привычным кресла-качалки рядом с кроватью Билли. Разбудили ее дразнящие ароматы теста для бисквитов и жарящегося бекона. Вкусные запахи вызвали чувство острого голода, и, накинув старенькое одеяло поверх ночной рубашки, еще сонная, она побрела к столу.

К ее великому удивлению, у раскаленной плиты орудовал Билли. Зоя, сгорбившись, сидела за столом. У ее ног устроилась Сэди, смотревшая на происходящее большими влажными глазами.

Билли ловко разбил очередное яйцо и вылил его на сковородку. У Эсмеральды горло пересохло от жажды, и она с радостью увидела на столе кувшин пенящегося молока.

Положив часть яичницы в тарелку, Билли поставил ее перед матерью. Зоя брезгливо сморщила нос и опустила тарелку на пол. Сэди тут же ткнулась носом в невиданное лакомство, в восторге колотя хвостом по ножке стола.

Билли быстро наполнил другую тарелку и передал ее Эсмеральде. Ярко-желтые яйца, мягкие в серединке и поджаренные по краям, тонкие ломтики золотистого бекона, пышный и благоухающий бисквит! Девушка восторженно ахнула и одарила Билли благодарной улыбкой, но он уже повернулся к плите.

— Доброе утро, девушка, — прогремела Зоя таким густым басом, что даже Вирджил съежился бы от страха.

Застигнутая врасплох неожиданной любезностью, Эсмеральда чуть не поперхнулась.

— Д-доброе утро, миссис Дарлинг.

— Нечего разводить такие церемонии. — Зоя протянула через стол чудовищно толстую руку и похлопала Эсмеральду по плечу. — Зови меня просто «мама».

Эсмеральда растерянно уставилась на нее.

Улыбка Зои производила еще более пугающее впечатление, чем ее обычно хмурое лицо. Эсмеральда отпила молока, чтоб пропихнуть застрявший в горле кусок бисквита.

— Это очень великодушно с вашей стороны, мэм. Моя мама умерла, когда я была еще маленькой.