Милая чаровница - Барбара Картленд

– Послушайте… – начала она. Он склонил голову так, что его ухо почти касалось ее губ.

– Говорите потише, – сказал он. – Если они узнают, что я у вас, они подумают что-нибудь нехорошее или решат, что мы что-нибудь зате­ваем против них.

Она быстро рассказала ему все, что услышала в каюте мадам Бертин, когда ее считали спя­щей. Чак не удивился. Когда наконец он под­нял голову и посмотрел ей в глаза, она увидела улыбку на его лице.

– Не волнуйтесь, – сказал он. – Предоставь­те все мне.

– Но я не могу успокоиться, – ответила она. – А вдруг – вдруг они что-нибудь с вами сделают?

Она остановилась, но тут же продолжила:

– Наверное, когда мы приедем в Алжир, вам лучше сразу уйти отсюда и ехать к матери.

С ее стороны это было самопожертвование, но она не могла поступить иначе, потому что слишком любила его. Ей хотелось спасти его. Он должен уйти. Пусть она останется одна, и будь с ней что будет.

– Предоставьте все мне, – повторил он. – Не думайте об этом. Ведите себя естественно и приготовьтесь выступить в качестве секретаря мистера Вирдона.

– А как же вы? – спросила она.

– Я смогу позаботиться о себе, – ответил он.

– Вы… уйдете?

– Нет, если только меня не вынудят.

– Что вы хотите этим сказать?

– Давайте оставим эту тему. Я уйду тогда, когда мне придется это сделать. А до тех пор я буду здесь, с вами.

– Я не понимаю, – жалобно сказала она.

– Все это не имеет значения, – ответил он. – Мы вместе, мы вдвоем против всех – вот что важно.

Он был прав. Ничто не имело значения, кро­ме того, что они вместе и могут поддержать друг друга.

– Я боюсь потерять вас.

Она никогда не осмелилась бы произнести такие слова днем, но сейчас еще не совсем очнулась от сна, и его присутствие рядом казалось ей нереальным. В ответ он потрепал ее по щеке.

– Бедняжка, – произнес он. – Вы совсем растерялись и испугались. Помните, я расска­зывал вам о бродячем псе? Он подобрал меня и стал моим самым большим другом. У меня та­кое чувство, Зария, что мы с вами будем… боль­шими друзьями.

Были тому виной его слова или прикоснове­ние, но голова у нее вдруг закружилась от счас­тья.

– Все равно, – пробормотала она, – мне бы хотелось знать, что же все-таки происходит. Почему у мистера Вирдона такое странное окружение? Они плохие люди, я в этом уверена.

– Я тоже, – согласился Чак. – А сейчас мне пора уходить. Все, что от вас требуется, – это заснуть и больше не волноваться. Спокойной ночи, Зария.

Он подоткнул ей одеяло, словно она была ре­бенком, затем внезапно наклонился и коснулся губами ее лба. Она хотела что-то сказать, но он быстро вышел, бесшумно закрыв за собой дверь.

Зария лежала, прислушиваясь, не услышит ли его шагов в коридоре. Но оттуда не доносилось ни звука. Она с трудом перевела дыхание. Он поцеловал ее! Поцеловал по собственной воле!

Пусть в знак утешения, по-братски, но она сно­ва почувствовала его губы, убедилась, что он искренен в своем дружеском отношении к ней.

– Боже! Благодарю тебя! Благодарю! – шеп­тала она. На глаза навернулись слезы. Она их не сдерживала, и они медленно стекали по щекам. Это были слезы доселе не изведанного ею счас­тья. Чак, которого она так любила, стал ее на­стоящим другом!