Тайна старого фонтана - Виктория Фокс

Посмотри на меня, папочка, — думала она, — я все еще наказание. Я все еще дитя дьявола…

— Я переживаю это годами, Джио. Ты узнал только сейчас, но мне…

— Хочешь сказать, тебе тяжелее?

Вивьен не могла упрекнуть мужа за этот небольшой укол. Она сама не должна была попрекать его своим разочарованием. Не его вина, что она скрывала это.

— Нет. — Она повернулась, вытерла слезы. — Просто я знаю, каким прекрасным отцом ты мог бы стать, и я хочу подарить тебе это.

— И я этого хочу. Но, bella^[27], есть вещи, которые мы можем попробовать…

Ее передернуло от этого, ведь так же он обращался к своей сестре.

— Например?

— Я разузнаю. Мы сможем решить эту проблему. У нас хватит сил.

В своих силах Вивьен не была уверена. Ее желание затмевало все на свете. Мучительно ранила каждая мелочь. В деревне дети играли на лужайке, и наблюдать за ними ей было тяжело. Она видела, как они убегают из школы, чтобы поиграть, гладила корешки детских книг в библиотеке, смотрела, как малыши доверчиво держатся за руки своих родителей, стоя в очереди на автобус, и истово желала такой же связи. Такой близости никогда не было между нею и ее родителями. Она хотела доказать, что способна на нее, доказать, что это не у нее были проблемы, что бы ни говорил Гилберт. Она хотела дарить любовь, которую обрела с Джио. Она не была бессердечной.

— Вив?.. — Джио положил руки ей на плечи. — У нас хватит сил, правда?

Она оглянулась, всхлипнула и утвердительно кивнула.

— Не могу понять, почему ты не говорила об этом со мной, — сказал он.

— Я говорю сейчас.

— Я имею в виду, когда ты решила, что пора попытаться. Да, это было немного раньше, чем мы планировали, но мы могли изменить свои планы…

— Могли ли? А как же твоя работа?

— К черту работу.

Его лицо потемнело, и она не хотела давить. Не сейчас. Ей нужен был Джио, которого она знала раньше, а не этот уставший после работы человек. Он будто существовал в двух лицах — благородный, нежный, тот, которого она полюбила, и порочный, непредсказуемый, которого… Нет, что за глупости. Она все равно любила его. И именно поэтому у них должен быть ребенок, ведь они смогут подарить ему любовь.

— Хорошо, но как же Изабелла? — осторожно начала Вивьен. Имя его сестры было катализатором, который мог вызвать слишком бурную реакцию. — Ты беспокоишься из-за нее. И в любом случае ситуация далека от идеала.

— Какая ситуация? — в его голосе послышались оборонительные нотки.

— Ты, я, она — все мы трое.

— Я думал, тебя устраивает ситуация. Мы обсуждали это столько раз.

— Меня устраивает, — соврала она. — Но ты должен признать, что это не наилучшие условия для появления ребенка. Изабелла неоднозначная персона. Малыш не получит нормального воспитания.

— А я получил?

— Мы сейчас не об этом.

— А ты получила?

— И не об этом тоже.

— Но ведь это не останавливало тебя раньше, не так ли? Если ты так переживаешь, что ребенок будет расти в этой ситуации, ты могла бы не допустить этого, предохраняясь.

Вивьен была сбита с толку его словами, в них было столько появившейся из ниоткуда злости. Он вышел из себя моментально, и ей стало страшно. Она отступила, не узнавая мужчину, стоявшего перед ней. Она подбирается к тебе, — думала она, — Изабелла настраивает тебя против меня. Но испуг открыл все шлюзы, она не могла остановиться. Следующие слова она произнесла тихо, но в полной уверенности, что он услышит их.

— Я надеялась, что к этому времени она уже съедет.

— Что ты сказала?

— Я сказала: «Я надеялась, что к этому времени она уже съедет». Прошло четыре года, Джио. Она все время с нами, она не дает мне проходу.

— Ты знала об Изабелле, когда выходила за меня.

— У меня не было выбора, тебе не кажется? И чтобы вернуться к теме: вот почему я говорю тебе сейчас, потому что, если бы не я, тебе сказала бы Изабелла. Она шантажировала меня, Джио. Она готова на все, чтобы встать между нами.

— Не говори ерунды, — фыркнул Джио.

— Я и не говорю. Она спросила меня, почему не получается? Она написала это.

— Могу я увидеть доказательство?

— Я выбросила записку. Я была в панике.

— Ну конечно.

— Какие тебе нужны доказательства? — вздохнула она. — Я твоя жена.

— Я подозреваю, ты поняла все неправильно, вот и все.

— Что здесь можно неправильно понять? Изабелла ненавидит меня с самого начала, и — уж поверь мне — она наслаждается моим горем. Она издевается надо мной, смеется. Мое бесплодие — это ее мечты, ставшие реальностью.

— Это безумие.

— Неужели? А как же свадебное платье, Джио?

— Только не начинай.

— Не начинать что? — Плотина рухнула. — Я говорила тебе, это она сделала!

— И я тебе говорил. Я спросил ее, она ничего об этом не знала. Ну послушай, как будто в Голливуде тебя было некому больше ненавидеть. Скорее всего, это была одна из тех актрис, с мужьями которых ты трахалась.

Это было как пощечина. Джио никогда не был таким злым. Вивьен почувствовала страх. Что с ним случилось?

— Как ты смеешь?

— Прости.

Он отвернулся, его плечи были напряжены.

— Но ты просто не понимаешь.

— Чего я не понимаю?

Повисла долгая пауза. Она боялась, что за ней последует нечто безапелляционное, например: Меня. Ты не понимаешь меня. Но он молчал. Я понимаю тебя, — хотелось прокричать ей, — но посмотри, что она с нами делает! Посмотри, в кого ты превратился!

— Не важно, — в конце концов сказал он, — забудь об этом.

Как будто она могла.

— Неужели наш брак ничего не значит? — прошептала она. — Не значит, что ты должен быть на моей стороне в первую очередь? Ты клялся защищать меня, Джио. Нужно было уточнить, что в первую очередь защита потребуется от твоей сестры.

Он смотрел ей прямо в лицо. Но вместо сожаления в его глазах был гнев.

— Разве ты сам не видишь? — Вивьен решила пойти дальше, пути назад у нее не было, — она все время копает под меня — в Хэллоуин, в первый наш год, на твой день рождения, — а как она давит на прислугу…

— Как тебя остановить? Ты потеряла рассудок.

— У Изабеллы свои методы. Она умнее, чем ты думаешь.

Но Вивьен уже не сомневалась, что Джио прекрасно знал, насколько Изабелла умна — и даже больше. Она сомневалась в себе, не раз по ночам обнаруживая пустое место там, где должен был спать ее муж, и слыша сквозь стену смех женщины, представляя себе, как они говорят и не могут наговориться, и кто знает, что еще они делают там, у нее на чердаке, а потом обнаруживала его на другой стороне пропитанной потом постели и убеждалась, что он здесь, всегда здесь.