Слово джентльмена - Сюзанна Энок

– Извините меня! – сказала Люсинда, – Я не хотела вас смущать, тем более что была предупреждена о вашем приезде.

Роберт еще несколько мгновений оторопело смотрел на Люсинду, пока не понял, что она ждет ответа именно от него.

Глаза Люсинды продолжали с интересом изучать его. Роберт ждал, что вот-вот начнутся дежурные комментарии по поводу прогноза погоды на следующий день: обычно как раз это становилось чуть ли не главным предметом разговора буквально во всех аристократических гостиных и светских салонах. Однако на сей раз все обстояло не так. Люсинда смотрела на Роберта и молчала, а он поочередно читал в ее глазах то неудовольствие, то страх, то – это было хуже всего – жалость! Люсинда при этом не переставала улыбаться.

Наконец она заговорила:

– Всю прошлую неделю генерал Баррет внимательно изучал стратегию и тактику американских индейцев, в первую очередь ирокезов. Он всегда особенно восхищался их умению незаметно подползти к врагу и неожиданно наброситься из засады. Я еще с детства постоянно слушала его рассказы об этом. Постепенно я сама научилась бесшумно подползать к нему, чтобы затем накинуться с оглушительным визгом. Генерала это не на шутку пугало.

Огастус Баррет был еще одной причиной, из-за которой Роберт крайне редко присутствовал на всякого рода светских раутах. Если он и посещал некоторые из них, то держался крайне замкнуто и неприветливо. Сегодня, появившись в гостиной, Роберт, казалось, не замечал никого, кроме молодой стройной девушки, стоявшей в дверях. К несчастью, ею оказалась как раз дочь генерала Баррета…

Роберт не мог понять, зачем Люсинда рассказывает ему об индейцах, о своем умении им подражать и все такое прочее.

«Надо и мне ей что-нибудь сказать», – подумал он и тут же, не поднимая головы, выпалил первое, что пришло на ум:

– Готов стать вашим учеником!

– Извините? – непонимающе захлопала глазами Люсинда.

– Я хотел спросить: вы уже выбрали себе ученика?

Люсинда побледнела.

– Откуда вы об этом знаете?

Появившееся на лице Люсинды испуганное выражение повергло Роберта в шок. Подобное уже произошло с ним во время их первой встречи три с лишним года назад. Тогда Роберт сразу понял, что сказал нечто очень грубое, а потому круто повернулся и исчез. Сейчас так поступить было невозможно хотя бы потому, что Люсинда стояла прямо в дверях и проскользнуть мимо нее представлялось совершенно невыполнимой задачей. Где-то в глубине души Роберт неожиданно для себя подумал, что вовсе не желает исчезать и предпочел бы оставаться в гостиной ровно столько времени, сколько захочет Люсинда.

– Я обратил внимание на то, – неловко постарался он объяснить свое смущение, – что Джорджиана уже выбрала в ученики Тристана, а ваша общая подруга мисс Эвелин Раддик предпочла Сент-Обина. Последнее весьма обеспокоило мою кузину, которая не очень жалует только что испеченного мужа своей…

– Но я… я, кажется, не давала никакого повода для подобных заключений в свой адрес, не так ли? Ведь речь идет всего лишь об уроках!

Роберту понравилось, что Люсинда не стала категорически отвергать его предложение, поэтому он, осмелев, позволил себе с ней не согласиться:

– Нет, не так!

Он отвел взгляд в сторону, а Люсинда, вдруг стушевавшись, неуверенно спросила:

– Вы… вы больше никому этого не говорили?

Роберт слегка скривил губы:

– Я никогда не был распространителем слухов и сплетен, мисс Баррет!

Лицо Люсинды стало еще более очаровательным.

– Приятно это слышать! – она. – Нам было бы очень жаль, если бы по городу распространились ненужные слухи – ведь мы только начали составлять списки наших возможных учеников…

Списки… Роберт ничего не знал о списках, поэтому фраза, оброненная Люсиндой, его немало удивила, но хмуриться или резко реагировать на сказанное он не стал. Впрочем, Роберт всегда умел скрывать свои чувства, а чтобы разговориться, ему требовался интересный собеседник, способный связать вместе не только два слова. Люсинда, несомненно, принадлежала именно к таковым.

– Будьте спокойны, мисс Баррет, – сказал он. – Я сохраню ваш секрет. Ну а теперь признайтесь: вы сами-то уже сделали выбор?

– Выбор? Какой? Ах да! Вы имеете в виду ученика?

– Совершенно верно!

– Сделала!

Роберт снова почувствовал себя неловко. Выдержав довольно долгую паузу, он спросил:

– Могу я поинтересоваться, кто стал этим счастливцем?

– Лорд Джеффри Ньюком.

– Что? Вы решили выйти замуж за этого человека? Да вы, извините, с ума не сошли? Почему вы сделали этот выбор? Скажите мне, Бога ради! Люсинда снова густо покраснела.

– Не понимаю, о каком замужестве вы говорите. Мы с подругами решили давать уроки джентльменского поведения мужчинам для превращения каждого из них в настоящего аристократа. Кроме того, я лично хочу убедиться в своей способности воспитать ученика так, чтобы он полностью соответствовал облику настоящего джентльмена, приведенному в предисловии к нашему списку. Вот и все!

– Другими словами, целью этих уроков отнюдь не является стремление выйти замуж, и…

– Не является! – резко оборвала его Люсинда. – Надеюсь, вы не думаете, будто я таким образом хочу заманить кого-то в ловушку и женить на себе?

– Я…

– Как вы могли решить, что я готова пасть столь низко, сэр?! – вновь прервала она Роберта. – Я ни в коем случае не хотела бы, чтобы у кого-нибудь в голове возникали подобные мысли! – Люсинда круто повернулась.

В следующий момент ее каблуки застучали по лестнице – очевидно, она решила не продолжать неприятный для себя разговор.

Роберт некоторое время стоял неподвижно, потом наклонился, чтобы поднять выпавшую из рук книгу. Черт побери! Похоже, он еще не был готов возвратиться в высший свет, что не представляло для него никакой проблемы каких-нибудь три года назад!

Роберт снова открыл книгу, машинально пробежал глазами страницу и неожиданно почувствовал волнение, вспомнив, как Люсинда только что улыбнулась ему.

Опустившись на стоявший рядом стул, он задумчиво посмотрел в окно. Роберт понимал, что нагрубил Люсинде, и теперь, чтобы снова получить от нее улыбку, ему непременно следует извиниться перед ней, причем сделать это он должен как можно скорее!