Черный, без сахара… - Ольга Горовая

"А ведь когда-то, он считал, что жизнь с ней - единственное, что ему надо", отстраненно подумал Тарас, "исполнение всех желаний".

Мысль об этом, помимо ироничной усмешки, напомнила ему о Надежде. Та, тоже, что-то говорила про мечты.

Тарас мог бы сказать той девушке, что мечтать не стоит. И желания загадывать не надо. Потому как его собственная жизнь могла послужить великолепным наглядным примером к фразе: "Бойтесь своих желаний. Ибо они могут исполниться".

Больше Тарас не был настолько глуп, чтобы мечтать. Он жил, наслаждаясь каждым днем, а на завтрашний - ничего не загадывал.

На кой черт, спрашивается?

Не вслушиваясь в бормотания жены, которые уже перешли в плаксивые жалобы, Тарас прошел в ванну и плеснул в лицо холодной воды. Вытерся полотенцем.

- Ты меня не слушаешь!

"Черт! И сюда поперлась за ним", раздраженно отметил он.

- Я заслуживаю уважения, и соответствующего отношения к себе.

- Я и отношусь к тебе так, как ты заслуживаешь… Анна, - слово "шлюха" не было сказано, но повисло в воздухе, заставляя зло сузиться красные и осоловевшие глаза супруги.

Тараса ее реакция волновала мало.

- Ты хоть бы поинтересовалась, как Женька, - поддел он ее, не уверенный, что Анька вообще, сейчас помнит о том, что имеет сына.

- А что с ним? - она удивленно моргнула. - Он же с мамой, что с ним случиться может?

- Господи, ну ты и суч… - Тарас оборвал себя, зная, что это пустая трата нервов. - Сбросила ребенка на мать, а сама? Когда ты к нему в последний раз ездила?

- Зачем? - она недоуменно пожала плечами. - Ты вон туда каждые выходные мотаешься, если не врешь, конечно, - Анна передернула плечами, желая, очевидно, показать свою незаинтересованность, но вместо этого, потеряв равновесие, врезалась в стену.

Тарас только вздохнул, наблюдая эту картину, вызывающую жалость.

А ведь когда-то, Аня была красивой девушкой, немного развязной, да, но веселой, душой компании.

Черт, да он был влюблен в нее еще класса с седьмого, даже тогда, когда она за его лучшим другом бегала. Даже, когда от того же и забеременела.

Теперь от любви не осталось ничего, ни горечи, ни сожаления.

- Я знаю, как своего сына воспитывать, - немного путаясь в буквах, сердито уставилась Аня на него. - Нечего мне указывать. Ты ему не отец!

Тарас хмыкнул.

- Иди отсюда, - он кивком головы указал ей на дверь. - Не то у меня настроение, чтоб на такую "красоту" любоваться, - дождавшись, пока, пошатываясь, жена выйдет, он наконец-то переоделся. И прикинул, что вполне может переночевать в квартире, которую купил пару месяцев назад.

Там, конечно, ни черта еще не было. Но даже бетон казался предпочтительней пьяной Анны, которая в таком состоянии кидалась то в крики, то в слезы.

Определившись, он вышел из комнаты.

- Ты куда? - громко крикнула жена, требуя ответа.

- Не твое дело, - не задерживаясь, бросил Тарас через плечо. - И можешь не ждать, я не вернусь сегодня.

- Ах ты, гад! - она возмущенно стукнула чашкой по столу, - Испортил мне весь вечер ради каких-то сорока минут!

Это замечание заставило его усмехнуться.

- А ты, Анечка, для разнообразия, посиди, подумай, книжку почитай, - насмешливо предложил он. - Не все же, с мужиками в постели кувыркаться за спиной у мужа, - Тарас пожал плечами, не обернувшись на град оскорблений, который посыпался в его сторону, взял ключи с тумбочки и хлопнул дверью. Лишив ее даже удовольствия покричать хоть на какого-то слушателя.