Сила притяжения - Анастасия Малышева

При этом она весьма похоже изобразила кота из «Шрека» - с той только разницей, что её глаза напоминали огромные синие блюдца. Но и в них, если присмотреться, можно было найти целую Вселенную.

Вздохнув и прекрасно понимая, что малая вьёт из меня верёвки, но всё равно не имея сил противиться её чарам, я обнял Владку за плечи и уже с улыбкой проворчал:

- Ну, вот и что с тобой делать?

- Любить, кормить и никому не отдавать! – назидательным тоном сказала она и тут же воскликнула, - О, каша! Мама, ты чудо!

Та в ответ только улыбнулась, ставя перед нами тарелки. Я, не разделяя энтузиазма мелкой, покосился в сторону своей порции, всерьёз размышляя, а не нападёт ли на меня овсянка, если я от неё откажусь? Вид у горки, щедро посыпанной орехами и изюмом, был весьма опасный.

- Мам, - протянул я.

Родительница, предвосхищая мои дальнейшие расспросы, покачала головой:

- Никаких замен! Мы договаривались – два раза в неделю ты ешь кашу вместо своего привычного, полного холестерина завтрака. Так что – ложку в руку и вперед, молодой человек.

Вздохнув, я повиновался. Но всё равно не удержался от того, чтобы проделать свой любимый фокус.

- Мам, - ноль внимания, - Мам, - ещё одна попытка, - Мааам. Мам! Мама. Мам. МАМ! Мама.

- Господи, да что? – повернулась та ко мне, сверкая голубыми глазами и, по всей видимости, теряя остатки терпения.

- Я тебя люблю, - с самыми честными в мире глазами признался я, после чего приступил к завтраку, как самый прилежный на свете сын.

Я услышал мамин вздох, но прекрасно знал, что она, как и всегда, не удержалась от улыбки. Вошедший в кухню отец окинул внимательным взглядом стол и, заметив свою порцию, протянул:

- Ксюш…

- Нет! – отрезала мама.

- Ксюш. Ну Ксюш. Ксююююш. Ксюша… - канючил он, как маленький

- Что?! – рявкнула мама, оборачиваясь к своему, без пяти минут покойному мужу.

- Люблю тебя, - ответил папа, присаживаясь за стол.

Мама же, окинув нас возмущённым взглядом, глубоко вздохнула и, выдохнув, негромко произнесла:

- Родственники…

- Есть такое, - кивнул я с довольным видом, - Мне мама как-то сказала «гены пальцем не задавишь!»

Вышеуказанная дама фыркнула, наливая себе кофе:

- Какая мудрая женщина! Познакомишь?

- Ну, не знаю, - протянул я, - Она очень разборчива в связях. Не думаю, что вам будет о чем поговорить.

- Как двинула бы, - покачала головой мама.

- Низзя, я ребёнок, - возразил я, поднимаясь на ноги и ставя в раковину пустую тарелку.

Хм, признаю – было весьма недурно. Просто овсянка – это как-то мелковато. Мясо – вот что должен есть настоящий мужик. Бекон, яйца, мазик – завтрак чемпиона. «И будущего сердечника», - всегда ехидно вставляла моя мама, отбирая у меня продукты и отгоняя от плиты.

- Ты уже выше меня на голову, ребёнок, - хмыкнула мама, присаживаясь за стол.

- И дымит совсем как взрослый, - негромко добавила Владка.

Так, кажется, без крови в то утро всё же обойтись не могло. Правда, еще предстояло решить, чьей именно – моей или сестры.

- Юлиан! – воскликнула мама, - Ты куришь?

- Эм… - почесав затылок, я как можно более убедительным тоном произнёс, - Нет. Влади меня с кем-то перепутала. Так ведь? – спросил я у сестры, округляя глаза.

Та, потупившись, кивнула:

- Ну да, так и есть.

- Сын, - максимально серьёзно сказал отец, - Если кто-то из нас ещё раз тебя с кем-то «перепутает» - последствия будут очень серьёзными. Надеюсь, я понятно выразился?

- Более чем, - кивнул я с кислым видом.

На родителей я не обижался – понимал, что они заботились обо мне. А для отца тема сигарет вообще была своего рода табу – ведь из-за курения садился голос, портились лёгкие и прочие штуки. А ему, как бывшему вокалисту некогда знаменитой рок-группы, это было важно. Да и маме – известной радио ведущей. Как и мне. Ведь для меня голос тоже был своего рода инструментом.

Да и не курил я! Так, баловался одно время, желая показаться крутым и надеясь, что так мой голос «сломается» быстрее. А потом просто осталась привычка иногда выкуривать сигарету-другую под пиво с друзьями. И вот где эта мелкая стрекоза умудрилась меня заметить? Нет, точно за ней следить нужно. Эти семнадцатилетки жуть какие самостоятельные и бесстрашные. Вон, уже и старших братьев сдают без малейшего намёка на совесть. В край распоясались.

От дальнейших разборок меня спас телефон. А точнее – тот, кто очень вовремя решил вспомнить о моём существовании. Лучший друг Колян – Боги явно послали мне его за какой-то очень добрый поступок. Хм, вроде бы на той неделе я старушек через дорогу не переводил. Так что за что же? Впрочем, какая, к чёрту, разница?!

- Мне пора! – воскликнул я, выскакивая из кухни, - Малая, - сунул я на опасную территорию голову, - Ты наказана, поэтому с Наполеоном гуляешь сама.

- Нееет! – донес мне в спину возмущённый вопль.

Наполеон – наш любимый и очень старый пёс породы сенбернар. Как в известном семейном фильме, только мы выбрали в качестве клички имя не знаменитого музыканта, а коротышки-завоевателя. Улавливаете наш тонкий семейный юмор? Как бы то ни было, на том, чтобы мы купили пса, настоял в свое время я. Мне казалось, что семье без собаки – это не семья, а так, баловство одно. Малышу исполнилось уже десять лет, и его можно было смело считать пенсионером. Он и вёл себя соответствующе – большую часть суток спал, а в перерывах ел и гулял. Составлять ему компанию, в общем-то, было моей обязанностью, но иногда я скидывал это на Владку, которая, к счастью, не имела привычки мне отказывать. Всё-таки она была хорошая. Периодически.

Забежав в комнату, я наспех натянул на шею свои любимые белые наушники и, прихватив чехол с гитарой и рюкзак, практически выбежал из квартиры. Съехав по перилам, я выскочил из подъезда, чтобы в следующую секунду запрыгнуть в черный джип, за рулем которого сидел мой дружище.

- Колян, ты даже не представляешь, насколько вовремя появился! – воскликнул я, хлопая друга по плечу.

Тот поморщился, двигая прихлопнутой частью тела:

- Я чувствую. Спасибо, теперь я до конца дня не смогу писать правой рукой, - отозвался он недовольно.

- Меридов, прекрати киснуть, - фыркнул я беззлобно, - Кроме шуток – малая спалила родакам, что я курил. Если бы не ты – меня бы уже предали анафеме и распяли на подставках для гитар. Но ты спас меня! За это я, так уж и быть, посвящу тебе свою следующую песню.

- Только при условии, что там не будет строк «Ты мне нужна с кожаным кляпом во рту и обездвиженной головой», -  отозвался друг, заводя машину и плавно трогаясь с места, - Тебе когда ключи вернут? – добавил Коля чуть насмешливо.