Результат испытательного срока - Анна Баскова

Я нервно сглотнула воздух, слова застревали в горле, начала говорить хрипло:

— Сереж, у меня…у нас….

А у него залился трелью телефон. Громкой трелью.

— Извини, секунду — буркнул, доставая трубку, шагнул от меня в сторону. к самой стене.

— В ЗАГСе. Развелся. Надеюсь ты довольна?

Говорил он кому-то. Перед каждым словом, выдерживал короткую паузу. Видимо ему задавали вопросы, а он на них отвечал.

Меня окатили кипятком. И содрали кожу. Не лоскутами, сняли чулком….

Развернулась и пошла к выходу. Догонять никто не стал….

Возвращаться в пустую квартиру не хотелось. На первой попавшейся остановке, села в первый попавшийся автобус, куда — то ехала не уточняя маршрут. Вышла на конечной в районе Марьино. Набрела на пустую скамейку в скверике, просидела до самой темноты, не чувствуя ни тепла, ни холода.

Зажглись фонари. Я достала из сумочки телефонную трубку, с минуту решалась, решившись набила текст:

«У нас будет ребенок, я беременна»

Сообщение улетело. Ответа не последовало.

Подождала какое — то время, набрала его номер.

«Аппарат абонента выключен, или находится…..»- не стала дослушивать металлический голос.

Захотелось задрать голову и завыть, как раненый зверь. Или прижаться к маме, но мамы к сожалению на тот момент в Москве не было. О происходящем в моей жизни, она пока не знала. Никто не знал. Я одна варилась в этой каше. Нестерпимо горькой на вкус….

Стайка белых голубей в акварели голубого летнего неба. Откуда только взялись в центре Москвы?

— Ксюш, посмотри какие над нами птички кружат! — ловлю разбежавшуюся к детской площадке дочку, показываю вверх пальцем.

— Красивые. Но лучше пусть улетают в сторонку, а то, как тот памятник будем. Помнишь мы гуляли у памятника, а голубь, при нас на голову памятнику нагадствовал? Получилось гадство на лысине. Мам! Я на горку, вы тут с бабулей без моих ушей поговорите, ладно?

— Задаст она нам шороху, — Ксенькина бабушка, а по совместительству моя мама, ласково смотрит на любимую внучку, карабкаюшуюся по красно — желтой конструкции из всевозможных горок, тоннелей и лесенок.

— Мам, я не знаю во сколько сегодня освобожусь, предстоит передать дела, могу допоздна задержаться. Я позвоню, как только сориентируюсь, возможно Ксюшке придется у тебя переночевать. — бросаю взгляд на запястье, на часах без четверти восемь, на поболтать с мамой у меня пять минут.

— Задержишься, так задержишься, — мама поправляет повешенный на плечо розовый Ксюшкин рюкзачок, гладит меня по руке. — Ариш, не волнуйся. все будет хорошо. Последний кусок хлеба не доедаем, если не найдется в ближайшее время интересная для тебя работа. ничего критичного не случится. А потом, ты еще в глаза не видела нового владельца, может он достаточно адекватный и оценит тебя как специалиста.

— Маловероятно, я в первую очередь дочь бывшего хозяина фирмы. Некрасиво обанкротившегося.

Мама. Знала бы ты, кто именно этот новый владелец. Мой бывший муж. Сергей Журавлев. И мне предстоит с ним встретится. На общем собрании, через полтора часа…..

Мама не знает, и это правильно. Ни к чему ей лишние переживания. Машу рукой Ксюхе, сажусь в машину, выезжаю со двора, негромко включаю музыку. Мазда вползает в предсказуемо плотный поток автомобилей, центр как всегда, под завязку забит. Ничего, еще немного и выберемся. И день сегодняшний переживем. не такое переживали….

Слышала где — то, что самые тяжелые моменты жизни, человеческая память блокирует. Со мной не сработало. Если я и забыла мелкие детали, то отчетливо помню ощущения, звуки, запахи. При этом нельзя сказать. что я все без малого шесть лет, ковырялась в своих болячках. Хватило нестерпимой боли в первые дни…

Я наверное все же промерзла тогда, на скамейке в чужом районе. К счастью простудой не заболела, но, внутри стоял жуткий холод. Большую часть дня, сидела на кухне, у окна. Тупо смотрела в начало двора. Ждала? Да. Ждала. Не могла смириться с действительностью. Не может так просто закончится любовь! Это ошибка, он просто ошибся. Я же знаю, что любил….А малыш? Может он мое сообщение случайно удалил? Непрочитанное…

Признаюсь, раза три пыталась до него дозвониться. Безрезультатно, не абонент.

Да. Довела я тогда себя до нервного истощения. В одну из бессонных ночей, подошла к окну в спальне, посмотрела вниз….сердце ухнуло! Под окном стоит Сергей! Он! В темной куртке с капюшоном, понурый, плечи опущены….

Набросила на пижаму пальто, как была в домашних тапочках, выбежала за дверь, перепрыгивая через ступеньки, сбежала с лестницы. Выскочила из подъезда….Никого нет. Я заплакала. Первый раз за все время заплакала. Рот ладонью зажала и рыдала горько, соленые слезы текли по палцам…..

Вечером следующего дня ко мне нагрянул отец. Как всегда внезапно и без предупреждения. Обычно он заезжал в выходной и один, на этот раз, появился среди недели, в сопровождении очередной жены — Светланы, приятной, симпатичной женщины тридцати лет. Изо всех папашиных спутниц жизни, Света единственная с кем я изредка общалась.

Папа испугался когда меня увидел. Реально испугался.

— Что? Что случилось? У тебя что-то болит? Арина! Кто-то обидел? Где твой благоверный? Света! Беги в машину, принеси из бардачка визитницу, вызовем врача! — отец не говорил — хрипел.

— Пап, не нужно врача, меня Сережка бросил. Я беременна.

Вот так. Отец стал тем человеком, кому я смогла сказать это вслух. Правда только тогда смогла выговорить, когда Света из квартиры вышла…..

Все. Прочь из головы унылые мысли! Подъехала к бизнес центру, на лицо улыбку и вперед! Через несколько метров от моей мазды, на парковочное место для ВИП персон, паркуется черный мерс. Открывается дверца со стороны водителя. Из машины выходит Сергей. Повзрослел. Прекрасно выглядит. Сердце ухает и часто стучит….Бери себя в руки. Ты не видела его почти шесть лет. Этот человек коротким эпизодом еще раз мелькнет в твоей жизни. И исчезнет.