Когда мы встретимся вновь - Елена Лабрус

— Ты хотя бы представляешь себе… — перехватила Эрику в коридоре Алла, шипя как раскалённая сковорода.

— Алл, ты не поверишь, — виновато прикусила губу Эрика. — Но я всё могу объяснить.

— И слушать не хочу. Скажи мне только как? Как у тебя это получается? Баба вломилась в номер, а он… один. Один! Стоит глазами моргает. Она в спальню — никого, даже постель не разобрана. В ванную, по шкафам, под кровать — пусто!

— А дверь в смежный номер? Туда заглядывала? — спросила Эрика, исключительно исходя из личного опыта.

— Да какая уже разница! Ты что не понимаешь? — только что за грудки не потрясла её Алла.

— Да не специально я, господи! Само так вышло!

— У тебя всегда само, только… — Алла полезла в сумку и протянула ей пачку банкнот. — На! Твои! Честно заработанные.

— Но я же, — моргала Эрика, спешно пересчитывая. — Не хрена себе! А это за что?

— А я знаю? — развела та руками. — Они там за закрытыми дверями поговорили, а потом жена его выскочила, и давай чуть не в дёсна со мной долбиться. Денжищи отсчитала. В глазах слёзы. Руки трясутся. В ножки покланялась и в номере с мужем закрылась. Я тут стою жду, когда она выволочет твой хладный труп. А ты там вообще была?

— Ну я… — оглянулась Эрика: что ж ей сказать? И вдруг увидела тележку, что толкал перед собой официант в фирменной форме ресторана. — Это ж мой ужин, — пробубнила она, когда тележка подъехала аккурат к номеру «1226».

Недолго думая, она сунула официанту купюру. И тот без лишних вопросов повязал на неё свой фартук:

— Стифадо из кролика по-гречески сегодня особенно сочное.

— Спасибо, Вань, — подмигнула она парнишке, глянув на бейджик на его груди.

— Эрика, что за… — вытаращила глаза Алла.

— Молчи, нищастная. Учись у профессионалов, — растянула она губы в улыбку и позвонила. — Обслуживание номеров!

А, когда дверь открылась, уверенно вкатила тележку внутрь.

— Вам накрыть в гостиной или? — она обернулась к спальне, обращаясь к мужчине.

— Вы?! — искренне поразился он. — Честно говоря, я догадывался, что это подстава. Что вас, — красноречиво показал он на ванную, где шумела вода, — наняла моя жена.

— И всё же удивлены?

— Даже не знаю, как описать вам мои чувства, — выдохнул он, засунув руки в карманы. Пару секунд смотрел на носки своих дорогих ботинок, а потом поднял глаза на Эрику. — Да, я удивлён, что вы не воспользовались моей минутной слабостью. В моём возрасте оказаться в столь щекотливой ситуации уже как-то стыдно, несолидно и даже смешно. Но дело даже не в этом. Это я, конечно, пережил бы. А в том, что, когда вы не пришли, и я понял, что и не придёте, я расстроился даже больше. И неожиданно осознал, что упускаю что-то важное, настоящее. Что размениваю свою жизнь, давно не веря, что в наше время ещё есть девушки, которые могут сказать: «Он меня бросил, но главное, чтобы у него всё было хорошо». Вы же это искренне?

— А вы? — усмехнулась Эрика.

— Я предложил жене развод на условиях, которые нас обоих устраивают. И она согласилась. Наш брак давно себя изжил, но нам всё не хватало смелости друг другу в этом признаться. Позвоните мне, — он полез во внутренний карман пиджака.

— О, нет, нет, — остановила его Эрика. — Лучше позвоните вы.

На фирменном бланке отеля фирменным карандашиком она написала номер. Вырвала лист, свернула и протянула, зажав между пальцев.

— Когда я уже не смогу поставить вас в столь щекотливую ситуацию, конечно.

Она отступила к двери, когда он убрал лист в карман.

— Пусть ваш сын поправится. С наступающим!

— Как вас хоть зовут?

— Эрика, — улыбнулась она. — А вас?

— Майк. Вернее, Михаил, если по-нашему. С наступающим, Эрика!

— Стифадо из кролика по-гречески сегодня особенно сочное, — улыбнулась она и вышла.

— Ну что, я домой, Алла Александровна? — переодевшись у Аллы в номере, застегнула Эрика пуховик и подхватила пакет с платьем.

— Пойдём провожу, — пропустила её вперёд себя Алла. — Чем будешь заниматься на выходных?

— Будем наряжать ёлку с детьми. Наверно, поедем на горку. Или сходим на каток. Зима — это так здорово. А ты?

Они вошли в лифт.

— Вернусь обратно в Москву. Кастрирую уже, наконец, кота. Заведу мужика. Или наоборот, — улыбнулась она. — Скажи, где ты берёшь силы вот на это всё? Ёлка, каток, горка? У меня порой раздеться не выходит, так и падаю с порога на кровать в пальто. А ты? Неужели всё ещё веришь, что однажды он вернётся? Что вас найдёт?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍